Я не обращаю внимания на насмешливый тон принца Джие:

– Мы подойдем к полю для стрельбы из лука, не привлекая к себе внимания, и встанем поодаль, ничего не говоря.

Джие морщит лоб. Бьюсь об заклад, этот напыщенный фазан хотел бы явиться со всей эффектностью, ловя комплименты восхищенных зрителей.

– Секрет того стоит, – обещаю я.

Он задумчиво на меня смотрит, а затем кивает своему спутнику. Яо отвечает ему тем же.

– Должно быть, вы гадаете, зачем я пришел сюда, – говорит Джие.

– Не для того ведь, чтобы искать поддержки моего дяди? – рискую уточнить я, и он возмущенно хмыкает. Несомненно, Джие ожидает всеобщей поддержки без необходимости завоевывать расположение чиновников.

– Прошу прощения, ваше высочество, – исправляюсь я. – Это были необдуманные слова. Насколько мне известно, никому не сравниться со влиянием вашего уважаемого дяди, лорда-протектора Хуа.

Я не преувеличивала. Лорд-протектор – единственный титул в этой династии, который передается по крови, и его власть сравнима с премьер-министром. Предок Джие по матери оказал великую помощь первому королю, Гаодру, в свержении предыдущей династии. У нынешнего лорда-протектора, Хуа, сейчас множество протеже по всему королевству.

– Многие лорды, следуя его мудрости, считают вас достойным претендентом на престол, – добавляю я.

– Для обычной простолюдинки вы удивительно много знаете, – замечает Джие с презрительной усмешкой и тихо добавляет: – И наглости вам не занимать.

Мое сердце вздрагивает в груди. Было в его интонации нечто такое странное, едва ли не восхищение… Но нет, пожалуй, я слишком уж вчитываюсь в слова.

Мы незаметно подходим к полю для стрельбы из лука, и я даю знак скрыться в небольшой рощице, за лиственными деревьями.

Джие хмурится, и я бросаю ему строгий взгляд. Он вздыхает и следует моему совету.

Бо выпускает стрелу. Рен стоит у корзины с луками и стрелами. На ветви слева от него покачивается клетка с соколом, символом дружбы между ним и Бо. Дрессировщик стоит неподалеку.

Дальше, по правую руку от брата, сидит Айлин. Она неспешно угощается виноградом, одновременно соблазнительно и изящно. Это настоящее искусство, которым я не овладею даже за тысячу лет.

Она улыбается, заметив на себе взгляд Рена, и на мгновение кажется, будто между ними сгущается воздух; похоже, что Рен не в силах отвести глаз.

Боль в моем сердце сильнее, чем удар в грудь; я едва не сгибаюсь пополам от горечи и стыда за свою наивность.

Бо радостно восклицает, и я вижу, что он попал в самый центр мишени на расстоянии девяносто метров.

Айлин хлопает в ладоши:

– Молодец, Бо!

Рен ударяет друга по плечу:

– Отличный выстрел.

Бо смеется и уступает очередь. Рен выпускает пять стрел, одну за другой, и все они вонзаются в самое сердце мишени.

Глаза Джие блестят, как холодная сталь под ярким солнцем.

Рен скрывал свои таланты и способности при братьях, чтобы не казаться для них угрозой, но не стеснялся красоваться умом и силой перед аристократами, чья поддержка была ему необходима, включая семью дяди Йи. Вот почему он не сдерживался при Бо, и мой совет позволил принцу Джие узнать об обмане.

Я своего добилась, и подошла минута драматичного появления принца.

– Блистательно! – восклицаю я с наигранным восхищением, и все взгляды устремляются на меня. Рен бледнеет при виде Джие, но быстро берет себя в руки.

Бо спешит встречать гостей:

– Какая честь, ваше высочество! Лорд Яо, добро пожаловать!

Рен кивает и заискивающе улыбается, но Джие, как обычно, игнорирует брата, словно тот и не стоит его внимания. Меня пронзает игла жалости, но я тут же корю себя за глупость. Должно быть, это остаток моих чувств из прошлой жизни, когда я ненавидела Джие за его надменное поведение.

Рен выражал мне свою досаду после таких встреч с братом или с чиновниками, которые не воспринимали его всерьез. Для меня эти минуты слабости значили намного больше, чем те моменты, когда он делился своими стремлениями. Я думала, он полностью мне доверяет, если признаётся в том, что его тревожит. И продолжала любить, несмотря на все недостатки.

Мне следовало прислушиваться к голосу разума, а не сердца.

Айлин и на Рена смотрела сладко, а теперь ее улыбка сочится медом.

– Принц Джие, лорд Яо, – произносит она жарким голосом, способным растопить масло – или душу мужчины.

Яо выглядит очарованным, а Джие смотрит на мою сестру скучающим взглядом. Это слегка сбавляет мою неприязнь по отношению к принцу, но я не могу не удивиться его реакции. Он же не слеп? Конечно, к нему всегда льнут прекрасные женщины, но Айлин настолько ослепительна, что это невозможно не заметить. Скорее всего, Джие лишь делает вид, будто она ему не интересна.

Лицо Айлин приобретает рубиновый оттенок, но улыбка остается неизменной.

Принц уже тянется за луком и пятью стрелами. Не может не покрасоваться, а?

Джие натягивает тетиву, и первая стрела попадает в яблочко. За ней следуют еще четыре, стремительно и прицельно, расщепляя древко за древком.

Мы наблюдаем за ним, разинув рты. Тишину нарушает лишь тихая вибрация последней стрелы.

Рен выглядит спокойным и неподвижным, как глиняная статуя, но я слишком хорошо его знаю и замечаю мимолетную дрожь в подбородке.

Я перевожу взгляд на Джие и вижу, как Айлин стоит подле него, едва ли не касаясь плечом.

– О, ваше высочество, неудивительно, что вы три года подряд побеждаете в турнире, – мурлычет она. – Жаль, я до сих пор этого не видела. Уверена, и в будущем году титул останется за вами. Не терпится на это посмотреть своими глазами.

Джие морщится, отворачиваясь. Я едва сдерживаю смех. Он с каждой минутой становится все больше невыносим.

– Госпожа Лю, не покажете ли мне ваше мастерство во владении луком? – предлагает Джие.

Что?..

– Сможете лучше? – спрашивает он, показывая на пять стрел в мишени. – Я прощу все ваше нахальство, если вам удастся меня превзойти.

Я смотрю на его серьезное лицо и думаю: великие небеса, он и впрямь не шутит!

Я сто лет не бралась за лук. Что он со мной сделает, если я откажусь?

Айлин хлопает в ладоши:

– Какая чудесная идея! Я буду за тебя болеть, Миньсин.

Скорее, надеяться на мой провал.

Рен смотрит на меня с сочувствием, а затем вздыхает, словно принял для себя тяжелое решение, и поворачивается к брату. Я не сомневаюсь, что он попросит Джие оставить меня в покое и возьмет его гнев на себя. Вот герой!

Мне не нужно, чтобы Рен меня «спасал». Нет уж. И двоюродную сестру не порадую, выставляя себя дурой.

– Я пущу стрелу дальше, чем вы, – предлагаю я Джие. – Что скажете?

Он хмурится, явно гадая о том, что за козырь скрывается у меня в рукаве.

Я поднимаю бровь:

– Вы же не боитесь проиграть?

Он вскидывает подбородок:

– Я принимаю ваш вызов.

И тише, чтобы больше никто не услышал, добавляет:

– Неважно, на какую хитрость вы пойдете, победа за мной.

– Вы первый, ваше высочество.

Бо и Яо по приказу Джие передвигают мишень на расстояние в двести семьдесят метров. Принц снова попадает в яблочко и пронзает меня ухмылкой.

Я беру стрелу и подхожу к соколу в клетке, чувствуя на себе взгляды всех четверых.

Одолжив перчатки у дрессировщика, я вынимаю ленту из своей прически и обвязываю ею древко стрелы, а затем связываю с лапкой птицы. Сокол кричит и клюет мои перчатки.

– Что ты делаешь?! – вопит Бо и подается было ко мне, но Джие вытягивает руку, заграждая ему дорогу.

– Как и обещала, выпускаю тебя на свободу, – шепчу я птице и открываю дверцу.

Сокол вылетает из клетки и уносится вдаль. Вскоре он остается лишь крошечным пятном в небе.

– Моя стрела улетела по крайней мере в десять раз дальше вашей, – говорю я. – Что скажете, принц Джие?

Челюсть Бо отвисает, а глаза Айлин становятся большими, как блюдца. Рен задумчиво смотрит на меня.

Яо разражается смехом:

– Чудесно, Джие! Придется тебе признать поражение.

Лицо Джие подобно калейдоскопу эмоций. Что он чувствует? Раздражение? Неверие? Или моя выходка показалась ему забавной?

– Я держу слово, – с достоинством произносит Джие, откладывая лук и стрелы. – Победа за вами. Однако в следующий раз вам так не повезет, – добавляет он, вздернув нос, и уходит.

Мое сердце трепещет. Следующий раз?..

Яо мне подмигивает и следует за другом, и Бо тоже спешит за Джие.

– Вы пришли посмотреть на линчжи? Я так рад, что вы приняли мое приглашение и выделили время… – Его голос растворяется вдали.

– Ты поразила меня, дорогая сестра, – говорит Айлин, подходя ближе, и в ее глазах горит странная искра, которая меня совсем не радует. Я хотела казаться ей робкой и тихой, а теперь выпустила когти намного раньше, чем следовало бы.

– Спасибо, что болела за меня, – невинно отвечаю я.

– Что ты, – бросает Айлин, прежде чем грациозно удалиться.

Я тоже хочу уйти, но Рен меня перехватывает. Мое тело сковывает как железом.

– Редко увидишь такую мудрую девушку, как вы, Миньсин. Вы заслужили мое уважение, и я искренне надеюсь, что вы позволите узнать вас ближе.

Мудрую? Я всего лишь обхитрила Джие простым трюком. Была бы я мудрой, сразу увидела бы истинные лица Рена и Айлин с Бо.

Я даже не пытаюсь сгладить свои слова:

– Ваша похвала слишком велика, и боюсь, я ее не заслуживаю, ваше высочество. Простая девушка вроде меня не смеет заводить дружбу с принцем.

Я кланяюсь и ухожу от него, не обращая внимания на то, как он буквально излучает злобу. У меня самой внутри все кипит от ярости.

На краю поля для стрельбы из лука меня ждут две девушки. Должно быть, Маи за меня переживала и позвала Фэй на мою защиту. Их верность согревает мне сердце.

* * *

Ночью мне снится сон.

Я стою в огромном великолепном здании. Белые мраморные колонны поддерживают высокий сводчатый потолок, расписанный картой ночного неба. Там изображены солнце и полная луна, и вокруг них все усыпано серебряными звездами. Гранитный пол украшен замысловатой гравировкой звезды с девятью лучами, что извиваются волнами. Свет проникает сквозь тяжелые стены, словно они сложены из дымчатого стекла, а не из камня. Однако здесь нет ни окон, ни горящих свечей.

У меня по спине пробегают мурашки. Кажется, светится само здание, словно оно пленило в себе солнечные лучи.

Дальняя стена покрыта инкрустированной золотом мозаикой с девятью красочными сценами. В первых трех отражена природа: пламя, океан, земля. В среднем ряду – живописные портреты: ребенок с гигантским мечом в руках, женщина с широко раскрытыми глазами и навостренными ушами и мужчина с двумя лицами. Нижние картины более абстрактные: с темными и светлыми спиралями, золотым шаром среди витающих вокруг него сфер и мерцающими вратами в иной мир.

Девять изображений, девять лучей звезды. Это число должно означать нечто важное. Девять кругов ада. Девять небесных врат.

По центру комнаты находится нечто похожее на алтарь. На мгновение он вспыхивает жутким светом, словно освещенный изнутри нефрит, и кажется полупрозрачным, но в следующую секунду выглядит так, будто его сложили из жемчужин.

Впрочем, мое внимание привлекает другое: хрустальный сосуд на алтаре. Он удивительно невзрачный по сравнению со всем интерьером, но меня тянет к нему, как подсолнух к солнцу.

Я опускаю руку в сосуд и нащупываю нечто гладкое и твердое. Небольшой предмет вибрирует, как живой.

Я достаю его и смотрю на свою ладонь.

Во мне все замирает.

Это мой каменный амулет, выкрашенный в пять разных цветов.

В голове у меня все путается, мысли рассеиваются. Мой взгляд, озадаченный и восхищенный, устремлен на амулет.

Из камня ударяет луч света, яркий, как рождение новой звезды. Воздух трещит от сильной энергии.

Я резко просыпаюсь, тяжело дыша, и замечаю что-то блестящее краем глаза. Мое дыхание замирает, когда я опускаю взгляд.

Амулет сияет, мерцая всеми пятью цветами: синим, желтым, красным, зеленым и фиолетовым. Я тянусь к нему, но тут же отдергиваю руку. Он обжигающе горячий.

Я осматриваю пальцы, но на них нет ожогов, и кожа даже не покраснела.

Свет постепенно рассеивается. Тревога сжимает меня изнутри, будто проволокой. Этот амулет со мной всю жизнь, но такого я еще ни разу не видела.

Что это означает?