Цитаты из книг автора «Кейси Уэст»

Гейдж стиснул челюсти. Значит, он еще не свыкся с этой мыслью. Остальные просто смотрели на меня, будто ожидая продолжения. Все они любили Брейдена, и потому не поняли, что я имела в виду. Я вслепую потянулась назад, надеясь, что Брейден мне поможет. Не прошло и секунды, как он взял меня за руку. – Мы вместе, – добавила я. Не знаю, кто взорвался первым, но вскоре они все говорили наперебой… и уж точно не поздравляли нас. Джером первый вскочил с криками: – Да как ты смеешь использовать ее в такой момент? – Он обдал Брейдена холодным взглядом. И после этого они все, казалось, в унисон подскочили. Я подняла руку, пока кто-то еще не выкинул какое-нибудь оскорбление: – Прекратите. Он единственный хотя бы намекнул мне о маме. Так что даже не смейте его в этом обвинять. Джером сжал кулаки: – Но все выглядит именно так. – Я не хрупкая. Вы это понимаете? Я сама могу за себя постоять. Сама могу принимать решения. Это случилось не сегодня. Он давно мне нравился. Просто признались мы в этом сегодня. – Я люблю ее, парни, – сказал Брейден.

Я позвала братьев, и вскоре все четверо, включая папу, забились на наш длинный диван. Они едва уместились на нем плечом к плечу. Я стояла перед ними, Брейден позади меня. Похрустев костяшками пальцев, я глубоко вдохнула: – Хорошо. Итак… – С чего бы начать? Наверное, их нужно как-то подготовить, но как?

День клонился к закату, когда мы возвращались к моему дому, по дороге пасуя друг другу мяч. – Итак… Он выгнул бровь: – Что? – Ты расскажешь моей семье о нас или я? – Наверное, лучше ты. У меня уже есть один фингал. – Смешно… подожди, ты же не думаешь, что мои братья тебя ударят, правда? – Хотелось бы верить.

Я резко села, и голова слегка закружилась. – Твой отец тебя ударил? Он улыбнулся. Не такую реакцию я ожидала. – Да. Я наконец выступил против него. Он ударил меня, и мама его выгнала. – Брейден! Почему ты мне не сказал? Ты в порядке? – Да. Мне годами хотелось, чтобы она его выгнала. Не думал, что для этого мне потребуется схлопотать по лицу, но оно того стоило. Мне уже давно следовало ему возразить. Его лицо все еще озаряла улыбка, но я слишком хорошо его знала. И видела боль в его глазах. Брейден не хотел, чтобы его отец уходил. Он хотел, чтобы отец любил его настолько, чтобы решить измениться. – Мне безумно жаль.

– Не знаю, как отреагируют мои братья, но папа тебя обожает. Он уткнулся лицом в мою шею: – Гейдж уже знает. Я попыталась оттолкнуть его, чтобы заглянуть ему в глаза, но он не сдвинулся. – И что он сказал? – Он зол. Мне наконец удалось отодвинуть его, и первое, что я увидела, – синяк под левым глазом: – Подожди. Это Гейдж с тобой сделал? – Что?

Он медленно выдохнул, его дыхание пахло так знакомо. – Я хотел сказать тебе это. – Сказать, что хочешь меня поцеловать? Он кивнул. – Это все изменит? – Очень на это надеюсь. Брейден улыбнулся, и его взгляд прошелся по моим глазам, губам и задержался на волосах. Он убрал прядку мне за ухо: – Ты такая красивая. Мои щеки покраснели. – Разве мы не должны делать это у забора? – Нет. Я не хочу, чтобы это было в нашей альтернативной реальности. Я хочу, чтобы это было по-настоящему. Его губы накрыли мои. Мое сердце словно участвовало в спринте; оно мчалось к жизни. Я обняла Брейдена за плечи и притянула к себе.

Сначала он выглядел озадаченным, а затем его губы медленно растянулись в улыбке. – Зачем? – Ты выиграл. Только отпусти меня. – Я выиграл? Ты просто сдалась? Разве ты когда-нибудь сдавалась? – Да. Ты победил. Брейден. Пожалуйста. – Мне не хватало воздуха, и мой голос звучал глухо. – Но я должен тебе один укус. – Он опустил голову к моей шее, и мое сердце заколотилось о ребра. – Восстановим справедливость.

Он норовил меня взбодрить, и хотя я сочла это милым, прямо сейчас мне не хотелось гулять с Брейденом. Это лишь станет очередным напоминанием того, что не может быть моим и насколько нынче моя жизнь отстойна. – Не особо. Но передавай всем от меня привет. – Ну, это будет сложно, потому что «всех» там не будет. Только я. Еще хуже. – Думаю, Гейдж дома. Позови его. Он точно согласится. Брейден подбил мяч коленом, и тот, вычертив в воздухе дугу, приземлился на края моей кровати. – Гейджа дома нет, и я хочу тебя. В этот раз я не смогла скрыть румянец на щеках. Ему следовало следить за своими словами. Но он вроде бы не заметил моей реакции. – Пойдем. Пожалуйста, – добавил он и, подойдя к шкафу, достал мою обувь.

Позади меня захрустел гравий. – Еще и тридцати минут не прошло, – сказала я раздраженно. Папа не мог дать мне хотя бы час, чтобы все обдумать? – Он сказал пока не ехать за тобой, но я волновался. Я повернулась к Джерому. Его лицо отражало беспокойство. Я злилась не только на маму. Но еще и на братьев. Они скрывали от меня правду. – Я в порядке. – Правда? – Нет. Я размазня. – Чарли. – Его голос был резким. – Не говори так. Это неправда. Ты имеешь полное право переживать. – Но вы считаете меня слабой. Поэтому так оберегаете. Вы думаете, я на грани срыва. – Нет. Ты сильная. Иногда даже слишком. Ты думаешь, что должна справиться со всем этим сама, но это не так. – Он обнял меня за плечи и тоже взглянул на надгробие.

Я крепко сжала его руку. Не позволю себе больше плакать. – Ты все сделал правильно, – с трудом проговорила я. – Ты все сделал правильно. Он обхватил мое лицо руками и поцеловал в лоб: – Наверное, что-то я действительно сделал правильно, потому что ты выросла удивительной девушкой. Уверенной в себе, умной, спортивной и красивой. Я люблю тебя, детка. – Я тоже тебя люблю.