Цитаты из книг автора «Кейси Уэст»

– Что ж, если ты неряха, то я – стихийное бедствие. – Самое симпатичное стихийное бедствие, которое я когда-либо видел. Щекам стало тепло. – Хорошо, действие второе, сцена первая.

– Блейк, Джии нравится вкус орехов, но не сами орехи. Можешь убрать их все для нее? Я толкнула его локтем в бок: – Вообще-то мне и вкус не нравится. – Тогда почему ты выбрала это мороженное? Я пожала плечами: – Не знаю. Мне в нем нравится все остальное, так что это почти перевешивает орехи. – Джиа, ты странная. – Спасибо. А ты что выберешь? – Я размышлял насчет ванильного, но тут подумал: «Это так скучно. Джиа решит, что я самый скучный человек на земле». – Это правда. – И тогда я подумал: «Держу пари, Блейк мне подскажет, что заказать», – но он тоже в этом не помощник. За что отдельное спасибо, Блейк. – Всегда пожалуйста. – Так что остается единственный вариант: клубничное. – Хейден кивнул Блейку. – Вот такой объем. – Он показал на среднюю креманку, затем повернулся ко мне: – Ты все еще смотришь на «Каменистую дорогу». Почему ты все еще смотришь на это мороженое? – Не знаю. Оно выглядит так вкусно, что я начинаю уговаривать себя, что в этот раз оно мне понравится, и не получается.

– Какое самое вкусное? – обратился он к Блейку. – Не знаю. Я не любитель мороженого. – Что? – сказал Хейден с недоверием в голосе. – Как парень, которому не нравится мороженое, смог получить здесь работу? – Магазин принадлежит моим родителям. – Это все объясняет. Как долго они им владеют? – Двадцать лет. – Так ты вырос здесь? Блейк показал на пол: – Я буквально вырос прямо здесь. – Выращенный мороженым. Могу понять, почему оно тебе не нравится. Блейк засмеялся: – Я его ненавижу. Вот так узнаешь историю другого человека, подумала я. Как у него это получается настолько естественно?

На нем были очки, а я и думать забыла, что он их носил. В них он выглядел привлекательно. И почему я раньше считала, что парни, носящие очки, не мой типаж? Хотя сейчас у меня было ощущение, что все надетое Хейденом будет соответствовать моему типажу парня.

Папа с мамой так хорошо играли роль «идеальные родители», что я не была уверена, как выглядят «подавленные родители».

Даже если бы мне удалось это сделать – и хотя бы на короткий момент представить, что вижу не себя, – то я бы все равно испытывала стыд за девушку с зависимостью от социальных сетей. С зависимостью от мнения посторонних людей. Не имеющую собственной точки зрения, но слушающую других. Не знающую, что она представляет собой на самом деле. Меня убивало, что Хейден посмотрел фильм. Я с силой захлопнула ноутбук и спрятала голову под подушку. Хейден был прав: мне не следовало это смотреть. Мне следовало остановиться после трехминутного фрагмента, который я уже видела.

Я улыбнулась: – Это доска для серфинга? Он на мгновение замер, будто пришел в замешательство, а затем кивнул: – Да. – Семнадцать вопросов. – Этот был восемнадцатым. – Нет, потому что ты не ответил на вопрос насчет соревнований. Ты просто его проанализировал. – Верно.

От его взгляда у меня защемило сердце. Он жалел меня… снова. – Я за тебя беспокоюсь. И не могу отпустить тебя домой в таком состоянии, потому что ты мне рассказывала, что мало общаешься со своими родителями, и я знаю, какие у тебя подруги. А теперь я увидел твоего великолепного брата. Это съест тебя живьем. Мне просто хочется, чтобы ты выговорилась. Не держала это в себе.

Через минуту Хейден закинул одну руку на плечо Бек, а вторую – на мое плечо. Ох, отлично, я попала в категорию «сестры».

– Что было фишкой твоей предвыборной кампании? – поинтересовался Хейден. – Ты пообещала всем ланч вне кампуса? Никакой физкультуры? – Я провела много времени в социальных сетях, общаясь с людьми, чтобы они запомнили мое имя. – Умно. – Помоги-ка мне кое-что уяснить, – сказала Бек. – Ты переписывалась с людьми, чтобы они тебя запомнили? А после того как победила, отписалась от них? – Нет, не отписалась.