Глава 8

Тем более Ника это особенно и не тревожило. Он просто взял и вычеркнул ее из своей жизни, еще и пол сменил для надежности.

Почему-то это злило больше всего, хотя Кира не понимала причину. И сейчас Ник смотрел будто мимо нее, обращал внимания не больше, чем на того же брата Андрэ. Он менялся только в моменты, когда им приходилось делать что-то вместе, к примеру – гонять драконов.

Все же, откуда они здесь?

Пока в ее блокноте вопросов было больше, чем ответов, но Кира собиралась во всем этом разобраться. Тем более времени у них хватает. Эш говорил о реакторе, но проблема же не только в нем. И в двигателях, и в обшивке, и в связи. Вылететь за пределы атмосферы у них вряд ли получится, придется ждать помощи извне. А до того их вначале должны найти. На возможном пути яхты тысячи планет, из которых Верона – не самая очевидная для посадки.

Кира не верила в чудеса, зато верила в отца, который не успокоится, пока не найдет дочь. Но до тех пор надо было продержаться здесь, а у них за первый день столько приключений.

Распрощавшись с Эшем, она отправилась в свою каюту, за порогом которой едва не свалилась от усталости. Мышцы ныли, голова трещала от непривычного фона и усилий, а еще нестерпимо хотелось спать. Но до того – сходить в душ.

Пока же Кира обессиленно упала поперек кровати и заметила на покрывале половинку шоколадного батончика. А к нему записку: «Не могу есть без тебя». И от этого почему-то стало тепло и легко, точно она окунулась в детство, когда все еще было хорошо, а рядом был Ник.

Они семь лет прожили вместе в интернате, расставаясь только на сон и на каникулы. И те чаще проводили вдвоем у кого-то из родителей, которые просто махнули на это рукой. Приглядывать за двумя сразу было проще, чем слушать постоянное нытье одного, как ему плохо без другого.

А когда им стукнуло по четырнадцать, грянул гром. На следующий год их разделили не только по программам, но и по интернатам. У Киры была унылая единица пси-способностей, у Ника – уверенная тройка, которая плавно ползла к четверке. Ее перспективы были туманны, его ждало блестящее будущее в любой сфере на Авалоне.

Видя такое дело, отец забрал Киру на Гвиневеру, в обычную школу с тьмой разных секций. Необходимый для псионика минимум обучения она уже прошла, а дальше гнаться за колдунами не было смысла. Ник же остался на Авалоне, вроде бы в ближайшей системе, а невообразимо далеко. К тому же учебная нагрузка была такая, что на болтовню времени не осталось.

Постепенно Кира обросла новыми друзьями и интересами, письма от Ника приходили все реже, да и самой писать стало будто не о чем. И неловко. Да и каникулы у них больше не совпадали, видеться стало сложнее, даже условным летом, которое различалось на Гвиневере и Авалоне.

Но после того, как Кире исполнилось шестнадцать, вопрос о визите к фэйри встал ребром. Нужно было зарегистрировать свой полный второй уровень и получить рекомендации о дальнейшем жизненном пути. У родителей тогда случился завал на работе, сестры разболелись, и Кира решила лететь одна.

Что там страшного? Родители посадят на корабль, дядя Кир и тетя Эстер – встретят. Тем более ей до дрожи хотелось встретиться с Ником. Поговорить обо всем, поглядеть на выросшего друга, да просто побыть с ним рядом.

Кира в самом деле почти сбежала с трапа, едва они сели в космопорте, оглядела толпу и… Старшие Рейсаши не пришли, вместо них ее встречал совершенно незнакомый парень. Он был выше нее и шире в плечах, глядел настороженно и хмуро, а еще почему-то походил на ее Ника. А потом он улыбнулся и все вроде бы встало на свои места.

Вроде бы.

Новый Ник был строже и серьезнее. Он больше не ввязывался во всякие проказы, а сдерживал себя, как и положено псионику с уже четвертым уровнем. Он держал дистанцию между ними и носил за Кирой сумки, ведь она девочка и ей тяжело. Он неохотно брал ее с собой на прогулки, знакомил с друзьями, якобы не хотел отвлекать от учебы.

Это было неожиданно и неприятно, Кира даже пару раз плакала ночами от безысходной тоски. Кажется, она окончательно потеряла своего друга, заменить которого оказалось некем, и теперь в душе была пустота.

Еще ей не нравился Авалон. Слишком серьезный и чопорный, с холодными и надменными фэйри. И если взрослые спокойно относились к не самой сильной полукровке, то ровесники не стеснялись шпынять Киру. Она, конечно, себя в обиду не давала, тем более надавить на нее способностями не могли, но все равно каждый раз расстраивалась и уже считала дни до того, как вернется домой. Где она была просто хорошей девчонкой с неплохой внешностью и отличными оценками, а не «вы посмотрите, до чего выродились Рейсаши». И чем больше она старалась слиться с местными, тем сильнее ее шпыняли.

Правда, один такой умник тут же схлопотал в челюсть от Ника, но кого он больше защищал, ее или честь семьи, Кира так и не поняла. У него тоже побоялась спрашивать: слишком мрачным и злым выглядел друг.

Все здесь шло наперекосяк. Кира так ждала эту поездку, а в итоге получила несколько дней персонального ада. Осталось еще четыре – и она вернется домой, к родителям и друзьям. Нормальным, а не как этот…

В городке, где жили Рейсаши, намечался праздник, и Кира отчего-то ждала, что Ник пригласит ее пойти вместе. Даже не выдержала и намекнула об этом сама. А он взял и бросил: провожу тебя, чтобы наши не задирали. Кира еще попыталась отшутиться, что друг, наверное, со своей девушкой туда собрался. На это Ник ожег ее взглядом и вышел, хлопнув дверью.

С чего он так взбесился, Кира так и не поняла, поэтому решила просто никуда не ходить. Заранее заготовила отговорку для тети Эстер, притащила себе несколько книг из местной библиотеки. Настоящих бумажных, мода на которые вернулась несколько лет назад. Устроилась с ними в саду на одной из резных скамей. И все здесь было прекрасно: свежий воздух, мягкая тень, цветущие рядом розы и даже виноград, до ароматных гроздей которого только протяни руку.

Единственный минус – если подойти вплотную к забору, то Киру было видно с улицы. Чем и воспользовалась стая местных «эльфиек». Тем тоже было лет по пятнадцать-шестнадцать, зато внешне – типичные чистокровные фэйри, утонченные и непохожие на людей. А еще их уровни начинались с тройки, в то время как Кира едва-едва дотянула до двойки.

Один уровень – серьезно для псиоников, особенно когда он пролегает между никому не интересной двойкой и многообещающей тройкой. А так как девчонки еще росли, то у них был шанс заполучить себе и пятерку, и даже семерку. В то время как для полукровки-Киры и двойка – почти чудо. Это у Ника оба родителя псионики, а ее папа – обычный человек, пусть и пси-чувствительный и с редким даром блокировать чужие способности.

– Ну, здравствуй, – произнесла главная из них, Талула. Противная, как и ее корявое имечко. – Вижу, ты не собираешься на праздник?

Кира неспешно села и закрыла книгу. Но убирать ее не стала, оставила на коленях. И уже представила, как лихо та полетит в голову надменной фэйритянки. Это сейчас Кира ни с кем не дралась, вроде как несолидно было. А раньше, в интернате, и мальчишек поколачивала. Но тогда с ней был Ник, а теперь рассчитывать не на кого.

– Еще не решила, – туманно ответила она.

– Реши правильно и не ходи, – Талула сделала шаг к забору, затем положила руки на его верх. – Ты же понимаешь, что не дотягиваешь до наших стандартов? Всем будет неприятно смотреть на тебя. Парни не пригласят на танцы, остальные будут отводить взгляды. Да и каково будет Нику притащить человечку вместо приличной фэйри? Ты ведь знаешь, что ему уже подобрали восемь девушек с наилучшей совместимостью?

Одна из ее подружек, высокая и плоская, как доска, приосанилась и довольно задрала нос. Вот ее, значит, выбрали в жены Нику? Кириному Нику?

Книгу она тут же сжала крепче, встала и медленно, нарочито расслабленно поплыла к забору. Один меткий удар – и кое-кто будет звездой вечера с расквашенным носом и без клока волос. А на такое тоже не слишком-то приятно смотреть.

Когда до Талулы оставалась пара шагов, откуда-то из дома выскочил Ник и схватил Киру за локоть. Ничего, левой она тоже била неплохо, в нее же и переложила книгу, но догадливый друг уже оттащил Киру дальше от забора.

Пихаться с ним на виду у этих ведьм она не стала, да и бесполезно. Ник был куда выше и сильнее. А если Кира попробует вырваться – эти все равно успеют сбежать.

– Талли, вали отсюда, – бросил Ник. – Тебя уже Арди заждался. Будешь клювом щелкать – уведут.

Серьезная угроза, как ни крути. Арди, полное имя которого Кира так и не запомнила, имел полную семерку способностей, и несколько десятков предложений для дальнейшей учебы. Отличная пара для зазнайки-Талулы, что мнила себя местной королевой.

Потому сейчас задрала нос, подвигала бровями в сторону Киры и удалилась, уводя с собой подружек и «невесту» Ника.

– Что им было нужно? – спросил он, не отпуская ее руку.

– Назвала меня страшилой и просила не ходить на праздник, – мрачно ответила Кира. – Потому что парней и танцев мне все равно не светит.

– А тебе бы хотелось? – с непонятной угрозой произнес Ник.

– Теперь это уже дело принципа, – также зло ответила Кира. Вообще она надеялась, что Ник кивнет ей и скажет собираться на праздник или… Или отмахнется: да гори они все, зачем нам кто-то, будем танцевать вместе!

Вместо того он свел брови:

– Тебе и вправду не стоит туда ходить. Слишком выделяющаяся внешность.

– Хочешь сказать, что я страшненькая?

Тут Кира выдернула руку и поудобнее перехватила книгу. Не вышло с Талулой, так нос Мелкого тоже отлично подойдет как цель.

– По меркам фэйри – да, – припечатал он. А Кира почувствовала, как внутри что-то лопнуло, а потом та самая дыра, что поселилась в груди, подернулась льдом и расползлась шире. Хотелось одновременно орать и плакать, но Кира все стояла и смотрела на уже бывшего друга.

Вымахал в высоту и вширь, вон мышцы так и гуляют под футболкой, повзрослел. А еще стал таким же мерзким и заносчивым, как все эти фэйри. Наверняка только обрадуется, если Кира заплачет. Так что пошел он! Принцессы не плачут, они мстят! А она точно была принцессой, пусть и только папиной.

Кира прижала книгу к груди, затем закатила глаза и выпрямилась.

– Пф-ф, подумаешь. Зато по общечеловеческим – я красотка!

Еще подумала, что папа бы непременно гордился таким ответом. А мама бы советовала все-таки разок врезать Нику, ну просто для профилактики, и в очередной раз вздохнула бы, что дружба с мальчиками – плохая идея. Зато бабуля Вета, двоюродная папина тетка, за которой, несмотря на возраст, до сих пор толпами таскались мужчины, посоветовала бы еще и бедрами покачивать, когда уходишь.

Кира не была уверена, что у нее вышло это самое покачивание. Себя-то со стороны не видно, и за реакцией Ника не посмотришь. Зато в своей комнате она перетряхнула чемодан, вытащила оттуда свое самое гвиневерское платье, яркое и не такое длинное, как таскали Талула с подругами. Затем завила волосы и распустила их. Слегка тронула блеском губы и отправилась на праздник. Сама. Все же Авалон – вполне безопасное место, а не планета дикарей. Если же кому-то не понравится ее внешность, им придется страдать от этого и плакаться подругам.

Народу на празднике собралось столько, что пришлось поблуждать, прежде чем Кира нашла компанию Талулы. Несколько минут она наблюдала за ними, выискивая взглядом того самого Арди. Затем купила себе стакан с молочным коктейлем, пригубила его, и ненавязчиво стрельнула взглядом по нужному фэйри, выпуская то, что сидело внутри. Женскую суть, как говорила бабуля. То, что будто говорило: я твоя радость и свет, твоя мечта и твои самые темные желания.

Арди поперхнулся соком, а затем проводил Киру взглядом. Когда же она демонстративно медленно пошла в сторону танцпола, сорвался с места и предложил ей свою компанию. Чего-то в действии сути Кира еще не понимала, потому как одновременно с этим фэйри к ней подскочили еще трое. Только Ник остался на месте, став еще злее.

Но Кира только пожала плечами и за пару минут расписала все свои танцы на ближайший час вперед. Хоть ты бальную книжку заводи, как в старые добрые времена. Правда, парни сами следили за очередью, избавив Киру от тревог, а заодно и от компании Талулы. Которая, кажется, сточила все зубы от злости.

Домой к Рейсашам ее провожали с полдюжины парней и мрачный дядя Кир позади. Который тайком строчил кому-то сообщения, наверняка папе. Но Кира вела себя прилично и не особенно боялась последующих разборок.

Только помахала всем на прощание и с облегчением скрылась за забором, избавляясь от такого непривычного внимания. Правда, толпа ее поклонников так и не рассосалась за оставшиеся дни, многие упрашивали дать им координаты для связи, но Кира не стала.

Потом, перед самым отъездом, ей зарегистрировали растущую двойку. Будто вместе с этой самой женской сутью проснулись и ее пси-способности. Что было очень здорово, если бы не ощущение, что за чудо она расплатилась дружбой Ника.

Тот упорно сторонился Киры, а потом и вовсе замолчал на долгие шесть лет. И наверняка бы и дальше игнорировал ее, если бы не треклятые кабачки.