Глава 2

Контейнер с кабачками оказался здоровым и неповоротливым. Огромный, похожий на сундук, еще и покрашенный серым с заботливо выведенной поверх красно-синей клеткой. Наверняка бабуля Вета специально искала такой, аутентичный, похожий на те самые хозяйственные сумки из музея истинной Земли. Еще и размером был с кубометр, точно урожай кабачков для мамы собирали всей деревней.

Ник катил его и чувствовал на себе чужие взгляды. На него косились, откровенно глазели и таращились. А еще – перешептывались или тыкали пальцем. Это Кира везла контейнер, непринужденно, точно дизайнерский чемодан, Ник чувствовал себя мальчишкой-носильщиком. Или нет – затюканным внуком властной бабули, который покорно тащит домой груз ее угощений.

Зато Эша занимали совершенно иные проблемы:

– А если она андроид? – спросил тот зловещим шепотом.

– Посланный с грузом кабачков? – в тон ответил Ник и сильнее дернул контейнер за ручку, отчего та чуть не отлетела. – Кто-то настолько отчаялся сплавить их родне и знакомым, что решил подсунуть нам?

– Нет, их просто перехватили, чтобы втереться к нам в доверие! – продолжил друг.

– Да ну? – Ник остановился и отпустил контейнер. Соблазн втихую забыть его здесь был крайне велик, но придется тогда объясняться с мамой. Хотя непонятно, откуда у той страсть к огородам. Была же нормальным псиоником-антропологом! А после вторых родов будто с катушек слетела со своим садоводством. Что, детей – цветов жизни ей маловато, надо еще и фрукто-овощи подрастить?

– Согласись, нестандартный ход! – просиял Эш. – Кто заподозрит плохое в бабулиных кабачках? Кстати, а вдруг там не они?

Идея была здравая, поэтому Ник приоткрыл крышку и заглянул внутрь. Мысли о деревушке, собиравшей посылку для голодающих авалонских фейри, только подтвердились. В контейнере плотными рядами лежали несколько десятков кабачков. Молоденьких, нежно-салатовых, спелых темно-зеленых в полоску, перезрелых желтых и других, от крохотных, до огромных, точно внутрь бросали все, что плохо лежало на чьих-то огородах.

– Там они, – озвучил очевидное Ник и захлопнул крышку.

– Отчего не семена? – Эш в задумчивости почесал затылок.

– Да мне откуда знать?

Матушка, конечно, уже второй год увлекается садоводством, но Ник о нем знал только по ее рассказам и коротким видео. Еще – по пламенным обещаниям накормить его настоящей грунтовой земляникой, точно как на доколониальной Земле. Но пока ее квелые ростки чахли и падали от малейшего ветерка, в противовес обычным авалонским гибридам. Которые цвели и плодоносили, но отчего-то совсем не радовали маму.

Так что кабачки тоже могут быть нежными и хрупкими, пригодными к перевозке только в таком, неразделанном виде. Что, само по себе не сложно, только стыдно. Подумать только, он, бравый космодесантник, тащит за собой клетчатый контейнер с кабачками!

– Это все крайне подозрительно! – авторитетно заявил Эш, но с контейнером помог: ухватился за другой конец ручки и подстроился под шаг Ника. – А эта девушка… уверен, что не помнишь ее?

– Не помню, – ответил Ник и поморщился от боли. Почему-то стоило только подумать о Кире, как его пси-энергия начинала бесноваться внутри и первым делом давить на мозг. В том будто вырастали иголки, прокалывающие все болевые окончания разом. И плевать, что в ткани мозга их якобы нет. Где-то же есть и точно болят!

Он помнил Кира, отлично помнил этого неугомонного типа, и все их выкрутасы тоже. Но и его нынешний вид и пол отчего-то не вызывали вопросов. Изображение друга будто двоилось и менялось, никак не складываясь в статичный и верный облик.

– Ее нужно проверить, – авторитетно заметил Эш. – Спросить что-то такое, что знали только вы вдвоем.

– Ты прослушал про мое увлечение химией? Об этом знают не так много людей. Тем более о том, кто именно поджег отцовский флаер. Мы с Киром… Кирой тогда так и не признались.

– Влезла в мозг и прочитала мысли твоего настоящего друга?

– Он инквизитор, то есть она, – поправился Ник, затем пояснил: – Блокирует чужие пси-способности. Ладно, есть способ проще.

Ник остановился, провел пальцем по браслету, разблокировав его. Перед глазами тут же мелькнуло меню, в котором Ник уверенно выбрал номер мамы и нажал кнопку отправки сообщения. Придет с задержкой в полчаса-час, но это лучше, чем ничего.

«Привет. Тут проблема с кабачками. Он их потерял».

Не факт, что мама сидит и ждет от него посланий, скорее уж занята с Тео, младшим Рейсашем, которого Ник видел всего несколько раз. Все отговаривался службой и строгим командованием, а на деле просто не горел желанием нянчиться с младшим братом. Еще его грызла иррациональная обида: когда Ник наблюдал за развеселой стайкой сестриц Самариных, то просил родителей о младшеньком братике. Но тогда те были погружены в работу, и на еще одного ребенка решились в момент, когда старшенькому вполне можно было заводить своих.

Будь рядом Кир, то наверняка нашел бы парочку мозговправительных фраз, но с другом они к тому времени в хлам разругались. Главное – Ник не помнил причины. Только жгучую обиду и почему-то боль в голове. Но все это было таким ярким, что никакого желания общаться с Киром не возникало.

До этих самых кабачков.

***

Они с Эшем все-таки дотащили контейнер до яхты, впихнули его в багажный отсек, и не сговариваясь, разошлись каждый по своим каютам. Ник тут же выпил таблетку обезболивающего и огляделся, прикидывая, какие вещи забрать. Благодаря длинному языку Эша, им теперь придется спать в одной каюте, а эту отдать странной девушке, представившейся Кирой. Но как такое возможно? Ник отлично помнит все…

Стоило задуматься, и боль в виске вернулась, а вместе с ней воспоминания, в которых образ заклятого друга двоился, плыл и никак не складывался. Вот же он, Кир, сын маминой подруги! Отчего тогда местами он ведет себя, как девчонка? Да и выглядит тоже.

В целом жизнь космического десантника не слишком располагала обзаводиться вещами. Форму и оружие выделяли, кормили и обеспечивали лекарствами. Так что в увольнительную Ник ехал с одной небольшой сумкой, как и легкомысленный Эш. Но владея собственной яхтой и счетом Керриганов, можно вообще не переживать о вещах.

Ник тоже невольно прикоснулся к щедрости Эша, хотя бы тем, что путешествовал на яхте. Но плестись эконом-классом вслед за Керриганом – глупость и показуха. Тем более летели они к Рейсашам, а теперь еще и на Гвиневеру, к дяде Никите, где их будут много и вкусно кормить, а потом – развлекать. Что служило плохонькой, но компенсацией за комфортный перелет.

Поэтому Ник быстро сгреб свою одежду с полок, прихватил лежащий там же мачете, гражданский бластер и упаковку лекарств. Затем споро перестелил кровать, по-военному строго расправил все складки, на том посчитал свой долг гостеприимства выполненным и убрался оттуда.

Каюта Эша была ровно такого же размера и, что мерзко, с одной кроватью. На которой сейчас лежал друг, перебиравший что-то в сети. Ник же покрутился и откинул узкую запасную кровать, до того сложенную и утопленную в стену. Места мало, точно на полке, и так же жестко, но за время службы случались ночевки и похуже. Хотя все равно жаль, что слова об удобном диване – наглое вранье, чтобы успокоить совесть девчонки.

– Я тут порылся в сети, – произнес Эш, вызывая над браслетом виртуальный экран. – Но не нашел там никакой Киры Самариной. Кира, впрочем, тоже.

– Вбей «Рябина_ее_величества».

Эш скептически хмыкнул, но все-таки изменил параметры поиска. На этот раз результат был. Страницу Рябина вела от случая к случаю, заполняла ее снимками восходов и закатов, паутины в росе, гвиневерских драконов и котиков. Нет, парень такое не запостит, просто мимо его интересов. С другой стороны, сидит же напротив Эш и увлеченно листает страницу Рябины, за малым не пуская слюни.

– Моя богиня, – восторженно прошептал он. – Такая скромница с безупречным чувством стиля.

– У бабули Веты примерно такие же фото в профиле, – отрезал Ник.

– Плева-а-ать, – протянул Эш. – Кира идеальна и безупречна, а ты просто идиот, что ее прощелкал.

– Ничего, подожду до завтра и пойду в атаку. Дольше твоя симпатия не продержится, – Ник пожал плечами и все же улегся на кровать.

– Нет, в этот раз все абсолютно иначе. Она идеальна и неповторима!

Это точно. Вторую такую катастрофу Вселенная бы просто не выдержала. Но спорить с влюбленным Эшем себе дороже, лучше в самом деле подождать. Тем более и лететь им чуть больше суток, а дальше Кира перестанет тереться рядом и бесить своей… своим всем.

Потому Ник просто закрыл глаза и попытался уснуть.

Но стоило ему задремать, как корабельный ИИ сообщил, что кто-то пытается проникнуть внутрь. И тут же подбросил голограмму, на которой у трапа топталась Кира в окружении троих парней. И у каждого было по здоровенной сумке с продуктами в руках.

Пока Ник боролся с соблазном просто не открывать заклятой подружке, Эш уже отпер люк и даже помчался ей на встречу. Это было глупо и недальновидно. Ни к чему впускать чужаков на яхту, лучше бы поговорить с ними на трапе, под прицелами камер космопорта и дежурившей здесь же охраны.

Потому Ник вскочил с места и отправился поддержать Эша. Но незнакомцы просто сбросили покупки у стены, поглазели на окружающее пространство, попрощались с Кирой, медленно и нехотя, отчего захотелось их с чувством подтолкнуть, затем ушли.

– И кто это? – недобро спросил Ник.

– Хоккеисты, – пожала плечами Кира. – Заметили меня, когда закупалась продуктами, и предложили помощь с сумками.

Черная, необъяснимая злость разрасталась где-то за грудиной и рвалась наружу, хотя Ник не мог найти ей ни названия, ни объяснения. Да этих парней стоило бы пожалеть за то, что попались Киру…Кире, а не представлять, как разрываешь их на части! Но вот не получалось, слишком счастливыми те выглядели и улыбались глупо, когда глазели на Киру.

– И не стыдно их использовать? Робот-погрузчик обошелся бы куда дешевле, – угрюмо произнес Ник.

– И не надо нам столько еды, – вклинился Эш. – На яхте всегда есть запас, да и лететь нам чуть больше стандартных суток.

– Тогда это небольшой запас плюс к вашему запасу, – беспечно отмахнулась Кира. – И никого я не использовала. Парни сами подошли и предложили свою помощь. Кто же виноват, что они не поверили в двух ждущих меня космодесантников? Я-то их честно предупредила!

Ну да, если бы ждали, то и с сумками бы помогли, а так скверно вышло. Но кто же знал, что Кира скупит половину местного маркета, а не прихватит несколько шоколадок и сэндвичей?

Ник знал. В конце концов, Кир… Кира всегда была королевой хомяков и не ходила в гости с пустыми руками. Надо было догадаться, что и на яхту она прихватит что-то посолиднее шоколадок.

От мыслей об этом снова разболелась голова, Ник поморщился и потер висок, но поймав обеспокоенный взгляд Киры разгладил лицо и для надежности закрылся пси-щитами.

На это девушка закатила глаза, намекая, что и не собиралась лезть к нему в голову. И вообще, захотела бы – спросила прямо, а не использовался их колдунские штучки. Затем забросила на плечо сумку и пошагала вслед за Эшем, который уже разливался соловьем в попытках соблазнить свою богиню.

То самое черное и злое опять всколыхнулось в груди, а Ник никак не мог понять, что с ним.

И в этот момент пришло сообщение от мамы:

«Если ты угробил мои кабачки – мог бы написать об этом прямо, а не готовить загадками! Ты встретился с Кирой? Все в порядке?»

«Да в порядке твои кабачки» – с раздражением написал он в ответ и отключился от сети.

С Кирой. Значит, все знают ее как девушку, только Ник почему-то помнит иначе. От боли в виске подкатывала тошнота, а перед глазами мелькали разноцветные круги. Потому Ник отправился в мед отсек, сделал себе инъекцию обезболивающего и лег на кушетку, ожидая, когда подействует.

Пока ничего не помогало. Напротив, стоило только подумать о Кире, как становилось хуже. Точно она была заколдованной, или, что вернее, все воспоминания о ней. А вдруг это в самом деле обман? Сообщение от мамы перехватили и подделали. Или Ник его неверно прочитал из-за каких-то пси-блоков? Да тьма вариантов! Поэтому нужно проверить наверняка.

Он заглянул в каюту к Эшу, прихватил ореховый батончик и с ним отправился к Кире. Ее дверь была соседней, Ник просто распахнул ее, нажав на сенсор, и только тогда подумал, что неплохо бы стучаться.

Кира балансировала на одной ноге, натягивая на себя брюки взамен брошенного на кровать платья. На звук отворившейся двери она тряхнула головой, смахивая волосы на одну сторону, но особенно не смутилась и не попыталась прикрыться.

– А, Мелкий! – равнодушно бросила она и продолжила одеваться. После спортивных штанов она спокойно натянула на себя футболку, и тогда скрестила руки на груди.

Белье у Киры было достаточно скромным и закрытым, однако же то самое нечто снова заворочалось внутри Ника, теперь требуя не просто разогнать конкурентов, но и подмять под себя эту самку.

Чтобы не выдать себя, Ник нарочито равнодушно скользнул по Кире взглядом, затем вытащил из кармана ореховый батончик и бросил его подруге.

– Держи, Рябина!

Она ловко его поймала, разломала пополам и вернула часть Нику. Точно как они делали в детстве, когда еще учились в интернате для псиоников. Кормили там неплохо, но однообразно, а еда из дома была по строгому регламенту. Поэтому Ник с Киром…Кирой всегда делили сладости пополам.

Да, если бы кто-то решил одурачить его, подменив друга, то он бы никогда не смог так точно скопировать все жесты Кир…ы. Ник зажмурился, чтобы справиться с головной болью.

– Тебе плохо? – тут же спросила подруга и протянула руку к его виску.

Ник не стал отшатываться, наоборот, подставил голову под ее ладонь, точно захотевший ласки кот. От Киры всегда веяло теплом, смывающим все тревоги и боли. Вот и сейчас он ее прикосновения стало легче. Еще – от мыслей, что она определенно девушка и всегда такой была. Это у него с мозгами непорядок.

Но долго так стоять было глупо, поэтому Ник открыл глаза и поймал взгляд подруги. Настороженный, задумчивый и серьезный. И поза их вышла весьма двусмысленной, как у парочки на свидании. Но это же его Кир…а! Самый раздражающий человек во вселенной.

Поэтому Ник ухмыльнулся, глядя прямо ей в глаза, на что Кира чуть сместила пальцы и ухватила его за щеку.

– Какой же ты вымахал, Мелкий!

– Зато ты могла бы быть и повыше, – Ник шутливо провел рукой от головы Киры к себе и уперся в шею. Странно, он не помнил такой разницы между ними. Наверное, за эти шесть лет сам вымахал, а подруга осталась на прежнем уровне.

– Куда уж! Папа и так волновался, что еще немного – и все авалонские парни будут дышать мне в шею.

Ник надменно приподнял бровь, намекая, что пока кто-то другой дышит туда. Но Кира опять закатила глаза, после чего откусила от своей половины батончика и слизнула орехи с нижней губы. От этого по спине Ника пробежали мурашки, а темнота за грудиной будто раскалилась и ударила по голове, опять выводя из равновесия и возвращая боль.

И почему, почему он ее такой не помнит?

И если эта та самая Кира, подруга детства, почему раньше с ней было так легко, а сейчас – невыразимо сложно?

Подумаешь, вымахала ростом и обзавелась округлостями, подчеркнувшими тонкую талию, и волосы, которые стригла раньше под положенную «единицу», отрастила ниже лопаток. Еще притягивает всех парней, как магнитом… Но если он не спятил, то это та самая пигалица, что вместе с ним жгла отцовский флаэр и на спор летала на драконе. Его друг. Которого теперь другой друг называет богиней.

От этого Ник снова нахмурился.

– Осторожнее с Эшем, – предупредил он. – У него каждую неделю новая большая любовь.

– Угум, – беспечно промычала Кира и в два укуса прикончила свою половину батончика. – Мне больше интересно, что с тобой происходит. Ты называл меня парнем, серьезно?

– Друг – существо без пола, – криво ухмыльнулся Ник, чувствуя, будто сам забивает в себя гвозди. На этом подмигнул Кире и вышел, не желая продолжать разговор. Боль в голове вернулась, а с ней и другая, тянущая где-то под сердцем.