Глава 11

– Это…

– Друг, – представился тогда долгоносый парень в драных джинсах.

Вьющиеся светлые волосы шапкой смазливое лицо. На щеках ямочки, и широкая располагающая улыбка.

Они подходят друг другу. Милая парочка, которую можно легко представить в подростковом журнале.

Наверняка такой типаж нравится девушкам.

Оля была растерянной, что застал в ее комнате парнишку.

И она так к нему прижималась, глядела восторженно. Влюбленно. Она раньше так смотрела на меня.

Меня это бесит, выводит из себя.

Почему мне не похрен?

Я должен радоваться. У нее появился ухажер.

Что это? Ревность, ущемленное самолюбие, что она выбрала кого-то помоложе? Но так и должно быть! Разве не этого я хотел, чтобы Оля отстала от меня и даже не думала рассматривать меня как мужчину.

Я должен за нее порадоваться, что несмотря на потерю ребенка, предательство человека, которого она любила. То дерьмо, которое творилось с ней в детском доме, Оля ожила и решила двигаться вперед.

Она смеялась вместе с ним, улыбалась этому Костику. Нет большей того побитого жизнью брошенного котенка, а молодая веселая девушка.

Впервые я увидел ее открытую, настоящую улыбку, когда она подошла ко мне и обняла.

– За что?

– За Степаныча. За то, что дали ему по морде и он больше не сторож в детском доме. Только сейчас поняла, что хотела бы. Чтобы кто-то за меня заступился и дворник получил то, что заслужил.

– Это не моя заслуга, а нового директора детского дома. Лариса Павловна узнала, что он подкатывает к выпускнице. Та же схема, что и с тобой.

– Спасибо. За меня и эту девушку, – улыбнулась она, а голубые глаза просияли.

Закинув руки за голову, раз за разом прокручиваю ее улыбку, адресованную мне. Не Костику. И сам как дурак улыбался.

Зачем мне все это? Что проблем, что ли мало?

Ксюша никак не успокоится. Номера незнакомые, но я уверен, что это она. То порно видео пришлет, с приклеенной фотошопом моим лицом, то смс вроде:

«Эта была незабываемая ночь, котик. Надеюсь жена поверила, что ты был в головном офисе.»

Все как учила сисятстая утка коуч из видео.

Кто еще мог знать, что я действительно был в командировке? Секретарши у меня приходящие, позаимствовал у зама. Визит был секретным. Хотел застать сотрудников врасплох. Знала только Ксюша, потому что это было запланировано и записано в планшете. Ну еще Лена.

Ксения – стерва, решила отомстить и разрушить мою семью в отместку за увольнение. Всегда знал, что обиженные женщины опаснее любого мужика. Они мстят виртуозно, изощренно. Всегда продумывают детали, что и не докопаешься.

Самое смешное, что Ксюша не признается. Хотя это очевидно! Больше не кому.

Я стал раздражительным. И Лена это естественно заметила, задавала вопросы. Но я отмахнулся, что проблемы на работе.

– Дядя Миша, – в кабинет постучала Оля. Я принял рабочую позу, сделал вид, что погружен в новый проект.

– Заходи. Чего тебе? – зло буркнул, не отрывая взгляда от экрана.

– Простите, что отвлекаю. Я хотела попросить разрешения, но тетя Лена занята. У нее подруга и неудобно было отвлекать их.

– Ну?! Говори быстрее, мне нужно работать! – удостоил ее сердитым взглядом.

Оля волнуется. На меня смотрит украдкой, ковыряя носком в белых кедах пол, и заворачивая край короткой джинсовой юбки.

Как она оделась? Топик до ребер, открывающий вид на плоский втянутый живот. Гольфы белые и дурацкие две косички. Придавая ей еще больше наивности.

Образ порно актрисы? Для кого? Для этого Костика?

– Так можно?

– В этом?

– А что не так? – развела руками.

Я бы Олесю выпорол за распущенность. Да Леся бы сама такое не надела.

– Ничего. Просто хочу напомнить, что ты живешь в комнате моей дочери и я бы не хотел, чтобы вы кувыркались на ее кровати.

– С Костиком? – рассмеялась она. – Что вы! Он просто друг, дядя Миша, – скривился от этого «дядя Миша».

Сотни раз поправлял Олю, но она все равно продолжает меня так называть.

– Он шарит в компьютерах, и помогает разобраться с делопроизводством и всей этой лабудой.

– Ясно, – просиял я. Они просто друзья.

Вот только я не верю в дружбу между мужчиной и женщиной.

Мужики точно так не думают. Может, в перспективе рассматривает вариант затащить Олю в постель. Тем более не сильно много снимать можно. Задрал юбку и вперед.

Скриплю зубами.

Легко же она забыла любовь всей своей жизни, которому подарила квартиру и была беременна от него.

Тот хоть понятно почему нравился. Качок, гора мышц, а у Костика кожа да кости. Дунь ветер – и его унесет.

Одуванчик.

– И как успехи?

– Хорошо. Я отправила резюме в несколько небольших компаний на должность секретаря. Меня даже пригласили на собеседование.

– Хорошо, – скоро она сможет найти работу, начнет сама себя обеспечивать.

– Ну так что? – она снова заворачивает шов юбки, показывая стройные ножки. Знаю, что делает это неосознанно, волнуясь, но блядь! Какого хрена она творит? Еще немного, и я увижу ее трусики. И в данный момент задаюсь вопросом какого они цвета.

Зачем мне эти фантазии?

Это просто пиздец!

Мне это все не нужно! Я люблю Лену! Никогда раньше не фантазировал о другой, а сейчас…

– Можно. И дай, в конце концов, поработать и не приставай со всякой ерундой! – бешусь, утыкаясь в экран.

– Спасибо, дядя Миша! – она шлет мне воздушный поцелуй и выбегает из кабинета.

– А-а-а-а! – откидываюсь на спинку и тру глаза.

Скорее бы она уже съехала!

Глава 12

У Лены появились проблемы в одном из салонов. Он едва выходил в ноль, и жене пришлось уехать в командировку в другой город.

Мы остались вдвоем.

В одном доме.

Я и Оля.

Наедине.

Поиск съемного жилья для Оли затормозился на неопределённый срок.

Мне стало тяжело возвращаться домой.

Я до позднего вечера сидел в офисе, погружался в работу, и уходил, когда охранник делал обход. Потому что дома было нечто. Оля, видимо забыла о своем обещании не заигрывать со мной. Но все ее «случайности» читались на раз.

Лёся рассказывала о жизни в отеле, о самонадеянном директоре салона цветов, который сменил хорошего поставщика, на более дешёвого и стал поставлять откровенную дрянь. О недостаче. И советовалась со мной стоит ли уволить ее по статье, или сообщить в правоохранительные органы. А еще ей нужно подобрать нового директора. Так что она там надолго.

Я лежал на кровати и слушал ее голос, думая, как же соскучился по жене. Мы давно так надолго не расставались. И пожаловался Лене, что не высыпаюсь без нее. Потому что привык засыпать после секса, обнимая ее. Лежу полночи зыркая в потолок.

Правда про тихие шаги Оли посреди ночи умолчал. Иногда они останавливались возле моей комнаты.

И тут прозвучал крик.

– Лен, я тебе перезвоню.

Пошел на этот вопль. Он раздавался из ванной.

– Оль, – постучался в дверь. Что случилось?

– Кран сорвало! Меня кипятком ошпарило, – твою мать!

– Я вхожу.

Оля стояла в ванной краснея. Естественно абсолютно голая, прижимая полотенце к крану, пытаясь остановить хлеставшую в разные стороны воду. По голой покрасневшей от горячей воды груди скатывалась пена.

– Оденься! – швырнул в нее второе полотенце. И шагнул вперед.

Меня окатило горячей водой. Вся футболка промокла насквозь, чертыхаясь, перекрыл воду.

– Как это случилось? – зачесал мокрые волосы назад.

– Не знаю. Я просто долго сидела в ванной, – она замоталась в полотенце, рассматривая жадным взглядом облепившую каждую мышцу футболку. – Вода остыла, и я решила добавить горяченькой.

– И тут его сорвало! – не мог скрыть сарказма в голосе.

– На что вы намекаете, дядя Миша? – невинно похлопала ресницами.

– Ты мне скажи. Сантехника новая, итальянская. Кран не могло сорвать. Я ставил в своем доме лучшую!

– Вы сами? – удивилась она и вернулся этот восхищенный взгляд. – При ваших то деньгах не проще нанять кого-то?

– Я привык сам заниматься домашними делами, – мне это нравится. Вспоминаешь институтские времена, когда после лекции шел настройку и впахивал там, чтобы сводить Лену в кафе и кино. Иногда вовремя сеанса засыпал у нее на плече.

– Не съезжай с темы. Что ты сделала с краном?

– Вы думаете что я сама?! Для чего?

– Чтобы продемонстрировать себя.

– И предстать перед вами ошпаренным цыплёнком? У меня, вообще-то, вся кожа покраснела. Ожоги могут быть! – почесал указательным пальцем скулу.

М-да. Наверное она права. Это слишком и у меня паранойя.

– У Лены в аптечке есть мазь для ожогов. Намажься и иди спать.

– А вы?

– А у меня дела появились.

Полночи ремонтировал кран и устранял следы потопа, вытирая лужи полотенцем. Дорогим, таким мягким и пушистым. Ленка меня прибьет, но я не знаю, куда она девала швабру. Полотенцу хана. Придётся покупать новое.

Оля хотела помочь, явившись в коротеньких шортиках и в топике на голое тело, под которым так отчетливо выделялись соски. Ползала на корточках, вытирая воду вторым полотенцем. Наорал и выгнал. Нафиг мне такие помогаторы.

Утром, злой и невыспавшийся пил третью чашку кофе, читая РБК. Когда с цветущей улыбкой явилась Оля. На этот раз не в шортах, а леггинсах.

Нагнувшись, искала полчаса в холодильнике молоко. Ткань облепила задницу и остальные части тела.

Швырнул газету на стол, подошел к холодильнику и достал бутылку молока с верхней полки, со злым взглядом передал ей.

– Ой! Не заметила, – невинно хихикнула она, облизывая пухлые губы.

– Могу помочь…

– Да, – с придыханием выдохнула она и приблизилась ко мне. – У меня есть отличный окулист.

Ушел, оставив ее стоять растерянной.

Видимо ангелочек просёк, что я глазел на нее и перешла в наступление. Но я же мужик, ругаю, проклинаю себя, а зачем-то рассматриваю. Взгляд как магнитом притягивает стройное девичье тело, должен признать очень красивое.

И если Лене удается сохранять стройность благодаря каждодневным тренировкам, правильному питанию. То Оле ничего для этого делать не нужно.

Она может на ночь съесть хлеб, щедро намаз его майонезом с кетчупом и сверху еще копченую колбаску кладет. И ничего.

Лена даже намекнула, что так ее может разнести. Та лишь отмахнулась, сказала, что она молодая и ей это не грозит. Жена лишь согласно вздыхала и с завистью смотрела на бутерброд.

Лена уже давно исключила вредные продукты из своего рациона, и часто жаловалась, что скучает по этому, но как подумает, сколько нужно потом километров пробежать, чтобы сжечь это, – оставалась верна своему решению.

А потом случилась «случайность» номер два.

На улице лил дождь как из ведра, я вернулся домой промокший до нитки и сразу забрался в кровать.

Оля принесла мне в постель рагу, немого подгорелое и с огромным количеством масло. Жутко жирное. В благодарность за спасение от потопа.

Я поел, и уснул под размеренные удары капель по окну. А проснулся, от того, что ко мне прижимается голое девичье тело. Гладит меня по животу и осторожно перемещается на стояк. Дрожит.

Спросонья, я даже решил что это Лёся вернулась. Кто еще мог так прижиматься. Даже перевернулся, раздвинув ноги, как я тогда думал, жены, потянулся за поцелуем. Мне чертовски хотелось ее взять. Уже неделю без секса и спермотоксикоз бьет по мозгам. И тут молния осветила лицо Оли.