Глава 10

Он посмел обсуждать с Лерой меня? Не сказал мне лично, что не нравится во мне. А написал бывшей!

Меня трясло полночи от негодования. Так хотелось закатить скандал и красивый профиль мужа, подсвеченный лунным светом, не умилял. Мне хочется его придушить.

И ее. Леру!

Он с ней спит. Точно спит.

Я не реву. Меня просто трясет. Пока на кухне наливаю воды, рука мелко дрожит и во рту жуткая сухость пустыни. Сердце так заходится в бешеном ритме, что того гляди инфаркт схвачу.

“Малыш”. Она называет его малышом. И они так близки. И я ревную.

Ужасно.

Больно.

Завидую.

Ведь между нами пропала подобная близость.

Обсуждают все. И меня. Что еще? Я боялась и хотела узнать о чем еще они говорят. Вдруг и любовные переписки интимного характера. И что тогда?

Хочу я знать точно? Смогу ли гордо уйти от него? Куда? К маме?

Решаюсь. Нужно знать точно. Но его телефон заблокирован. Еще один тревожный звоночек.

Я чувствую этот незримый крутой поворот в судьбе. Со мной раньше было это и прежде. Два раза. Когда впервые увидела Гошу и пропала. Когда впервые взяла Ванечку на руки. И сейчас. Я понимаю, что жизнь уже не будет прежней.

Но я поборюсь еще. Я не отдам ей Гошу. Ни за что! Он мой любимый муж.

Что ему не нравится? Я буду такой, какой он хочет.

Сняв топик, и приспустив спортивные штаны, придирчиво разглядываю себя в зеркале. И не нравлюсь сама себе. Как такую можно желать?

Грудь не стоит торчком, как у моделей. После родов она стала на пару размеров больше. Живот немного удалось подтянуть, но он не плоский, как прежде. А эти уши на бедрах? Отвратительно. Пару килограммов бы сбросить. Но я пыталась, не получается. Мне нужна помощь профессионалов.

И принялась за дело. Нечего откладывать в долгий ящик. Какая работа, когда жизнь висит на волоске?

Форумы, видео-советы психологов. Я как порядочная заучка с блокнотом конспектирую и набрасываю план Барбаросса.

Разминка, пробежка по парку. Контрастный душ.

– Ты где была? – спрашивает муж, пока я готовлю им завтрак. В животе урчит, и организм требует пополнить потраченные калории. Держаться! Не жрать!

– Какая-то ты другая.

– Какая?

– С таким боевым задором с утра. Мне нравится. Халатик такой, соблазнительный, – мурчит муж, приподнимает шелк. И там полный порядок. Бесячие стринги, но что не сделаешь, чтобы удержать мужа. Вполне себе отличный вид.

Завтрак отложен. Муж на работу к бывшей уходит такой сытый, что при всем желании не позарится на эту Лерку.

Перед тем, как он сел в машину, прошу его в субботу посидеть с Гошей. Приходится признаться, что хочу сходить в фитнес центр, воспользоваться подаренным коллегами абонементом. На два часа. Физические упражнения, бассейн, лифтинг массаж, салон красоты.

– Саш, ты чего? Из-за моих вчерашних слов? Да брось! Я люблю тебя и такой. И в субботу мы с ребятами хотели сходить в бар…

– Вы с ребятами каждые выходные ходите в бар. Скоро у тебя появится пивной животик.

– Какой животик? – испуганно сказал он, и даже посмотрел вниз.

– Конечно! Я тебя буду любить и таким, – не то! Просто захотелось уколоть Гошу за больное. Отомстить. Я знаю, как он любит красоваться.

– Но разве о многом прошу? Пожалуйста.

Ластилась как кошка. Я помню. Никаких скандалов. Так мужа не удержать. Только лаской. Чего мне это стоило казаться идеальной, когда в душе все клокочет и так хочется ему предъявить переписку. Как хочется треснуть от души. Нет, буду мудрее.

В субботу возвращаюсь домой в смешанных чувствах. Ушки на бедрах не убрать. Фитнес тренер меня огорчил. Сказал, что это выпирают тазобедренные кости.

На лимфодренажном массаже разговорилась с девушкой, как отповедь все ей рассказала о своих проблемах. И та порекомендовала мне отличного пластического хирурга, у которого она делала операцию по увеличению груди.

Страшное словосочетание для моей проблемы звучит так: редукционная маммопластика. Уменьшить на размер? Тогда понравлюсь мужу?

Господи, как же я жутко боюсь вот этой части плана. А что если у меня аллергия на наркоз? Вдруг я умру на операционном столе? Что будет с Ваней? Я так этого боюсь. А боли? Вдруг пропадет чувствительность в сосках. Ведь бывает?

Готова ли я рискнуть, чтобы удержать внимание мужа?

Дом встретил меня умопомрачительными запахами. Но я не успела обрадоваться, что Гоша приготовил что-то вкусненькое. В прихожей на плечиках висит пальто Нонны Аркадьевны. Сбросила змея шкурку.

Прикрыв глаза, и опершись на стену, пытаюсь унять гнев.

В кои-то веки попросила мужа посидеть с сыном. И что? Он тут же вызвал мамочку?

– О, наша блудливая мамаша вернулась, да Ванечка, мой маленький. А мы покушали, прибрались, и ужин приготовили.

Ненавижу, когда она так сюсюкает с сыном. Ему тоже не нравится.

– Здравствуйте, Нонна Аркадьевна, – взяла себя в руки и начала раздеваться. – Ужин я приготовила утром.

– В холодильнике была какая-то гадость. Я ее выкинула. Да и нашего малыша, – потрепала хмуро смотрящего на меня Ваню по щеке, – надо кормить свежим, а не разогретым.

Неприятное слово “малыш”, всколыхнуло вчерашнее раздражение.

Пропустила ядовитые уколы свекрови мимо ушей. Толку скандалить с мамой. Надо разговаривать с мужем. Уж я ему выскажу!

Залетела в комнату и не сразу заметила пустоту на своем рабочем столе.

– Где он? – меланхолично спросила, хотя уже знала ответ.

Почему я решила, что муж будет дома заниматься сыном, бытом? Но именно такую картинку рисовала, возвращаясь домой.

– Гоша с друзьями, – ответила Нонна Аркадьевна на мой вопрос. – А что? Только тебе можно гулять и шататься? Сыночка вкалывает с утра до вечера и должен отдыхать!

– На что?! Он потратил всю зарплату на Италию. Чем мы будем платить по ипотеке?

– Не переживай. Гоша все решил.

– Как? – опустилась на диван и глаз дернулся. Почему-то не верилось, что методы вывода из кризисной ситуации в исполнении мужа и с одобрения свекрови мне не понравятся.

– Хабазину эту продал. Столько места занимает в маленькой-то квартирке, – кивнула на пустой стол.

– Что?! – взвыла, хватаясь за ухоженные после салона красоты блестящие локоны, готовая их вырвать с корнем.

Пропал мой профессиональный компьютер с мощным “железом” с программами для архитектурного моделирования и черчения, с двумя мониторами.

– Не кричи! – строго осадила свекровь, поправляя новую золотую брошь на блузке. – Гошенька продал. А что? Тебе значит по фитнесам ходить и салонам, а семья должна с голоду умирать? Гоша продал и заплатил по ипотеке.

– Эту брошь он на сдачу взял? – скрипнула зубами.

– Ой, порадовал маму в кои-то веки!

– Я бы решила проблему с платежом! Взяла дополнительный заказ на работе. А этот компьютер мне мама для учебы купила! Сейчас он мне так в работе помогает!

В глазах алая пелена. Поддавшись дурному предчувствию открыла шкафчики. И там пустота!

– Что вы сделали с моими личными вещами? – свекровь попятилась.

– Вы-кинула. Да там карандаши какие-то были, картон.

Рука, которая тянулась уже придушить любимую мамочку, сжалась в кулак.

– Зачем? Кто вас просил?

Усилием воли постаралась говорить спокойно. Но свекровь всхлипнула и глаза ее расширились от страха.

– Сашенька, да там хлам какой-то был. Ты же уже не учишься. Поделка какая-то. Зачем тебе?

– Не поделка, а макет! – говорила, надевая кроссовки. – Который я неделю делала и должна была сдать в понедельник! И карандаши, маркеры и рейсшина! Мои профессиональные инструменты! Которые кучу денег стоят!

С безумным видом доставала из мусорного контейнера коробку, благодаря небо, что мусор по субботам не вывозят.

Ничего, почищу, помою. Макет, который знакомая бабушка тащила домой выкупила, благо в кармане оказалась наличка. Акриловые стекла, что имитировали окна потрескались немного. Ничего, успокаивала себя. Заменю. Как и некоторые части пенокартона. Аккуратно поправлю, никто и не заметит.

Дома продолжение Армагеддона. Свекровь звонит мужу и жалуется на меня неблагодарную.

– Георгий! Твоя жена абсолютно неблагодарная! Я целый день убиралась, готовила, а она на меня с кулаками бросается. А я тебе говорила, не пара тебе эта маргинальная личность. Такая тихая с виду, а внутри истеричка. То ли дело Лерочка была! Умница, красавица, а какая культурная, воспитанная. Всегда ко мне с подарочком. У меня до сих пор хранится шарфик, что она привезла из Парижа. Она? Да, вон пришла. Подобрала с мусорки коробку. Тебя, – с вызовом и злорадством передала мне трубку.

– Гуляешь, дорогой? – с прежней маньячной улыбкой проговорила в трубку. – Где мой компьютер?!

– Продал. Андрей выручил, купил за хорошую цену, – на заднем фоне услышала до боли знакомый смех. Лера. Скрипнула зубами.

– Андрюша, какой ты друг хороший.

– Возвращайся, надо поговорить.

– Нет, Саша. Я не приду, – в груди ухнуло больно. – Переночую….

– С ней?

– С Андреем! Не приду, пока, ты не успокоишься. Считай, это мое наказание. Нечего было бросаться на маму. Вернусь, когда ты извинишься! Передо мной и мамой.

Глава 11

Ванечка уснул быстро. А я несколько часов металась по квартире, как загнанный в клетку зверь. И в полночь не выдержала, вызвала маму. Она, как ни странно не стала меня упрекать, обвинять, спрашивать, все ли хорошо.

– Делай что нужно, Саш. Не беспокойся о Ванечке.

Мне так хотелось проникнуться тем спокойствием, что прибыло с мамой, прижаться к ней и поплакаться на груди. Рассказать, как все плохо. Вместо этого я соврала, что меня ждет муж в баре. Кажется, мама мне не поверила. Она все знает. Чувствует. Не верит, в ту сказку, что я насочиняла о прекрасном муже, что не может без меня.

Навела на лице марафет, надела красивое платье и высокие сапожки, вызвала такси.

Прошлась по нескольким злачным местам, где любит бывать муж.

Танцуют, веселятся люди. Такие легкие, как бабочки. У них наверняка нет проблем в жизни, раз могут себе позволить беззаботную улыбку и смех. Во мне эта функция умерла. Я знала, в глубине души, что все, конец, что мы все летим в пропасть, но отчаянно махала крыльями, мечтая взлететь, спастись. Но крылья обрезал самый любимый человек и остались только шрамы. Они становятся все глубже.

Во мне все тлела надежда, что я придумываю измену мужа, на почве ревности, своих комплексов. Я убеждала себя, что когда увижу все своими глазами, то окажется все не так.

И вот. Самый дорогой клуб. Возле которого стоит кроваво-красная машина Леры.

Жуткий мандраж усиливается. Не ошиблась.

Меня пропускают внутрь. Они сидят за столиком. Рука Гоши покоится на спинке дивана, взгляд устремлен на танцпол, где извивается Лера.

Он так смотрит неотрывно с жадным блеском, что меня корчит изнутри, я бьюсь в истерике и с диким криком боли.

Я так стараюсь измениться для него, но этот бой проигран. Сколько бы я не занималась спортом, лимфо массажем, сколько бы операций не сделала, мне никогда не стать такой как она.

Ненавижу ее! Ведь все было хорошо, пока не появилась она! Почему-то, его я не могу ненавидеть. Не могу его винить.

Он такой красивый, родной, любимый. Несмотря на все его выходки. Не могу его обвинять. Она соблазнила его. Увлекла красивой жизнью. Строит из себя друга, но я знаю чего хочет. Увести. И не любовь ей движет, а месть за прошлое. Ну, мы еще посмотрим!

– Добрый вечер, – сажусь рядом с Гошей.

Откинув длинные волосы назад, выпрямляю спину, чтобы видно было декольте. Да шикарное! Пуш ап делает свое дело. И ножки длинные красивые в этих сапожках.

– Зачем пришла? – хмурится муж, но смотрит с мужским интересом.

– Не волнуйся, дорогой. Не ругаться, – беру виноградинку с тарелки и соблазнительно отправляю в рот. Он зависает, теряет мысль разговора, сглатывает нервно.

– Хотела посмотреть на то, как ты проводишь время. Повеселиться.

– Здравствуй, Сашуль! – притворно радостно кричит Лера, обнимает меня и целует в щеку. Хочется стереть этот поцелуй. – Я так рада, что ты пришла. Просила Гошу тебя позвать, но он говорил, что у тебя дела домашние, проекты. И Ванечку не с кем оставить.

– Вот, удалось освободиться.

Я чувствую, как сгустилась атмосфера за столом, хоть ножом режь.

– Так редко получается провести время вместе, – облокачиваюсь на плечо мужа.

Мне хочется узнать все напрямик. Где он задерживается по вечерам, но если спрошу, то мне соврут. И я прибегаю к хитрости.

– Он такой трудолюбивый. Целыми вечерами пропадает на работе. Андрюш, ну, ты хоть бы иногда заменял его. Принимал машины сам. Все же Гошу семья ждет дома, а ты одинок. Почему он до ночи пропадает на работе.

И вот! Эти глумливые усмешки, которые Андрей пытается спрятать за стаканом с виски. Я словно читаю его мысли. Работает, ага!

Усмешка Леры, которую та так старательно сдерживает, но та все равно прорывается наружу. Предупреждающий, заговорщицкий взгляд Гоши, брошенный на “друзей”, который на раз считываю.

– Пойду припудрю носик, – фыркает она и убегает в туалет. Встаю следом.

– Куда? – ловит меня за руку муж.

– Туда. Не волнуйся, отдыхай. Представь, что меня здесь нет. Это легко! Ты всю жизнь так делаешь.

В туалете, ожидаемо, Лера гогочет над раковиной.

Увидев меня в зеркале, резко замолкает и проводит по блондинистым прядям тонкими пальчиками с френчем.

Растрепались локоны, так она ими усердно махала на танцполе. Тоже мне танцовщица гоу-гоу.

– Над чем смеёшься? – поправляю помаду. – Надо мной?

– Да ребята пьяные приставали. Забей! – мы буравим друг друга взглядами хищных соперниц. Никто не отступит.

– Давай начистоту, Лер. Ты клеишься к моему мужу? – та округляет глаза и охает.

– Нет, ты что, Саш! Мы просто друзья, однокурсники. Теперь, коллеги по работе.