Глава 4
Сэм

Вечер принял неожиданный оборот. Абсолютно провальное свидание обернулось неожиданным флиртом, который неожиданно перерос в интрижку на одну ночь. Стоит лишь удалить приложение для знакомств и решить, что пора разобраться в собственной голове и эмоциях, судьба внезапно оказывается к тебе благосклонна.

И эта ночь обещает не просто интрижкой, а чем-то новым, интересным… по ее правилам.

По пути в квартиру Эми я неоднократно пытаюсь установить с ней физический контакт. Беру ее за руку, теплую и мягкую, однако она ее отдергивает. На улице хочу обнять ее за талию, чтобы поцеловать, но она смеется и отталкивает меня.

Теперь же Эми отпирает дверь, а я стою позади нее, немного растерянно сунув руки в карманы брюк. Мой взгляд падает на ее задницу, обтянутую узкими джинсами, красиво округлую и полную. Я делаю шаг вперед, чтобы сзади притянуть девушку к себе. Собираюсь развернуть Эми лицом к себе, поцеловать и положить ладони ей на попу.

Однако в этот момент замок щелкает, и Эми заходит в темную квартиру.

– Сними обувь, – просит она, – я только сегодня пропылесосила.

Я снимаю немного потертые коричневые кожаные туфли.

– Хочешь еще что-нибудь выпить? – спрашивает Эми, а я отмечаю, что она слегка присвистывает, когда произносит звук «с». Практически незаметно, однако в тишине ее квартиры я обращаю внимание на каждую мелочь.

– Конечно, с удовольствием, – откликаюсь я и следую за ней по длинному коридору.

В дверях объединенной с кухней гостиной останавливаюсь. В лучших традициях Джеймса Дина прислоняюсь к дверному косяку и осматриваюсь. Просторное помещение освещается рядом индустриальных светильников, которые висят на черных кабелях над большим столом из светлого дерева. Всю стену по одной стороне занимает кухонный гарнитур. Столешница темно-серая, а встроенные шкафы белые. Перед огромным окном от пола до потолка выставлена внушительная коллекция цветочных горшков с зелеными растениями.

Эми достает из холодильника бутылку белого вина, берет два бокала и опять выключает свет, так что теперь в комнату падает только свет с улицы. Хозяйка дома проходит мимо меня, даже не задев рукой. Я ухмыляюсь в темноте, потому что, несмотря на внушительный опыт в подобных ситуациях, чувствую себя тут до странного неуместно.

Можно справедливо утверждать, что в области свиданий я хорошо натренирован. И многие из этих свиданий – особенно в последнее время – заканчивались в спальне. Впрочем, женщины вроде Эми мне раньше не встречались. Я восхищен тем, как уверенно она двигается и как мало свободы действий оставляет мне. Похоже, это те самые правила, которые она упоминала.

Спальня обставлена так же современно, как и кухня. Над двуспальной кроватью висит абстрактная картина большого формата. Яркие брызги краски и размашистые мазки, в композиции которых я на первый взгляд не вижу ничего особенного. Но через несколько секунд в этом хаосе выделяется танцующая толпа, потом – странная морда. В итоге мои глаза, кажется, выхватывают там женское лицо, и я отворачиваюсь, пока не начал анализировать, что нашептывает мне мозг.

– Может, включишь музыку? – предлагаю я, когда Эми протягивает мне бокал вина.

– А ты хочешь музыку? – В ее голосе звучит удивление.

– Не то чтобы это было обязательно, – говорю я, потягивая вино и невольно улыбаясь.

Затем делаю шаг к ней, чтобы сократить дистанцию между нами. Если мы собираемся переспать, будет неплохо рано или поздно начать прикасаться друг к другу.

Она тоже делает глоток, ставит бокал на комод и вдруг без предупреждения стягивает с себя черную майку. Я так поражен, что буквально застываю.

– Не хочешь тоже раздеться? – спрашивает Эми, с вызовом глядя на меня.

Я начинаю расстегивать рубашку, проклиная себя за то, что не надел сегодня что-нибудь попрактичнее. Вид Эми в нижнем белье – она тем временем избавилась и от джинсов – так заводит, что я почти не способен сосредоточиться на пуговицах. В штанах уже все пульсирует. Не прекращая расстегивать пуговицы, я иду к ней. Хочу ее поцеловать. Левой рукой продолжаю возиться с рубашкой, а правую кладу на затылок Эми и мягко притягиваю ее к себе. У нее мягкие длинные светлые волосы, и мне не терпится по-настоящему сблизиться с ней.

Но, когда я собираюсь наконец накрыть ее губы своими, она высвобождается из моих рук. Слегка качнув головой, девушка отталкивает меня к стене. Затем снимает с запястья резинку, ловко завязывает волосы в практичный хвостик, как будто сейчас пойдет в спортзал, и начинает расстегивать пуговицы на моей рубашке.

– Эми, – шепчу я и нежно обвиваю ее руками.

Снова пытаюсь притянуть ее к себе, но она пятится. Что такое? Зачем она так делает? Это раздражает!

– Контроль у меня, помнишь? – произносит она.

– Да, конечно, но разве это значит, что мне нельзя даже к тебе подходить? – Я весьма озадачен.

– Просто прислонись к стене и дай мне все сделать, ладно?

Немного разочарованный, я подчиняюсь ее желанию, хотя на самом деле мне ничего не хочется сильнее, чем провести ладонями по гладкой женской коже. Когда она сказала, что не любит, когда ее трогают, я не рассчитывал выполнять роль актера массовки.

Эми расстегивает одну пуговицу за другой и проводит пальцем по моей груди, пока ее рука не добирается до пояса моих брюк. Умелым движением она расстегивает ремень и молнию. Я торопливо скидываю джинсы, немного наклоняясь вперед, так что мой нос касается волос Эми, от них исходит сладкий цветочный аромат.

– Не хочешь уже лечь в постель? – тихо задает вопрос она.

Да, естественно, хочу!

Устроившись на кровати, я наблюдаю, как Эми слегка приглушает свет, и с нажимом провожу рукой по боксерам, потому что член все больше жаждет внимания.

Эми садится на кровать. В почти спортивном нижнем белье она выглядит невероятно сексуально, ее кожа кажется шелковистой и гладкой. Я кладу руку ей на талию. Быть рядом с ней, предвкушать, как ее кожа касается моей, – это так возбуждает, что мне хочется немедленно на нее наброситься, но я должен быть осторожен.

– Стоп! – говорит она, отпрянув именно тогда, когда я начинаю по-настоящему ее чувствовать.

Эми поднимает указательный палец, как будто собирается прочитать мне нотацию. Очевидно, я пересек границу, которую, как мне казалось, всегда пересекают во время секса.

– Эм, – не понимаю я, – что именно я сделал не так?

– Ты соглашался, что мы сделаем все по моим правилам.

Я смотрю ей в глаза, но Эми отводит взгляд.

– Так и будет, – обещаю я, – но могу же я к тебе приблизиться… – Последнее предложение формулирую почти как вопрос.

Эми немного отодвигается от меня.

– Ну, – отвечает она и садится на край кровати, повернувшись ко мне безупречной спиной. – Знаю, тебе это наверняка покажется странным. Но насчет прикосновений… Если хочешь переспать со мной, придется обойтись без них.

– Но как… – тяну я, и она смотрит на меня – понимающе и одновременно решительно.

– Мы сблизимся. По крайней мере, настолько, чтобы твой пенис оказался внутри меня. Как правило, этого достаточно. – В уголках ее губ играет легкая улыбка. Похоже, она прекрасно осознает: все, что слетает с ее губ, звучит крайне странно. – Большинству этого хватает. А ты что скажешь?

У меня вырывается тихий смех, но уже во второй раз за вечер я начинаю сомневаться. Внезапно появляется неуверенность: а меня действительно так возбуждает происходящее, как не очень деликатным образом сообщает моя эрекция?

– Просто разденься полностью, – мягко просит Эми.

Она, безусловно, меня хочет… и мне это нравится. Я никогда еще не сопротивлялся женщине. Но я колеблюсь. Конечно, эта безумная ситуация приведет к взрывному сексу, но я чувствую себя средством для достижения цели.

Я сажусь и прочищаю горло.

– При всем уважении к твоим правилам, Эми, не знаю, подойдет ли мне это.

По ее реакции становится ясно, что она разочарована.

– О’кей, жаль, – говорит Эми.

– И часто с тобой такое бывает? – Я просто не могу не спросить.

– Время от времени, – пожимает плечами она. Потом встает и надевает майку. – Я понимаю, что такое не всем нравится, и уважаю это.

– Знаешь, мне нужно немного больше, чем только мой член в тебе, – пробую объяснить я, но, видимо, в этом нет необходимости.

Вдруг у меня вырывается смешок, поскольку в этом вечере странно абсолютно все. Эми в ответ улыбается, и я замечаю у нее милую маленькую щелочку между передними зубами.

– Тут я, к сожалению, помочь не могу, – отвечает Эми, – это не для меня.

И вот он снова – тихий, едва слышимый свист, который почти заставляет меня пожалеть о своем решении. Однако я беру себя в руки и, продолжая смеяться, качаю головой:

– Ты правда странная. – Спустя пару секунд, на протяжении которых мы смотрим друг на друга, я сажусь. – Думаю, я пойду.

– Ладно, – откликается Эми, присоединяясь к моему смеху.

Хорошо, что нам не нужно оставаться серьезными. Ситуация и так достаточно неприятная, так что немножко юмора не повредит.

Я поднимаюсь, подбираю свои вещи и одеваюсь. Помотав головой, пытаюсь разобраться, что сейчас между нами произошло.

Мой взгляд падает на лежащую на комоде книгу «Гарри Поттер и философский камень». Чтобы снова обрести уверенность в себе, я ее открываю… и застываю. Это невозможно. Быть не может! Сердце делает один удар, второй, сбиваясь с ритма. Я оглядываюсь на Эми и понимаю, что в этот миг она тоже сложила два плюс два.

«Если тебе когда-нибудь захочется отдохнуть от этого мира, – читаю я, – ты всегда можешь приходить сюда, дорогая Джинни». И последние слова: «Твой Сэм».

Глава 5
Эми

Проснувшись следующим утром, я чувствую себя совершенно вымотанной: всю ночь ворочалась с боку на бок. Расслабиться мне и правда не помешало бы. Но какой ценой? И есть еще кое-что, что-то вроде стыда, слишком знакомое ощущение. Такое, от которого грудь сдавливает и неприятно покалывает. Я чуть не переспала с Сэмом. С Сэмом, любителем пофлиртовать, считающим себя таким же крутым, как Джеймс Дин. С Сэмом, который связан с одним из моих подопечных.

Одетая в одну лишь мешковатую футболку, плетусь на кухню, чтобы приготовить себе кофе. Сначала нужно по-настоящему проснуться и расставить все мысли по полочкам. Завтракать дома нечем, так как за покупками я сходить не успела. Это записано в моем списке дел на сегодня. Раньше не имело никакого значения, есть ли в доме еда. Но с тех пор, как я взяла на себя ответственность за десятилетнюю девочку, речь идет не только обо мне. Ей нужны упакованные ланчи в школу и сбалансированное питание. Тем не менее до сих пор я ни на секунду не пожалела, что взяла Джинни к себе. Она просто очаровательный ребенок, и если я могу помочь, то долго не раздумываю. Отдавать – это смысл моей жизни, мой высший приоритет и долг. А Джинни заслуживает шанса жить нормальной жизнью после первые десяти травмирующих лет. Слабая мать, старший брат, которого она не видела много лет, потому что он сидел в тюрьме, в определенной степени жестокий отец-преступник, который бросил ее на произвол судьбы после смерти матери.

Девочке очень повезло: ее забрал брат Рис, вернувшийся к полноценной жизни благодаря моей программе ресоциализации, хотя эта освободительная операция была не совсем легальной. Впрочем, в результате все закончилось хорошо, суд разрешил Джинни жить со мной, и она замечательно развивается. Тот факт, что помимо меня ее воспитывают старший брат и его девушка, облегчает мне роль приемной матери, пусть я и знаю, что вся ответственность лежит на мне. А это явно исключает вариант, в котором я трахаюсь с кем-то из круга ее знакомых, как бы я в этом ни нуждалась и как бы срочно мне не нужно было доказать себе, что секс для меня – это нормально.

Я ставлю на газовую плиту маленькую гейзерную кофеварку, которую уже наполнила водой и молотым кофе, и включаю конфорку. Потом мою бокалы из-под вина с прошлой ночи.

Сэм, вне всякого сомнения, вел себя мило. Я наслаждалась общением с ним, получала удовольствие, глядя на его тело. Так несложно, приятно, но до момента, когда он, слава богу, дернул стоп-кран. Я знаю, что у меня не самые обычные потребности и предпочтения, иногда трудно объяснить сексуальному партнеру, что я серьезно отношусь к своим границам. Понятно, что для парней, попавших в мою постель это, возможно, чересчур, хотя многие принимают мои условия.

Вообще-то, относительно Сэма у меня изначально возникло хорошее предчувствие. С ним я могла вести себя уверенно, и мне показалось, что он сможет уважать мои желания, мои потребности (а чаще всего это именно они и есть). Так и было, по крайней мере, до мгновения, когда он, вероятно, сообразил, что на самом деле означают мои требования. Иногда на это уходит некоторое время, хотя я изначально играю в открытую. Для меня секс – метод выпустить пар и почувствовать себя нормальной, убедиться, что физически со мной все в порядке.

А если кому-то некомфортно, он в любой момент имеет право отказаться, но такое происходит редко. Значит, в корне неправильным это быть не может. Во всяком случае пока я не смешиваю секс и личную жизнь.

Плевать, думаю я сейчас, к черту все это. Ничего же не было. И вероятность, что мы с ним столкнемся снова, очень мала. После приветственной вечеринки Джинни четыре месяца назад, на которой он подарил ей книгу о Гарри Поттере, мы встретились только вчера совершенно случайно, у нас минимум точек соприкосновения. Никто никогда не узнает, что едва не произошло между нами.

Кофе закипает, и я выключаю огонь. Подогреваю в микроволновке молоко в чашке и наливаю туда эспрессо. С чашкой в руках сажусь за обеденный стол. Положив ноги на соседний стул, смотрю, как через стекло окна падают солнечные лучи и, пройдя сквозь листья моих растений, превращаются в приятные зеленые отблески. Малкольм называет мою кухню зеленым адом. Я воспринимаю это как комплимент. Я люблю свои цветы: пальмы, банановые деревья, фикусы и другие. Я горжусь, что вырастила авокадо из косточки в первый год жизни в собственной квартире. С тех пор оно стало просто огромным и здорово разветвилось.

Мысленно структурируя свой день, я прогоняю мысли о прошлой ночи. Скоро зайдет Малкольм, чтобы вместе со мной осмотреть соседнюю квартиру, которая остро нуждается в ремонте. Ему принадлежит здание, в котором кроме моего офиса и квартиры находятся пустующие магазины на первом этаже и такая же пустая квартира на третьем этаже рядом с моей. Еще наверху есть студия, которой я раньше пользовалась, когда еще рисовала, когда еще хотела это делать.

Дом выглядит так, будто вот-вот развалится, но Малкольм слишком стар, чтобы заниматься его обслуживанием. И тем не менее он из кожи вон лезет, пытаясь что-то улучшить и починить то тут, то там. Хотела бы я помогать ему больше, но мне не хватает времени. Однако сегодня мы собираемся подумать, что можно сделать с соседней квартирой.