Глава 8. Я выведу вас на чистую воду

Со Джун засел в кабинете начальника, отчитываясь о подозреваемых в деле Люка, в то время, как в участок привели молодого парня лет семнадцати.

– Рон, задержали парня за слежкой. Кажется, у нас тут сталкер, – сообщил один из полицейских. – Девушка до этого заявляла на него. Угрозы, преследование, звонки и все такое, – усадил он его за стул. Парень выглядел безобидным, подавленным и немного растерянным.

– А что, никто другой оформить не может его?

– Ну Джошу, как всегда, досталось ограбле-е-ение, – усмехнулся худощавый, как стебель, офицер, растягивая последнее слово. – При парне, кстати, был перочинный нож.

– Ясно, Майк. Я знал, что ты меня недолюбливаешь, – съязвил в ответ Рон и обратился к парню:

– Ну что, рассказывай, как далеко зашел?

– Я ничего плохого не сделал. Я просто люблю ее…, и мы встречались, сами посмотрите, – протягивал парень телефон. Офицер пролистывал фото, на которых одна и та же девушка обнимает и целует парня, сидящего перед ним.

– Конечно, мне сложно, что она гуляет с другими, вот я и угрожал. Но…я…я – начал заикаться он. – Я не причинил бы ей вреда.

Рон тяжело вздохнул, бурча себе под нос:

– И я должен заниматься этой чепухой? Где заявление от девушки? – обратился он ко всем в отделе. – И где вообще она сама?

Майк, единственный с кем в участке у Рона были разногласия, вальяжным шагом подошел с папкой и кинул ее на стол с противным треском.

– Заявление где-то тут. Девушка приедет для дачи показаний после того, как успокоится и придет в себя.

Веларма вернулась и присела на стул, закинув ногу на ногу. Она попивала кофе с пончиком, наблюдая за грызущимися офицерами.

«Тварь, она еще и заявить успела на меня! Надо быть аккуратнее в следующий раз!» – услышала она мысли подозреваемого и поперхнулась, выронив десерт. Она начала закашливаться, не успевая набрать в рот воздуха. Вышедший из кабинета Со Джун тут же ринулся к ней и схватил ее сзади, сцепив свои руки в замок на ее груди.

– Что с тобой? Подавилась?

– Да.Все… кхе-кхе… уже нормально.

– А вы что глазеете? Никто не собирался оказать помощь?! – возмущенно обратился он к глазам, устремленных на них.

Еще пару громких вздохов и Веларма склонилась к уху детектива:

– Тот парень, – покосилась она на прибывшего в отдел. – Очень зол на то, что девушка заявила в полицию… И что-то про следующий раз говорит.

– Ты у нас что же, теперь слышишь мысли каждого? – съязвил Со Джун. – Извини, но пока я не могу принять это как доказательство.

Детективу казалось, что, подслушав опрос подозреваемого, Веларма специально выдумывала на ходу. Хоть и не видел логики и мотива.

– Ты точно в порядке?

– Да. Это все пончик!

Со Джун усмехнулся ребячеству девушки и подошел к Рону, склонившись к документам на его столе.

– Что у тебя?

– Да ничего необычного. Сталкер.

Рон открыл папку и начал перебирать листы в поисках заявления.

– Нашел! Так…Преследует, пишет сообщения с угрозами, подглядывает в окна, – офицер провел пальцем по листку, зачитывая слова, и в конце поднял вопросительный взгляд на парня.

– Я просто ждал у дома. «Быть влюбленным это теперь преступление?» —с щенячьими глазами спросил он.

– Если девушке некомфортно, и она чувствует себя в опасности, то да, – встрял Со Джун. – Не зря же существует статья о преследовании и вторжении в личную жизнь.

– И что теперь? Меня посадят?

– Сомневаюсь. Но, скорее всего, суд признает виновным по этой статье. Так что тебе дадут пару сотен часов обязательных работ, штраф и запрет на контакт с девушкой. То есть, ты должен держаться от нее подальше. А если точнее – в определенном радиусе.

– Но…– сделал Рон драматичную паузу. – Тебя поймали за слежкой, плюс при себе имелось оружие и уже имеется заявление. Так что сейчас тебя придется поместить в камеру. Ближайшие 48 часов девушке точно будет спокойно.

– За это время мы успеем поговорить с ней, посмотреть пару камер. Если основания не такие уж и веские, мы отпустим тебя уже очень скоро, – произнес Со Джун, намекая, что возьмет дело в свои руки.

– В камеру? Но я же ничего не сделал…– с глазами, полными испуга, ответил парень.

– Федеральный закон о преследовании, друг. Статья 2261 Кодекса США…Да и к тому же, вдруг ты обозлишься на нее и захочешь действовать? – детектив оперся руками о стол, максимально придвинувшись к парню, пытаясь спровоцировать его на агрессию. Но тот не отреагировал на эти слова или же просто не показал вида и спокойно принял свою участь.

– Хорошо, раз так нужно…

Со Джун распорядился коллегам, чтобы парня поместили в камеру и сразу же принял настойчивый звонок от Генри.

– Да. Что-то есть?

– Еще как…Тут нашли тело в Южном пруду в Роквилл-центр, как только я дал им наводку. У них не так много заброшенных водоемов.

– Что?! – Со Джун метнул взгляд в сторону Велармы. – Понял. Пусть везут на вскрытие, хотя вряд ли оно нам поможет…

– Уже сделано, – ответил Генри.

Положив трубку, детектив задумался о точных словах странной девушки с потерей памяти.

«Будь она соучастником, не стала бы попадаться ему на глаза. Но, как она могла знать про Роквилл? Неужели, правда слышит мысли? Нет! – мотнул он головой. – Бред же»

Со Джун попросил Веларму снова разыграть спектакль, обрисовывая всю картину, и направился к камере подозреваемого с фальшивыми новостями.

– Все, Люк. Тело девушки нашли на берегу Южного пруда. Какой-то чудак снимал там свой любительский фильм о природе и уникальности подобных заброшенных мест, но камера повредилась, упав рядом с водой. Наши специалисты сейчас восстанавливают флешку, чтобы мы смогли увидеть, как именно жертва попала в воду. Это займет не больше часа.

Как только детектив закончил со своей выдуманной историей, Веларма вышла из-за угла и кинулась к камере, бросаясь гневными словами.

– Ее не узнать, тварь! За что ты так с ней?

Со Джун начал оттягивать ее от подозреваемого.

– Да как вы снова сюда попали!

– Отпустите меня! Я хочу знать за что! Она же ничего тебе не сделала! Ничего!

– Она говорила, что разоблачит меня! – Парень схватился за прутья решетки, отчаянно сжимая их со злостью.

– О чем ты? – удивленно, слегка покосив взгляд на Веларму, спросил Со Джун, явно не ожидая чистосердечного признания. Понимая, что ненужные слова вырвались из его уст, Люк рухнул на колени и обречено продолжил:

– Это сделал я. Вы сами все увидите на видео…Но я не хотел. Мы часто встречались у этого пруда, занимаясь любовью в машине. Но она захотела большего и превратилась в ревнивую истеричку…Дженни планировала рассказать о нашей интрижке жене и всему коллективу, а ведь сама часто говорила мне, что не прочь свободных отношений, – почти что истеричным тоном проскулил он, поднимая на детектива взгляд напуганного щенка.

– И ты убил ее?

– Ударил. Но не знал, что она оступится…

Люк вышел из машины вслед за Дженни. Было темно, но они видели друг друга благодаря яркому свету фар.

– Что ты сказала? Повтори-ка?

– Мне надоело быть любовницей! Я расскажу ей!

– Хочешь лишить меня всей этой роскоши? – указал он на дорогой автомобиль. – Она отсудит у меня все при разводе. В нашем брачном контракте в случае измены, второй супруг забирает все!

– Надо было думать об этом до того, как ложиться со мной в постель!

– А может, ты заодно с ней? – он стал подходить ближе, заставляя ее пятиться. – Вы с самого начала решили обобрать меня до нитки?!

– Что за чушь!? Я просто хочу быть единственной! Ни с кем тебя не делить!

– А сама не боишься, что я обнищаю? Переживешь уж пару раз в месяц моих интрижек с собственной женой. Ради всех этих побрякушек!

– Что?! Ну тогда не удивляйся, увидев меня на каком-нибудь парне в баре, – ухмыльнулась девушка, выводя Люка.

И это сработало. Но к сожалению для Дженни, с печальным исходом.

Он подошел и влепил ей пощечину. Девушка с ненавистью прижала ладонь к щеке, а затем отшатнулась назад и споткнулась о небольшой камень.

Дженни попыталась удержаться за куртку Люка, но он с отвращением оттолкнул её, и она упала, ударившись головой о неизвестный предмет.

Люк увидел, что она не шевелится.

– Вставай! Хватит уже!

Он подошел ближе и, коснувшись ее головы, почувствовал теплую кровь на своих пальцах. Люк думал, что ее уже не спасти. Да и в данной ситуации спасать он ее уже не хотел. Посмотрев на пруд, он решил, что избавиться от нее будет лучшим решением.

– Она ударилась головой?

– Да. О какую-то выпирающую балку. А потом…Я… я просто испугался.

– Тебе самое место в аду, трус, – усмехнулась Веларма, не ожидая от себя подобных слов.

– Что?! Ты не сестра Дженни?

– Я твоя совесть.

– Тебе лучше подписать чистосердечное признание, – произнес Со Джун. – Без него дадут больше.

Детектив схватил Веларму за предплечье и вышел вместе с ней из изолятора.

– Тебе стоило играть до конца! – оскалился он. – Слова ничего не стоят. Он может отказаться от них при даче показаний!

– В смысле?! Он же выдал все свои грязные делишки! Убийство, измена.

– Ты не знаешь законов. Они не всегда справедливы. Да и странно, что он так быстро все выложил…– подумал он вслух и ушел с докладом к начальнику. Оставалось лишь добиться от Люка признания на бумаге, что предстояло сделать детективам, ведущим это дело.

Покинув кабинет, Со Джун подошел к Веларме, устало потирая глаза указательным и большим пальцем левой руки.

– Кстати, спасибо. Не знаю, может, ты и правда читаешь мысли…Хоть я в это верю с трудом.

– Я сама не знаю, как это выходит, – пожала она плечами. – Интересно то, что мысли не каждого я могу прочесть …Твои вот нет.

– Это хорошо, – ответил детектив, вспоминая, как пару минут назад размышлял о ее причастности к этому делу. – Но тебе все равно стоит пойти в больницу. На место твоего происшествия поедем завтра. Сегодня уже поздно.

Они вышли из отдела уже в сумрак. Теплый летний ветер прошелся по листве деревьев, создавая приятный, словно шепчущий, шум. Веларма ощутила незнакомое ранее чувство умиротворения.

– Сегодня я сам отвезу тебя в больницу. Никто, кстати, не приходил к тебе?

– Я не была в больнице. Да и чувствую себя отлично. Не хочу туда, мне не нравится там, – ответила она.

– То есть ты просто шарахалась повсюду больше суток?! – повысил тон Со Джун. – Ты должна была вчера там быть? Я же отправил тебя на такси!

– Я попросила остановиться, увидев собаку, а потом уснула на какой-то лавочке неподалеку от участка, – ответила Веларма так наивно и просто, будто это было нормой.

– Собака?! Лавочка? – переспросил Со Джун.

Он сделал глубокий вдох и выдох и задумался на несколько секунд, прежде чем сказать:

– Ладно. Раз тебе некуда подастся и ты, вроде как, помогла мне…. Так и быть. Готов приютить тебя на пару дней. Надеюсь, ты не зарежешь меня во сне…

Не дожидаясь ответа, он открыл машину с брелока и кивнул Веларме, приглашая сесть. Она покачала головой, расплываясь в интригующей улыбке, и заняла пассажирское сидение.

– Имей ввиду, придётся слушаться меня, – вставил он ключ.

– А что, у тебя жестокие законы?

– Нет, я имею ввиду…Ай ладно, – махнул он рукой. – И кстати, пора дать тебе хоть какое-то имя, как же другим обращаться к тебе? – спросил Со Джун в пути.

– Я даже не знаю какое, – пожала плечами Веларма.

– Ну поищи в интернете имена и выбери себе любое, – протянул он ей телефон. Веларма взяла его и начала крутить в руках, словно зверьку дали игрушку.

– Ты что? Не можешь разобраться? – детектив покосился на неё, не отвлекаясь от дороги.

– Не знаю. Ощущение, что такой вещи у меня не было. А что это? Средство для общения как я поняла?

– Не может быть, чтобы у тебя не было телефона, – усмехнулся Со Джун. – Может, ты просто пользовалась старой моделью?

«Или тебя держали в заложниках…» – промелькнула в его голове мысль.

– Может быть. И что я должна сделать? – ткнула она в экран, и он загорелся. На заставке появился пушистый белый котёнок. Очень недовольный, но милый.

– Ох, это кошка, да? – автоматически произнесла она.

– Д-а-а. Джиа. Я завёл её на каникулах, но оставил дома. Сейчас она уже не такая милая, как на фото.

– Так что? Что мне сделать?

– Сири, какие есть американские женские имена? – спросил он громко.

«Вот, что мне удалось найти по вашему запросу», – ответил внезапно женский голос, и на экране высветились имена. Веларма стала зачитывать их вслух:

– Элис, Алекс, Оливия, Аманда, Кейт, – остановилась она на последнем. —Хм… Будто что- то знакомое. Выберу его.

– Хорошо, Кейт, – забрал Со Джун телефон. – Надеюсь, мы совсем скоро узнаем твое настоящее имя.