Глава 3

НОА

– Здесь будет ваш кабинет, – говорит Мэдди. Мэдди – медсестра в клинике Астор и вызвалась мне все здесь показать, практически спугнув женщину из отдела кадров.

Я иду следом за ней, не в состоянии сдержать улыбку. Кабинет полностью оборудован и выглядит гораздо роскошнее, чем в клинике доктора Джонсона. Здесь даже есть кожаная кушетка для обследования пациентов. Просто безумие.

Устроиться сюда на работу – это лучшее решение, которое я когда-либо принимал в своей жизни. Колледж находится всего в двадцати минутах езды от дома, зарплата и условия труда отличные, а оборудование просто высший класс. Мне повезло, что они позвонили в самый нужный момент. На удивление даже собеседование прошло прекрасно.

Прислонившись к моему столу, Мэдди улыбается мне.

– Нам очень повезло, что у нас такой симпатичный доктор, – говорит она с ухмылкой. – Вы определенно скрасите мои дни.

Я улыбаюсь, но не по той причине, по которой она думает. Я слышу голос Арии в голове, понимая, что моя сестра быстро бы спустила отдел кадров на Мэдди. Она за равноправие и все такое и никогда бы не потерпела подобного поведения. Я скучаю по ней. Надо будет поскорее устроить с ней и Греем видеосозвон, хотя бы рассказать ей о новой работе. Скорее всего, она уже слышала об этом от Грейсона, но я знаю, какая она. Ария точно захочет узнать обо всем от меня.

– Итак, – говорит Мэдди, растягивая гласные. – Еще несколько вещей, о которых вам следует знать, хотя я уверена, что в отделе кадров вам обо всем уже рассказали.

Повернувшись к ней, я киваю. Раз университет и все, что находится на его территории, принадлежит одной семье, здесь должны быть какие-то неписаные правила. Я не хочу облажаться. Эта работа слишком хороша.

– Правило первое: не трахаться ни с кем из студентов. Правда, не стоит. Вас сразу же уволят. Даже близко не приближайтесь к ним, потому что, если мистер Астор об этом узнает, кому-то не поздоровится. Вроде как его дочь влюбилась в одного из сотрудников и бросила все ради него, а потом вернулась домой, одна. Никто не знает всей этой истории, но с тех пор мистер Астор помешался на том, как бы его сотрудники не переступили красную линию.

Я киваю. Я не собираюсь спать с какими-то там студентками. К черту это дерьмо. Я не выношу всех этих сентиментальностей и отсутствия опыта. Мэдди насмешливо проводит рукой по волосам.

– Меня, конечно же, это не касается. Я не студентка.

Я качаю головой, изумляясь ее смелости. Она-то точно может доставить неприятности. Я уже предвижу это. Я точно никогда не смогу переспать с ней, она никогда не оставит меня в покое, если я проявлю к ней хоть малейшее внимание.

– Правило второе: переспите с пациенткой, и ваша карьера полетит к чертям. Неважно, студентка она или нет. Преподаватели тоже под запретом. Мистер Астор донесет на вас везде, где только сможет. Он уже провернул нечто похожее с доктором, который был до вас. Насколько я знаю, бедняга до сих пор не нашел работу, а прошло уже несколько месяцев. Сомневаюсь, что он что-нибудь найдет. Если Асторы что-то вдолбили себе в башку, они доведут дело до конца.

Я киваю, ощущая, как по спине бежит легкий холодок. Мне нужно быть предельно осторожным. Я давно окончил университет, но помню, как это было. Сомневаюсь, что я поддамся искушению, но мне не помешает быть немного внимательнее в общении с пациентами.

– Вот, собственно, и все, – говорит она, поворачиваясь ко мне, чтобы показать, как работать с системой. Я практически не сказал ни слова, но, к счастью, мне и не нужно. Мэдди говорит за нас обоих.

С улыбкой представляю, какой ужас охватил бы сейчас Грейсона, окажись он на моем месте. Он не выносит болтунов. А я что? Я нормально к ним отношусь. Я предпочитаю находиться в кругу людей, которые заполняют тишину, похоже, постоянно меня окружающую.

– Это все, доктор Грант, – говорит она, улыбаясь мне. Мэдди немного наклоняется, демонстрируя свою грудь. Ухмылка на моем лице, кажется, только подбадривает ее. – Если вам что-то понадобится, дайте мне знать, не стесняйтесь, – говорит она. – Все что угодно.

– Конечно, Мэдди, – отвечаю я. – Спасибо за теплый прием.

Хихикая, она спрыгивает с моего стола и направляется к двери, оглядываясь на меня через плечо:

– В любое время, доктор Грант.

Я с облегчением вздыхаю, когда за ней закрывается дверь. Просто ураган. Я качаю головой, протягивая руку за белым халатом, висящим на крючке за моим столом.

Я ведь столько мечтал об этом. Как у меня будет отдельный кабинет, как меня будут называть доктором и как я ежедневно буду лечить пациентов. И вот моя мечта сбылась, я должен постараться, чтобы ничего не испортить.

Я сажусь в шикарное кресло за свой стол, качая головой. Как же мне так повезло? Сладостно улыбаясь, достаю из сумки две фотографии: на одной изображены мои родители, на другой только Ария и я. Я ставлю обе фоторамки на стол, чувствуя себя в кабинете уже как дома.

Гордились бы мама и папа мной сейчас? Мне бы хотелось думать, что да. Ни Ария, ни я не очень-то религиозны. Мы перестали верить в тот день, как родителей жестоко отняли у нас. И все же мне почему-то хочется верить, что они смотрят на нас. Я отвлекаюсь от своих мыслей из-за резкого треска, раздающегося из громкоговорителя на моем рабочем столе, и голос администратора разносится по кабинету:

– Доктор Грант. К вам пациент. Я сейчас перешлю вам ее дело.

Я киваю, сердце колотится в груди.

– Пусть войдет, – говорю я, открывая электронную карту пациента. Глаза лезут на лоб при виде имени пациентки. Амара Астор.

Астор? Вот черт! Вот так повезло. Это не настолько распространенная фамилия, чтобы она не была одной из Асторов.

Я нервничаю, когда открывается дверь. Изо всех сил стараюсь скрыть смущение, но все мое самообладание исчезает в тот же момент, как только я встречаюсь с ней взглядом.

Голубые глаза. Длинные волнистые рыжие волосы. Она выглядит просто потрясающе. Черт. Я отвожу взгляд и поправляю галстук, внезапно почувствовав, что мне не хватает воздуха.

Я протягиваю ей руку в знак приветствия, она кивает мне в ответ. Ее щеки покрылись румянцем, дыхание сбилось.

У нее температура? Вот черт. Я же врач. Очевидно, она пришла сюда, потому что ей нужна медицинская помощь, а я веду себя как чертова свинья. Не удивительно, что мистер Астор установил свои правила.

– Я доктор Грант, – говорю я ей, сжимая ее руку в своей. Могу поклясться, что от ее прикосновения меня будто током шарахнуло, но, кажется, она ничего не замечает, пожимая мою руку.

– Амара Астор, – говорит она мне, и ее голос… черт. Меня редко заводит женский голос, но здесь я не могу устоять.

Лучше бы ничего этого не происходило. В конце концов, она моя пациентка.

– Доктор, – говорит она нежно. – Прежде чем перейти к сути дела, я бы хотела начать с того, что я инженер-механик. Точнее, я аспирантка. Звучит как дурацкое оправдание, но клянусь, я не вру.

Я заинтригованно хмурю брови. Амара качает головой и отводит взгляд:

– Наверное, это плохая идея. Мне не следовало… Мне же могут оказать помощь в другом месте. Я не ожидала, что вы… Почему вы такой молодой?

Я ободряюще улыбаюсь, качая головой:

– Не беспокойтесь, мисс Астор. Я достаточно много повидал в своей жизни.

Она смеется, выдавая свое беспокойство.

– Ох, вы даже не представляете, как вы ошибаетесь. Она смотрит мне в глаза, по-видимому, набираясь храбрости: – Доктор Грант! Мне нужна ваша помощь. У меня… У меня внутри застряла секс-игрушка.

Что… у нее? Что за черт?

Глава 4

НОА

Секс-игрушка? Я правильно расслышал?

Я изо всех сил стараюсь сохранить спокойствие, молясь, чтобы выражение моего лица не выдало смятение, которое я испытываю. Я стараюсь напустить на себя невозмутимый вид и киваю потрясающей рыжей девушке, стоящей передо мной.

– Я все могу объяснить, – говорит она мне. Ее щеки пылают. Она едва смотрит мне в глаза, и что-то в ней будоражит мое сердце. Я сдерживаю улыбку и, кивая головой, пытаюсь успокоить ее.

– Все в порядке, мисс Астор, – говорю я, жестом указывая ей на кушетку в моем кабинете. Эта чертова штука гораздо круче, чем все, что у меня есть, и она просто идеальна для женщины, которая сейчас стоит передо мной.

Она улыбается мне, и черт бы меня побрал. Мое сердце замирает. Я не думал, что она может быть еще красивее, но, черт возьми…

Я тяжело сглатываю, следуя за ней к кушетке, надеваю перчатки. Ее губы слегка приоткрываются, когда она садится на кушетку. Я прикусываю губу. Что бы она там ни засунула себе внутрь, судя по выражению ее глаз, она чувствует себя чертовски хорошо.

– Пожалуйста, будьте осторожны, доктор, – говорит она нежным голосом. Я киваю, чувствуя странную нервозность. За годы практики в интернатуре я сталкивался и с более безумными случаями, но сейчас почему-то я нервничаю не меньше, чем когда был интерном.

Наклоняя голову, она медленно раздевается, обнажая тело. Мои глаза следят за ее пальцами. Она задирает свое красное платье, обнажая сначала бедра, и вот я уже почти ловлю взглядом ее голую киску. Никакого нижнего белья.

Амара сдвигает ноги и смущенно смотрит на меня. Прекрасно, как пунцовый румянец окрашивает ее щеки, как голубые глаза выдают ее беспокойство. Она, без сомнения, самая красивая женщина, которую я когда-либо видел.

– Не смейтесь, ладно? – шепчет она.

Я ободряюще качаю головой, улыбаясь ей.

– Не буду. Обещаю.

Она задирает платье до ягодиц и раздвигает ноги, зажмурив глаза. Я сдерживаю улыбку, стоя перед ней на коленях и вдыхая слабый клубничный запах. Смазка?

– Так, давайте посмотрим, – бормочу я, положив руки в перчатках ей на бедра, пытаясь раздвинуть их чуть-чуть шире. Амара вздыхает и кладет руки мне на плечи.

– Все в порядке? – взволнованно спрашиваю я.

Я не думал, что она покраснеет еще сильнее, но это случилось.

– Гм… да, – отвечает она сиплым голосом.

До чего же она сексуальна. Думаю, она даже не осознает этого.

– Я не сделаю вам больно, хорошо?

Она кивает. Я наклоняюсь, чтобы взглянуть. Ничего не вижу. Что бы она ни засунула внутрь, это глубоко.

– Могу я прикоснуться к вам? Пожалуйста, скажите мне, если в какой-то момент вы почувствуете дискомфорт.

Она кивает, и я осторожно ввожу в нее указательный палец, чтобы нащупать застрявшую игрушку. Что бы у нее там внутри ни было, оно слегка вибрирует, но не двигается.

– Ох, – вздыхает она, крепче сжимая мои плечи. – Боже мой!

Замираю от того, что ее мышцы сжимаются вокруг моего пальца, а все ее тело содрогается. Она кончает на мой палец, а мой член мгновенно твердеет. Черт.

– Простите, – шепчет она.

– Все в порядке, – говорю я ей, изо всех сил пытаясь не смотреть ей в глаза. Не хотелось бы добавлять красок в и без того неловкую ситуацию. – Мне понадобится что-то, чем я смог бы достать предмет, – говорю я ей, и она кивает, отвернувшись к окну.

– Пожалуйста, доктор Грант, будьте осторожны. Игрушка… это мое собственное изобретение. Я инженер. Это мой единственный прототип, так что, пожалуйста, не сломайте его.

Киваю, возвращаясь к ней с набором инструментов в руках. Я беру в руки медицинские щипцы, и она смотрит на меня, на ее лице читается смесь волнения и страсти. Черт. Она выглядит так красиво, сидя здесь, ее ноги раздвинуты, ее длинные волосы прикрывают ее тело.

– Нет, – говорит она. – Так можно ее поломать, а так как это прототип, это может быть небезопасно, пока она находится внутри меня. Она может ударить током.

Я киваю. Значит, что-то немного мягче.

– Ее механизм основан на всасывании, поэтому она не двигается.

Я снова опускаюсь перед ней на колени.

– Хорошо. Мне нужно будет как-то достать ее.

Она напряжена, когда я осторожно ввожу в нее два пальца, нащупывая края игрушки. Амара сдвигает ноги как раз в тот момент, когда мне удается просунуть палец между ее кожей и игрушкой. У нее чертовски крепкая хватка. Я возбуждаюсь, когда с ее губ срывается стон. Она трется бедрами о мою руку, она закрывает глаза, и очередной оргазм захлестывает ее.

– О боже, – стонет она. – Мне очень жаль, доктор Грант. Я… Я ничего не могу с собой поделать. Простите. Ваши пальцы… Я ничего не могу.

Я улыбаюсь, прикусывая краешек губы. Мои пальцы все еще глубоко внутри нее.

– Не волнуйтесь! Это естественно. Пожалуйста, не сдвигайте ноги, мисс Астор.

Ее глаза расширяются, и она снова раздвигает ноги.

– Зовите меня Амара, – шепчет она, отводя взгляд в сторону. – Я дважды кончила на вашу руку… Странно слышать, как вы называете меня именем моей матери.

– Амара, – шепчу я, и ее киска снова сжимается. Гребаный ад. Она очень чувствительная. А мой похотливый мозг неустанно представляет, как бы она сжимала мой член. Она настолько чувствительная, что, думаю, она бы точно кончила на мой член, и неоднократно.

– Кажется, она у меня, – говорю ей я. – Потерпите немного, хорошо?

Мне удается вытолкнуть ее, и это все, что требуется. Предмет странной формы выскальзывает из нее, и я облегченно вздыхаю. Сомневаюсь, что мой рассудок и член смогли бы выдержать лишнюю секунду.

Амара издает громкий стон, когда игрушка выскальзывает из нее. Она безумно мокрая. Я хватаю ее игрушку, и мой больной мозг желает, чтобы на мне не было перчаток. Как бы я хотел почувствовать ее, ее влажность.

С улыбкой на лице я встаю, поднимая игрушку. Амара смотрит на меня широко раскрытыми глазами, когда я кладу девайс рядом с ней. Она спрыгивает с кушетки, но тут же падает в мои объятия, словно ноги не держат ее.

Я ловлю ее, инстинктивно обхватывая за талию. У нее перехватывает дыхание. Только через мгновение я понимаю, что моя эрекция упирается ей в живот. Я поспешно делаю шаг в сторону, положив руки ей на плечи.

– Простите меня, мисс Астор, – говорю я ей, не зная, что еще сказать. Я точно так же контролирую реакцию своего тела, как и она несколько минут назад, однако это не оправдывает моего непрофессионализма. Мне нельзя вестись на пациентов. Не просто пациентов. Амара Астор. Хотя я не знаю точно, кто она, я уверен, что она имеет какое-то отношение к мистеру Астору. Если я буду продолжать вести себя непрофессионально с ней, это может стоить мне будущего.

– Если честно, то так вся эта ситуация становится более сносной, – говорит она с ухмылкой. – По крайней мере, я не одна завелась.

Я невольно улыбаюсь и отвожу взгляд, качая головой.

– Этого не должно было произойти, – говорю я, отпуская ее. – И вам не следует смущаться. Я всего лишь выполняю свою работу. Однако я настоятельно рекомендую вам не совать никуда небезопасные прототипы. Если уж на то пошло, воздержитесь от подобных занятий без медицинского наблюдения. Все могло бы кончиться гораздо плачевнее.

– Я инженер, доктор Грант. Я не собираюсь прекращать тестировать свои собственные изобретения. Хотя если под врачебным присмотром, то это неплохая идея. Может, вы хотите выступить в качестве добровольца?

Мои глаза расширяются, а Амара разражается смехом, схватив свою игрушку и бросив ее в сумочку.

– Вы выглядите очень мило, когда смущаетесь, – говорит она мне, проходя мимо, как будто между нами ничего только что и не произошло.

– Спасибо за помощь, доктор Грант, – говорит она и уходит.

Дверь захлопывается за ней, а я как завороженный не могу оторвать от нее взгляд. Что за девушка! Кто она такая, черт возьми?