Глава 4. Яр

Мы договариваемся с Василисой пересечься вечером в кафе неподалеку от универа. Я возьму с собой друга, своего верного Темыча, а она приведет свою ангельски красивую Еву.

Темыч – это мой кореш, мы знакомы с ним с детства. Мы с ним очень похожи, только я богатый, а он – бедный.

Мы подружились, когда его отец работал в нашем доме. Подружились, да так и не расставались больше. Как ни странно, в нашем случае деньги не стали препятствием для дружбы. Потому что дружба у нас самая что ни на есть настоящая, из какого только дерьма мы с Темычем друг друга не вытаскивали! Чего только не вытворяли вместе! И чего только вместе не пробовали!

Вот и теперь я надеюсь на его помощь и поддержку. Пусть пофлиртует немного с Василисой, пока я буду занят Евой. От него не убудет!

Переодевшись, наконец, в свои злополучные джинсы, я выхожу из универа и иду к своей машине. Ладно хоть машину отец у меня не забрал! На ходу набираю номер Темыча.

– Друг, хай! Выручай! У меня сегодня свиданка, но она придет в кафешку с подругой-пышкой.

– Мм… А я, как всегда, должен охмурять самую некрасивую, в данном случае – еще и пышку? Яр, ну ты совсем охерел уже, что ли?

Я смеюсь в трубку.

– Да, я такой! Охеревший!

Несколько секунд Темыч молчит, потом говорит недовольно:

– Ладно, так и быть. Скинешь геолокацию.

– Знал, что ты не подведешь! – радостно кричу я в трубку.

– Урод! – недовольно бубнит Темыч перед тем, как сбросить вызов.

Вот она, настоящая мужская дружба и взаимопонимание! Я завожу мотор и уже хочу надавить на педаль газа, как вдруг сердце подскакивает в груди.

По парковке, звонко цокая острыми шпильками, идет Дана Игоревна собственной персоной. Светлые волосы теперь распущены, они лежат на ее плечах красивыми волнами. На ней мягкое черное пальто и клетчатый шарф. Она выглядит очень уютно… Моя королева! Моя мечта…

Я уже хочу выскочить из машины, подойти к ней и завести разговор о какой-нибудь ерунде, но вдруг слышу громкий мужской голос:

– Дана! Дана, стой, кому говорю!

Я напрягаюсь и отчаянно вцепляюсь в руль. За Даной Игоревной бежит этот противный, древний усач. Лицо его покраснело – то ли от бега, то ли от злости. Староват он уже так бегать за девушками! Сердечко-то однажды не выдержит!

Дана останавливается, и я вижу, как она поспешно вытирает слезы тыльной стороной ладони. Что? Кто посмел обидеть мою красавицу?

Подбежав к ней, усач грубо хватает ее за руку и разворачивает к себе рывком.

– Ты чего себя ведешь, как ребенок? – грозно спрашивает усач.

– Как ребенок? Это я-то себя веду, как ребенок? – всхлипывает она.

– Именно так! – усач отпускает ее руку, но смотрит по-прежнему сурово.

– А ты, в таком случае, ведешь себя, как козел! Понял?

– Да ты… А ну, садись в машину!

Я ослышался, или он ее и вправду обматерил?

Усач снова хватает ее за запястье и тянет за собой.

Мое терпение на этом заканчивается. Нет, ну невозможно же, в самом деле смотреть, как какой-то мужлан так обращается в женщиной моей мечты! Я стремительно выпрыгиваю из своего джипа и ору на всю парковку:

– Убери от нее руки, старый козел! Кто тебе дал право так обращаться с девушкой?

Они оба останавливаются и с непониманием смотрят на меня. На лице Даны – искреннее удивление, усач же стал пунцовым и весь раздулся от гнева.

– Да кто ты такой, щенок? Чего ты все тут крутишься? – рычит он, надвигаясь на меня.

Я не боюсь. Если надо подраться, то я всегда ЗА! Не зря же столько лет посвятил спорту! Хоть девушку своей мечты защищу, и то польза. Я уверенно иду на встречу усачу со своим самым наглым лицом, на ходу скидываю куртку и небрежным жестом бросаю ее на землю. Но между нами вдруг встревает Дана Игоревна.

– Стоп! Ярослав, Петр Сергеевич, стоп! Опомнитесь, прошу вас! Не надо драться! Тут вам не ринг! Посмотрите, на нас уже все смотрят! – она бросает взгляды то на меня, то на усача.

Вокруг парковки, и правда, уже собрались толпы студентов. Они стоят и с интересом наблюдают за нами, держа свои телефоны на готове. Начав драку, мы всерьез рискуем сегодня же стать звездами интернета! Лично мне насрать на это! А вот усачу… Я вижу, что он оценил ситуацию, и его пыл значительно поугас.

– Кто это вообще такой? – спрашивает усач у Даны Игоревны.

– Яр Борисов! – выкрикиваю я.

– Это мой новенький студент, только и всего! – оправдывается перед ним Дана Игоревна, – Сам понимаешь, он еще никого тут не знает, первый день на учебе.

Усач как-то ехидно усмехается, глядя на меня.

– Вот это – будущий филолог? – спрашивает он, скривив губы в саркастической усмешке.

– А тебе есть, что сказать по этому поводу? – снова выкрикиваю я, – Если есть, то говори мне в лицо!

Дана Игоревна резко поворачивается ко мне и говорит:

– Ярослав! Да хватит уже дерзить, в конце концов! Это вам не техникум какой-нибудь, а высшее учебное заведение! И перед вами не студент, равный вам, а…

Она вдруг замолкает, взглянув на усача, словно ожидая его поддержки.

– А кто? – спрашиваю я.

Ну, подумаешь, препод какой-нибудь. Невелика честь!

Но Дана Игоревна снова поворачивается ко мне и строго отвечает:

– Петр Сергеевич – декан нашего филологического факультета!

Я замолкаю.

Еб*нуться! Да как так-то? Усач – декан?

Получается, я чуть не набил морду декану?

Получается, моя богиня мутит с деканом?

Получается…

Стоп! Так он же женат, вон и кольцо блестит на пальце… Но она – точно не его жена!

Пока я обо всем этом думаю, усач уходит, и Дана Игоревна, еще раз строго взглянув на меня и погрозив пальцем, идет следом за ним. Они оба садятся в его дорогую, идеально чистую тачку и уезжают. Мне ничего не остается, как проводить их растерянным взглядом.

Черт! Черт! Черт!

Все-таки день – дерьмо.

Я медленно иду к своему джипу, и в это время у меня звонит телефон. Я достаю его из кармана, смотрю на дисплей – отец.

– Еще твоих нравоучений не хватало! – бубню себе под нос.

Выждав еще несколько секунд, жму на зеленую трубку.

– Да, пап, – говорю не своим, мягким и послушным, немного грустным голосом.

– Был на учебе? – без лишних приветствий и предисловий спрашивает отец.

Голос его – низкий, властный и равнодушный. Такой, как обычно.

– Да, вот только вышел из универа, сейчас поеду домой готовиться. Мне задали доклад про… Эм… Про какого-то нерусского писателя, короче.

– Ладно, – сухо отвечает отец, – Вечером заеду. Чтоб не смел никуда выходить!

– Пап, – молящим тоном произношу я, – меня одногруппники позвали вечером в кафешку. Познакомимся, выспрошу у них, что да как тут. Можно пойти?

Отец молчит несколько мгновений, кажущихся мне вечностью. Я ощущаю себя шестиклассником, которого наказали за плохой поступок.

– Ладно, иди. – сухо отвечает он. Но чтобы к десяти был дома.

– Хорошо, пап! До встречи! – говорю я и кладу трубку.

Ох, отец, во всем, что сегодня со мной случилось, виноват ты! Это ты настоял на филфаке! И вот я в первый же день влюбился без памяти и чуть было не подрался с деканом! Какой позор…

По дороге домой я стараюсь отключиться от своих мыслей, врубаю любимый рок на полную катушку и трясу головой в такт. Езда под рок – самая атмосферная, я считаю! Под рок вообще хочется жить…

Я выхожу из машины в отличном настроении. Ведь впереди – ужин в компании прелестной блондинки, которая хочет меня с того самого момента, когда впервые увидела.

Мммм…. Жду-не дождусь! Может, у меня получится лишить ее девственности прямо сегодня?