– Ярослав? Ты что-то хотел? – строго спрашивает моя секс-бомба, глядя на меня сквозь очки убийственным взглядом.
– Хотел, – бубню я в ответ, бросая злые, пламенные взгляды в спину мужика в темном пиджаке, который только что лапал ее бедра.
Что за тип? Встречу один на один, не стерплю, врежу ему от всей души!
Я сжимаю кулаки от лютой ревности, которая жжет мое нутро. Вот ведь женщины! Выбирают себе каких-то старперов! Зачем он ей нужен такой? Ведь у него через пару лет писюн откажет, и что она тогда будет делать? Любоваться на его усы?
Моя прелесть подходит ко мне и нетерпеливо спрашивает:
– Какой у тебя вопрос, Ярослав?
Я снова чувствую божественный аромат ее духов. О боги, как же сладко она пахнет!
– Что именно мне готовить в докладе, Дана Игоревна? – зло спрашиваю я, – Только про жизнь и творчество этого самого Трайзера рассказать?
Дана Игоревна вскидывает брови вверх, ее губы расплываются в улыбке.
– Драйзера, – мягко поправляет она и спрашивает с насмешливым видом, – Мне интересно, Ярослав, как вы вообще оказались на филфаке?
– А чего такое? Не вписываюсь в ваше высшее общество?
– Да нет же, вписываетесь, и девушкам с вами будет повеселее! Уверена, что на завтрашнюю практику все они придут с новыми прическами и макияжем, – улыбнувшись, говорит она, – просто, обычно, такие брутальные парни к нам не попадают, у них другие жизненные интересы, не касающиеся гуманитарных дисциплин.
– Вы и вправду считаете меня брутальным, Дана Игоревна? – с нагловатой улыбкой спрашиваю я.
Она не отвечает, смотрит на меня пристально, а потом говорит:
– Можешь приготовить не биографию Драйзера, а доклад о чем-то интересном из его жизни, возможно, даже пикантном. Углубись в эту тему!
Углубляться я люблю, это она попала в точку!
Она подмигивает мне, и по моему телу бегут мурашки. Сладкая! Так бы и съел ее сейчас!
– Дана Игоревна, мы опаздываем! – подает недовольный голос из своего угла усач. Моя принцесса оборачивается и говорит:
– Уже иду, Петр Сергеевич!
Потом она снова поворачивается ко мне и говорит:
– Если это все, Ярослав, тогда всего хорошего! До встречи на завтрашней практике.
– До свиданья, – отвечаю я, – Кстати, если вы, действительно, хотите узнать, как я оказался на филфаке, то вам придется пойти со мной на ужин в ресторан, и там я вам все расскажу. Знаете, это очень занимательная история!
– Молодой человек, вы позволяете себе лишнее! Идите уже на пару, звонок для вас давно прозвенел! – внезапно рявкает усач.
Не глядя на него, я бросаю прощальный, полный тоски, взгляд на Дану Игоревну и выхожу с кафедры.
И тут же натыкаюсь на печальный взгляд толстощекой Василисы. Она стоит неподалеку, прижавшись спиной к стене. Увидев меня, ее лицо оживляется.
– Яр, – говорит она, чуть не плача,, – я из-за тебя на физкультуру опоздала! Препод – зверь! Опаздывающих не пускает. Что мне делать?
Я, вдохновленный разговором со своей богиней, подхожу к Василисе, кладу руку ей на плечо и говорю:
– Виноват, братан. Прости.
Она обиженно сбрасывает мою руку с плеча и идет по коридору, спускается по лестнице вниз и еще раз вниз – на первый этаж. Я торопливо иду за ней.
– Вот и помогай людям! Правду говорят – не делай добра, не получишь зла!
Всхлипывая, девушка вытирает ладонями мокрые от слез щеки. Мне становится неловко, что довел ее до слез. Все из-за чертовых штанов, которые до сих пор на мне!
– Эй, Василиса, брат, я, кажется, знаю, чем смогу загладить свою вину перед тобой!
Она оборачивается ко мне, смотрит с любопытством.
– Приглашаю тебя на обед! Прямо сейчас! Уж лучше жрать, чем реветь, как думаешь?
Я показываю рукой на прозрачную дверь, над которой висит табличка: Кафетерий. Нет, ну а что еще делать, в самом деле? Тем более сейчас, когда томления любви и страсти отпустили меня, я чувствую страшный голод. Василиса тоже не откажется от еды и парочки сдобных булочек – это видно по ее пухлым щекам.
– Пошли, брат, я угощаю! – говорю я и, положив руку на ее плечо, толкаю ее в стеклянную дверь, чтобы пропустить вперед, как даму.
Кафешка довольно ничего, я наелся до отвала и теперь сижу, откинувшись на стуле и смотрю, как Василиса уплетает уже вторую булку с джемом, запивая ее компотом из сухофруктов. Забавная девчонка. Сто пудов девственница. Эти ее деревенские косы, одежда, как из бабушкиного сундука, наивный взгляд…
“Извини, Васек, но ты не в моем вкусе, иначе помог бы тебе распрощаться с невинностью!” – думаю я, рассматривая Василису.
Василиса ничуть не смущается от моего взгляда, жует булку и одновременно рассказывает мне о девушках, которые учатся с нами в одной группе.
– Таська – хорошая девчонка, никогда не обманет и не предаст. Иногда бывает грубой, но уж лучше быть честной и грубой, чем ласковой лгуньей, как, например, Алена. С этой лучше вообще не общайся! Змея хитрая!
– Это та, у которой буфера лежат на парте? – лениво спрашиваю я.
– Нет. Это такая, с короткими светлыми волосами. У которой буфера – это Жанна. Вся такая из себя, фифа. Считает себя светской львицей, ко всем относится свысока.
– Колхозница она, а не львица! – ехидно замечаю я.
Василиса довольно хихикает и, откусив булку, продолжает:
– Зарина – она у нас самая красивая. А еще талантливая – и танцует, и поет. Нормальная девчонка. Кстати, у нее корни цыганские.
– Ну тогда все понятно, что танцует и поет. Наверное, и “цыганочку” с выходом сумеет изобразить и на картах погадать сможет, – усмехаюсь я.
Василиса снова смеется, а потом ее брови внезапно взлетают вверх, лоб при этом покрывается некрасивыми складками.
– Кстати, как тебе наш единственный парень-филолог? – спрашивает она, а потом торопливо добавляет, – Ну, точнее, он был единственным до твоего появления! До тебя он был нашей “звездой”!
Я с непониманием смотрю на Василису. Парней в их толпе девственниц точно не было! Парня среди женских юбок и бы точно заметил!
– Ну ты чего? – удивленно восклицает Василиса, – Он сидел недалеко от тебя – высокий, худенький, волосы до плеч и лицо прыщавое.
– Короче понятно! Значит этот самый Оскар не очень-то сильно от вас, баб, отличается. Наверняка, такой же благородный девственник.
– Ну уж нет! На первом курсе у него был страстный роман с Зариной!
Я удивленно хмыкаю.
– Надеюсь, они дошли в своих отношениях до главного…
Василиса хохочет, прикрывая рот рукой. На толстых щеках во время смеха появляются милые ямочки.
Нормальная она девчонка. На удивление! Оказывается, с толстухами тоже можно дружить! Я как-то всегда сторонился пышнотелых людей, особенно девушек. Зря. Ничего страшного в их жирке нет.
Василиса вдруг делает серьезное лицо и тянется ко мне через стол. Я по инерции пододвигаюсь к ней ближе, подставляю ухо к ее губам:
– Самое-то главное тебе не рассказала! – шепчет она.
Я морщусь, ее теплое дыхание щекочет мне ухо!
– Ева, наша топ-модель, в тебя втюрилась! Да-да! С первого взгляда влюбилась! Так мне и сказала в конце пары!
Она прищуривает глазки и хитро смотрит на меня:
– Хочешь, познакомлю?
Я пожимаю плечами, делаю скептическое лицо.
– А она хоть нормальная? Лицо? Фигура? Покажи хоть фото!
Василиса достает из кармана телефон, роется в фотографиях, а потом показывает фото, где запечатлена она сама в компании двух девушек. Она указывает пухлым пальчиком на ту, которая похожа на хрупкого ангела – белые кудри обрамляют бледное личико, груди небольшие, зато талия такая тонкая, как у Барби, и ноги – от ушей. Как я мог не заметить такую красоту?
У меня загораются глаза. Мммм… Первая поклонница! Да еще такая! Почему бы и нет? Дана Игоревна пока что все равно не доступна.
– Конечно хочу! Знакомь! – отвечаю я.
Василиса расплывается в широкой улыбке и, в знак одобрения, хлопает меня по плечу. Говорю же – брат!.
“Отлично! – думаю я, – Скоро на одну девственницу на филфаке станет меньше!”
Мы договариваемся с Василисой пересечься вечером в кафе неподалеку от универа. Я возьму с собой друга, своего верного Темыча, а она приведет свою ангельски красивую Еву.
Темыч – это мой кореш, мы знакомы с ним с детства. Мы с ним очень похожи, только я богатый, а он – бедный.
Мы подружились, когда его отец работал в нашем доме. Подружились, да так и не расставались больше. Как ни странно, в нашем случае деньги не стали препятствием для дружбы. Потому что дружба у нас самая что ни на есть настоящая, из какого только дерьма мы с Темычем друг друга не вытаскивали! Чего только не вытворяли вместе! И чего только вместе не пробовали!
Вот и теперь я надеюсь на его помощь и поддержку. Пусть пофлиртует немного с Василисой, пока я буду занят Евой. От него не убудет!
Переодевшись, наконец, в свои злополучные джинсы, я выхожу из универа и иду к своей машине. Ладно хоть машину отец у меня не забрал! На ходу набираю номер Темыча.
– Друг, хай! Выручай! У меня сегодня свиданка, но она придет в кафешку с подругой-пышкой.
– Мм… А я, как всегда, должен охмурять самую некрасивую, в данном случае – еще и пышку? Яр, ну ты совсем охерел уже, что ли?
Я смеюсь в трубку.
– Да, я такой! Охеревший!
Несколько секунд Темыч молчит, потом говорит недовольно:
– Ладно, так и быть. Скинешь геолокацию.
– Знал, что ты не подведешь! – радостно кричу я в трубку.
– Урод! – недовольно бубнит Темыч перед тем, как сбросить вызов.
Вот она, настоящая мужская дружба и взаимопонимание! Я завожу мотор и уже хочу надавить на педаль газа, как вдруг сердце подскакивает в груди.
По парковке, звонко цокая острыми шпильками, идет Дана Игоревна собственной персоной. Светлые волосы теперь распущены, они лежат на ее плечах красивыми волнами. На ней мягкое черное пальто и клетчатый шарф. Она выглядит очень уютно… Моя королева! Моя мечта…
Я уже хочу выскочить из машины, подойти к ней и завести разговор о какой-нибудь ерунде, но вдруг слышу громкий мужской голос:
– Дана! Дана, стой, кому говорю!
Я напрягаюсь и отчаянно вцепляюсь в руль. За Даной Игоревной бежит этот противный, древний усач. Лицо его покраснело – то ли от бега, то ли от злости. Староват он уже так бегать за девушками! Сердечко-то однажды не выдержит!
Дана останавливается, и я вижу, как она поспешно вытирает слезы тыльной стороной ладони. Что? Кто посмел обидеть мою красавицу?
Подбежав к ней, усач грубо хватает ее за руку и разворачивает к себе рывком.
– Ты чего себя ведешь, как ребенок? – грозно спрашивает усач.
– Как ребенок? Это я-то себя веду, как ребенок? – всхлипывает она.
– Именно так! – усач отпускает ее руку, но смотрит по-прежнему сурово.
– А ты, в таком случае, ведешь себя, как козел! Понял?
– Да ты… А ну, садись в машину!
Я ослышался, или он ее и вправду обматерил?
Усач снова хватает ее за запястье и тянет за собой.
Мое терпение на этом заканчивается. Нет, ну невозможно же, в самом деле смотреть, как какой-то мужлан так обращается в женщиной моей мечты! Я стремительно выпрыгиваю из своего джипа и ору на всю парковку:
– Убери от нее руки, старый козел! Кто тебе дал право так обращаться с девушкой?
Они оба останавливаются и с непониманием смотрят на меня. На лице Даны – искреннее удивление, усач же стал пунцовым и весь раздулся от гнева.
– Да кто ты такой, щенок? Чего ты все тут крутишься? – рычит он, надвигаясь на меня.
Я не боюсь. Если надо подраться, то я всегда ЗА! Не зря же столько лет посвятил спорту! Хоть девушку своей мечты защищу, и то польза. Я уверенно иду на встречу усачу со своим самым наглым лицом, на ходу скидываю куртку и небрежным жестом бросаю ее на землю. Но между нами вдруг встревает Дана Игоревна.
– Стоп! Ярослав, Петр Сергеевич, стоп! Опомнитесь, прошу вас! Не надо драться! Тут вам не ринг! Посмотрите, на нас уже все смотрят! – она бросает взгляды то на меня, то на усача.
Вокруг парковки, и правда, уже собрались толпы студентов. Они стоят и с интересом наблюдают за нами, держа свои телефоны на готове. Начав драку, мы всерьез рискуем сегодня же стать звездами интернета! Лично мне насрать на это! А вот усачу… Я вижу, что он оценил ситуацию, и его пыл значительно поугас.
– Кто это вообще такой? – спрашивает усач у Даны Игоревны.
– Яр Борисов! – выкрикиваю я.
– Это мой новенький студент, только и всего! – оправдывается перед ним Дана Игоревна, – Сам понимаешь, он еще никого тут не знает, первый день на учебе.
Усач как-то ехидно усмехается, глядя на меня.
– Вот это – будущий филолог? – спрашивает он, скривив губы в саркастической усмешке.
– А тебе есть, что сказать по этому поводу? – снова выкрикиваю я, – Если есть, то говори мне в лицо!
Дана Игоревна резко поворачивается ко мне и говорит:
– Ярослав! Да хватит уже дерзить, в конце концов! Это вам не техникум какой-нибудь, а высшее учебное заведение! И перед вами не студент, равный вам, а…
Она вдруг замолкает, взглянув на усача, словно ожидая его поддержки.
– А кто? – спрашиваю я.
Ну, подумаешь, препод какой-нибудь. Невелика честь!
Но Дана Игоревна снова поворачивается ко мне и строго отвечает:
– Петр Сергеевич – декан нашего филологического факультета!
Я замолкаю.
Еб*нуться! Да как так-то? Усач – декан?
Получается, я чуть не набил морду декану?
Получается, моя богиня мутит с деканом?
Получается…
Стоп! Так он же женат, вон и кольцо блестит на пальце… Но она – точно не его жена!
Пока я обо всем этом думаю, усач уходит, и Дана Игоревна, еще раз строго взглянув на меня и погрозив пальцем, идет следом за ним. Они оба садятся в его дорогую, идеально чистую тачку и уезжают. Мне ничего не остается, как проводить их растерянным взглядом.
Черт! Черт! Черт!
Все-таки день – дерьмо.
Я медленно иду к своему джипу, и в это время у меня звонит телефон. Я достаю его из кармана, смотрю на дисплей – отец.
– Еще твоих нравоучений не хватало! – бубню себе под нос.
Выждав еще несколько секунд, жму на зеленую трубку.
– Да, пап, – говорю не своим, мягким и послушным, немного грустным голосом.
– Был на учебе? – без лишних приветствий и предисловий спрашивает отец.
Голос его – низкий, властный и равнодушный. Такой, как обычно.
– Да, вот только вышел из универа, сейчас поеду домой готовиться. Мне задали доклад про… Эм… Про какого-то нерусского писателя, короче.
– Ладно, – сухо отвечает отец, – Вечером заеду. Чтоб не смел никуда выходить!
– Пап, – молящим тоном произношу я, – меня одногруппники позвали вечером в кафешку. Познакомимся, выспрошу у них, что да как тут. Можно пойти?
Отец молчит несколько мгновений, кажущихся мне вечностью. Я ощущаю себя шестиклассником, которого наказали за плохой поступок.
– Ладно, иди. – сухо отвечает он. Но чтобы к десяти был дома.
– Хорошо, пап! До встречи! – говорю я и кладу трубку.
Ох, отец, во всем, что сегодня со мной случилось, виноват ты! Это ты настоял на филфаке! И вот я в первый же день влюбился без памяти и чуть было не подрался с деканом! Какой позор…
По дороге домой я стараюсь отключиться от своих мыслей, врубаю любимый рок на полную катушку и трясу головой в такт. Езда под рок – самая атмосферная, я считаю! Под рок вообще хочется жить…
Я выхожу из машины в отличном настроении. Ведь впереди – ужин в компании прелестной блондинки, которая хочет меня с того самого момента, когда впервые увидела.
Мммм…. Жду-не дождусь! Может, у меня получится лишить ее девственности прямо сегодня?
О проекте
О подписке
Другие проекты