Я, по идее, должен защищать тебя. – Джейс беззвучно и невесело рассмеялся. – Защищать от парней, подкатывающих к тебе с дурными намерениями, с какими я сам не прочь к тебе подкатить.
Время между сумерками и наступлением ночи мама Клэри всегда называла часом синевы. Свет в такой час особенно ярок и необычен, и картины писать лучше времени не найдешь. Только шагая по улицам Аликанте, Клэри поняла смысл маминых слов.
Вот видишь. Я красавец, каких поискать, и все же не нравлюсь тебе настолько сильно. Магнуса ты оттолкнул не из-за меня. Ты боишься открыться. Открыть всем, кого любишь по-настоящему. Любовь заставляет лгать. Эту истину поведала мне королева Летнего двора. Не суди меня за ложь о чувствах, потому что лжешь сам. – Джейс поднялся на ноги. – И сейчас ты снова солжешь.
Алек успел познакомить родителей с Магнусом Бейном. Сверкающая синяя бандана бесследно исчезла, и маг был теперь само приличие. Роберт Лайтвуд пожимал ему руку, а Мариза обнимала Алека за плечи. Остальные члены компании сидели вдоль парапета; Клэри хотела уже присоединиться к ним, но тут ее кто-то похлопал по плечу:
Алек обнял Магнуса и целовал его взасос. Пораженный, маг оцепенел. Все вокруг смотрели на парочку и шептались. Мариза Лайтвуд прикрыла рот ладонью, Роберт молчал.