Цитаты из книг автора «Кассандра Клэр»

– Не доверяешь? По-моему, в бокале клубничный сок. Вкусный! Джейс? – Она предложила бокал Джейсу. – Я мужчина. Мужчины розовые напитки не потребляют. Поди же, женщина, и принеси мне бурый. – Бурый? – Бурый – цвет мужественности. – Свободной рукой он убрал с лица Изабель выбившуюся прядку волос. – Глянь вон, Алек в буром. Алек скорбным взглядом окинул свой свитер: – Он черный. Просто вылинял. – К твоему свитеру пойдет вот эта бандана, расшитая блестками. Очень оживляет… – Магнус предложил Алеку сверкающий синий платок. – Это я так, без намеков.

– «И сказал Господь: всякому, кто убьет Каина, отмстится всемеро. И сделал Господь Каину знамение, чтобы никто, встретившись с ним, не убил его».

Джейс провел рукой по узкому колесу. Сбоку виднелись слова, написанные краской: «Nox invictus». – Победоносная ночь.

мужчины идут на поводу своих желаний, а женщины должны идти наперекор своим!..

пока высокая женщина держится с достоинством, она всегда будет выглядеть королевой.

Джейс поднял на нее глаза, и что-то в его взгляде напомнило Клэри ее саму в далеком детстве. Года в четыре она рыдала на пляже над разрушенным замком из песка. Мама пыталась успокоить ее, предлагала построить для нее другой замок, но Клэри была безутешна – ведь то, что она считала вечным и незыблемым, легко разрушила вода и ветер.

За соседним столиком два оборотня грызли сырые бараньи голяшки и увлеченно спорили о том, кто кого поборет: Дамблдор из «Гарри Поттера» или Магнус Бейн?

– Я хотел бы ненавидеть тебя, – добавил Джейс. Хотя его голос звучал спокойно, а губы изогнулись в подобии беззаботной улыбки, глаза переполняла боль. – Я пытаюсь возненавидеть тебя. Это сильно упростило бы мне жизнь. Порой даже кажется, что мне наконец удалось, но потом я снова вижу

– То, что вы отдали брата какому-то сомнительному магу, который одевается, как Вилли Вонка, и смахивает на голубого Соника-Супережика? – уточнил Саймон. – В обмен на потенциального преступника? Да, пожалуй, не понравится.

Меня создали прежде твари сущей, И после вечных, и мне века нет: Оставь надежду всяк, сюда идущий![2] Данте, «Божественная комедия. Ад»