Цитаты из книг автора «Карина Демина»

войне, уходя от осторожных вопросов, скрываясь за собственными щитами. И Оден не имеет права их трогать. Дотянувшись до ее руки, Оден провел от запястья к локтю. Под пальцами вилась нить вены.Он подарит Эйо дом. На землях Золотого рода стоят сотни домов, и среди них наверняка отыщется тот, который подойдет для маленькой альвы.

Меньше энергии уйдет. Тут ребра жесткости так поставлены, что он сам себя поддерживает. – Крайт потер лицо, которое выглядело уже почти нормально. А рука по-прежнему на перевязи… Бестолочь. Виттар

Крайт явился по вызову незамедлительно. Хороший щенок, молодой, не в меру наглый, но даровитый, что подтверждает собственную теорию Виттара о вымесках. Появившийся на свет от незаконной связи, Крайт был сильнее человека, но в то же время несоизмеримо слабее любого пса. Живого железа в нем

домой. Не в городской особняк, но в старое поместье, в его, Одена, комнату, окна которой выходят на тисовую аллею. Стены из яшмы и нефрита, прошитого тонкой золотой нитью. И старый камин, который вечно начинает чадить при первой растопке. Тяжелое кресло – в нем хорошо думалось. Стол из каменного дерева. Оден помнит его и узор из царапин на боку. И даже то, что правая створка

Стальной Король говорил, зная, что слова его станут слабым утешением. Виттар видел. Месяц под Холмами, чтобы утратить силы.Два – чтобы лишиться разума. Три

осторожно, медленно. И раздеть себя позволил. Он был изможден до крайности: кожа, кости и живое мясо. Его не просто пытали, а мучили снова и снова, позволяя ранам зарубцеваться, а вот здесь, под левой лопаткой, явно шили. О псе заботились, не позволяя умереть. Наверное, он был интересной игрушкой. – Решетка, – сказал пес, когда я

Спор. И я пытаюсь подняться. – Если ты умрешь, мне снова станет не с кем разговаривать, – жалуется мальчишка, выбираясь из стены. И подает мне руку. А принимаю ее. Эта рука холодна, но вполне осязаема. И я запоздало вспоминаю, что местные

Дом моей матушки располагался если не в самом центре города, где стояли дома людей благородного рождения и близких к Наместнику, то в самой черте его, выделяясь среди прочих красными крышами. Изогнутые крылья их сияли на солнце, истаявший снег омыл их, добавив света. Высокая ограда.

зимой. Да и весной наведывалась нечасто. Ни к чему девице хорошего рода показывать себя перед всякими там… а вот отец, когда был жив, любил приезжать сюда. И не один. Матушка надевала самое лучшее свое платье, всякий раз иное. Она выбривала лоб, чтобы после, набелив лицо, собственноручно нарисовать два черных уголька бровей.

мгновенно, сквозь сон лишь ощутив чужое присутствие, но оно было… безопасным? Пожалуй. Сознание растворилось, а после вернулось. И я не знаю, сколько времени прошло, но за окном было светло,