Цитаты из книг автора «Карина Бартш»

– Да ты ходячий стереотип! – заявила я. – Это как? – Типичная мужская история: парень, в данном случае ты, влюбляется, девушка ему изменяет, и он превращается в женоненавистника и бесчувственного придурка. Все очень просто, почему же я раньше не догадалась? – Давай мы сейчас не будем обсуждать твои способности к психоанализу, – усмехнулся Элиас, – потому что все несколько сложнее.

Пока я открывала крышку, Элиас достал из ящика чайную ложку и протянул ее мне. Я подняла брови. Да он, наверное, шутит. – Я, по-твоему, что, птичка? – сказала я, глядя на ложечку. – Давай нормальную ложку! Элиас рассмеялся, покачал головой и стал рыться в ящике со столовыми приборами. Я приняла столовую ложку с благосклонным кивком и выражением лица «вот сразу бы так» и тут же начала есть мороженое. Я таяла, как мороженое, закрыв глаза и наслаждаясь вкусом. Мои глаза были закрыты, и я не видела, что Элиас наблюдает за тем, как я наслаждаюсь. – А мне дашь попробовать? – спросил он. Должна признаться, с огромной ложкой в руке Элиас выглядел по-дурацки. Но, значит ли это, что я должна с ним делиться? – Хм, дай-ка подумать… Не-а! – ответила я с улыбкой и снова сунула ложку в рот. Элиас угрожающе посмотрел на меня. – Ешь свое! – предложила я. – Эмили, это тоже мое! – Мое, твое, – я фыркнула. – Надо уметь делиться! – А сама? – засмеялся он. – Там было два мороженых! Ешь из своего стакана! – я совершенно не желала делиться даже одной ложечкой. – Второе ванильное, а я не люблю ванильное!

Наши глаза привыкли к темноте, поэтому в первую минуту мы оба заморгали. И Элиас при этом выглядел даже мило. Что за чепуха лезет мне в голову! Я отогнала эту мысль и проследовала за ним к холодильнику. Когда он открыл дверцу, я уселась на столешницу и заглянула ему через плечо. Он хмыкнул, рассматривая пустые полки. – Только не говори, что шоколада нет! – разочарованно сказала я. – К сожалению, нет, Алекс опять все слопала.

– Эмили? – Хм? – Я хотел сказать, – начал Элиас, – Мне очень жаль. Я не считаю, что у тебя маленькая грудь, она у тебя… нормальная. Я хотела промолчать, но раз он решил извиниться, то я улыбнулась ему. – Поздновато спохватился, но спасибо, я передам. – Какой у тебя размер, А минус? – пошутил он. – Нет, Б, как «баран»! Ему совершенно незачем было знать, А у меня или Б. Элиас тихонько рассмеялся, и я тоже улыбнулась. Меня постепенно одолевал голод – побочный эффект травки. Мне очень хотелось съесть что-нибудь сладкое. Должна же у него где-то быть заначка? Мой взгляд упал на прикроватную тумбочку, я повернулась на бок и потянулась к верхнему ящику. Света в комнате не было, поэтому я шарила на ощупь. – Ты резинки ищешь? – спросил Элиас. – Они во втором ящике. Ну что за придурок! Я зарычала и махнула рукой, пытаясь снова попасть ему по ребрам. Но в этот раз он оказался быстрее и, смеясь, увернулся. – Резинку, которая меня от тебя защитит, еще надо изобрести, – вздохнула я. – Только не надо говорить про то, что размер XXL уже существует.

Все это происходило много лет назад, и я тогда прошла через ад. Странно было семь лет спустя узнать, что те страдания были напрасны. Глупое недопонимание испортило жизнь нам обоим.

– Ты… с ним вообще не встречалась? – Нет, придурок, я два года сохла по тебе, целых два года! Ты, козел, разбил мне сердце! – Это шутка? – Элиас смотрел на меня во все глаза. Я не могла это больше выносить. Я снова треснула его локтем и попала по тому же самому месту. – Ой! Да хватит уже! – завопил он, опять хватаясь за бок. – Хватит притворяться, слабак, – буркнула я. – Думаешь, ты одна страдала? – спросил он.

Ты со мной поступила гораздо хуже! Чего-чего? Что это за шутки? – И что же я тебе сделала? – Я посмотрела на него в упор и цинично продолжила: – Прости, пожалуйста, это был мой первый поцелуй. Если бы я знала, что окажусь не достаточно профессиональной на твой вкус, то обязательно нашла бы инструкцию! – Не говори чепухи, – перебил он меня. – Это был и мой первый поцелуй. Хватит пытаться вывернуть все наизнанку. Мои слова про твою грудь были просто реакцией на то, что ты выставила меня идиотом, – он немного помолчал. – Черт, у меня просто крышу сорвало, когда я услышал, что ты встречаешься с этим недоноском. – Что? – вырвалось у меня. – А ты думала, что я ничего не узнаю? Он в школе рассказывал об этом всем, кто был готов слушать! – О чем ты вообще говоришь? – спросила я с ужасом. – Ну, этот неудачник, я уже забыл, как его звали… Саймон? – пренебрежительно сказал Элиас. – Может, Зёрен? – спросила я, нахмурившись. – Может, и Зёрен! – пробормотал Элиас, ему явно было плевать на то, как того звали.

– Ой! Я же ничего тебе не сделал, – воскликнул Элиас, которому, очевидно, было больно. Так ему и надо! – Ты, козел, превратил мою юность в кошмар! – заявила я в ответ и снова стала сверлить его мрачным взглядом. Он выглядел рассерженным и недовольным, но явно не понимал, о чем я говорю. – Объясни мне, пожалуйста, что за кино показывают у тебя в голове? – завопил он. – С большим удовольствием! – я повторила его слова тем же самым тоном. – Послушай, малышка Эмили. Ты, в общем, ничего, но сиськи у тебя маловаты! – Блииин, – простонал он, – почему ты вообще об этом вспомнила? – А почему бы тебе не извиниться передо мной, ты, чертов придурок? Он продолжил ворчать и потирать ребра, но явно не знал, что мне ответить. – Без понятия, – пробормотал он под нос, – мне было больно… – Тебе было больно? – повторила я с негодованием, потому что мне показалось, что он издевается. – Да, ты, наверное, шутишь!

Не знаю, что на меня нашло, но я протянула к нему руку. Я всегда мечтала его потрогать и была как никогда близка к исполнению этой мечты. Но в последний момент я струсила, так и не коснувшись его лица. Я не успела ее опустить, как Элиас перехватил мою руку и приложил к своей щеке. Закрыв глаза, он потерся лицом о мою ладонь. У него была восхитительно гладкая кожа, нежнее, чем я себе могла представить. Засмущавшись, я отняла руку, а Элиас открыл глаза, в которых горел хитрый огонек. Склонившись, он коснулся моих губ своими. – До завтра, – шепнул он. Я смогла только кивнуть в ответ. Я чувствовала себя легкой, как перышко, и была словно пьяная. Элиас улыбнулся мне еще раз, развернулся и ушел. Не знаю, сколько я стояла и смотрела ему вслед, даже после того, как он пропал из виду. Кажется, целую вечность.

– Ты проводишь Элиаса до двери? – спросила она меня. – А я начну распаковывать коробки. Я уже говорила, что иногда мама может быть настоящим сокровищем? Обычно так случается, когда она занята тем, чтобы выдать меня замуж, но сейчас она все делала правильно. Элиас осторожно посмотрел на меня, ожидая ответа. – Конечно, – ответила я, закусив губу.