Цитаты из книг автора «Карина Бартш»

Она что, совсем ум потеряла? Как она могла будущему психологу рассказать, что у меня в двадцать три года был друг по переписке? Наверное, у него уже лежали рецепты на нейролептики, выписанные на мое имя.

– Почему это мы виноваты? – Попробуй догадатьшя. Может, дело в боге шекша и твоей нешпошобношти ходить? – прошепелявила я, продолжая чистить зубы.

Медленно открыв глаза, я уставилась прямо на спящего Элиаса. Его лицо было от меня всего в нескольких сантиметрах. Во сне он выглядел спокойно и расслабленно, словно… ангел. Странно, что мне пришло на ум сравнение с ангелом, ведь обычно он был для меня дьяволом. Но сейчас обычное определение не годилось. У него было такое беззаботное выражение лица, словно у маленького мальчика. Впервые в жизни я не чувствовала себя мелкой и незначительной в его присутствии, и впервые у меня была возможность понаблюдать за ним. Гладкая, нежная кожа, высокие скулы, прямой нос… А его губы, чувственные, изогнутые, как лук – я до сих пор могла вспомнить их вкус. Мне так хотелось протянуть руку и запустить пальцы в его волосы. Я смотрела на спящего Элиаса, не решаясь его коснуться, и понимала, что хотела бы просыпаться рядом с ним каждое утро до конца своей жизни. Мне никогда не надоест на него смотреть. Я старалась запомнить каждую мелочь, чтобы навсегда сохранить его лицо в своей памяти.

– И чем же я, скажи на милость, пахну? Я прикусила щеку изнутри. – Сложно сказать, чем-то терпким и сладковатым. Элиас снова понюхал свою футболку. – Сладковатым? – пробормотал он растерянно. Странно. Неужели этого запаха в реальности не существовало, и я его просто выдумала? Может быть, у меня обонятельные галлюцинации? Да нет, я ничего не выдумывала, я слышу этот запах прямо сейчас! Но разве люди могут пахнуть так сами по себе? – Ты знаешь, – Элиас улыбнулся мне. – Я считаю, что ты тоже очень приятно пахнешь. Меня охватила дрожь. – Элиас, прекрати, – сказала я. – Почему? Ты не хочешь этого слышать или ты опять мне не веришь? Я ничего не ответила. Он тяжело вздохнул и повернулся на бок. – Ты мне теперь никогда не будешь верить? Я посмотрела ему в глаза, ощущая, что у меня вспотели ладони. – Я бы очень хотела тебе верить, – сказала я, удивляясь тому, насколько искренне прозвучали мои слова. – Так почему же ты мне не веришь? – прошептал он.

Я закрыла глаза. Этот вопрос мучил меня много месяцев, и я могла решить его двумя способами: нокаутировать Элиаса и оттащить его в лабораторию, чтобы химики проанализировали запах, или набраться мужества и просто спросить его!

– Я сам не знаю, что тогда будет… – вздохнул Элиас в конце концов. – Думаю, я не выпущу тебя из своей кровати следующие недели три. За последние пять месяцев ты сумела распалить мое воображение, если понимаешь, о чем я.

Неудивительно, что все мои отношения были поверхностными и несерьезными. Подсознательно я выбирала тех парней, к которым испытывала очень слабые чувства, чтобы не терять контроль над ситуацией.

– Нет, – сказал он, – только паук в волосах. Я замерла, а потом подскочила, словно меня ужалили, и затрясла головой. – Все, больше нету? – завопила я. Вместо ответа я услышала тихий смех. Я глянула сквозь завесу волос, и увидела, что этот бессовестный придурок смотрит на меня, а в его глазах пляшут черти. – Не было никакого паука, да? Все пятеро сидящих вокруг костра заулыбались, отрицательно качая головами. Я почувствовала, что краснею, и снова уселась на свое место. Ну, что за придурок! – Прости, пожалуйста, – сказал он, улыбаясь так нежно, что на него было очень трудно сердиться. Но не невозможно. Я толкнула его и следующие минут десять не посмотрела на него ни единого раза. Но чем дольше я игнорировала Элиаса, тем сильнее его это задевало. Он постоянно адресовал мне дурацкие подколки, а Энди хохотал до слез, когда я его отшивала. Когда Элиас в пятый раз подсел ко мне поближе, а я в пятый раз от него отодвинулась, он снова ко мне обратился. – Эмили, ты должна мне срочно помочь! Я ответила, не дожидаясь просьбы: – Делай все время рукой вверх-вниз и справишься без меня.

– Чем вы двое там занимались? – спросила Алекс, укладывая голову на грудь Себастьяну. – Ты же знаешь Эмили, – сказал Элиас, откручивая крышечку. – Она опять меня домогалась. Когда она уже поймет, что у нее нет никаких шансов? – он послал в мою сторону улыбку и отпил воды. – Хорошо бы это было правдой, – пробормотала я в ответ на фразу про отсутствие шансов. Он растянул губы в улыбке и так посмотрел мне в глаза, что я даже на секунду забыла, кто я. Эмили Шварц? Нет! Винтер! Винтер!

– Мы не очень понимаем, что нам делать. С одной стороны, Ник – брат Софи и наш друг… Но он зашел уже слишком далеко. Он обращается с Джессикой, как с мусором. – Себастьян снова вздохнул. – Хуже всего то, что она сама это понимает, но стоит ему поманить, как она тут же бежит на зов. Себастьян покрутил в руках веточку, а потом бросил ее в костер. – Мы столько раз с ней об этом говорили, – продолжил он. – Пытались объяснить, что не стоит унижаться, что это путь в никуда, но все без толку. Она каждый раз ведется снова. Я подтянула колени к груди и обхватила их руками. – А что Ник? Вы с ним говорили? – Много раз, – выдохнул Себастьян. – Но это бесполезно, он не понимает, что в этом такого. «Тупая шлюха сама виновата, если позволяет так с собой обращаться», – это прямая цитата. – А вы сказали об этом Джессике? – спросила я, широко открыв глаза. – Не было необходимости, она сама все слышала. У меня на лице отразилось все, что я думала, и Себастьян кивнул. Некоторое время мы молча смотрели в огонь.