Когда Элиас и Энди поняли, что не они имелись в виду, то вернулись к своему обсуждению. Интересно, а если бы я обратилась к ним «человек-нестояк», то тоже все обернулись бы?
Ева изучала биологию, и моя специальность – литературоведение – была ей совершенно чужда. Для меня книги были сокровищем. Искусно подобранные слова, создающие мелодию. Белые страницы, на которых возникают целые вселенные. Миры, которые затягивают людей, заставляя их забыть обо всем на свете. Для меня литература была настоящей магией, и я была в ее власти.
Мышцы, горло, живот, каждый нерв – всё сводили судороги. Словно тело изнемогало под тяжестью моих чувств. Я едва могла дышать. У меня дрожали колени, но я встала, сделала нетвердый шаг к кровати и вытащила из кармана куртки телефон. Попыталась вытереть слезы, но они текли и текли
Это был удар под дых. Я потерпела очередное фиаско. Теперь, что бы я ни сделала, что бы я ни сказала, она не расстанется со своими подозрениями. Все рушилось – негде больше искать защиты, нечего надеяться на спасение, нет смысла изображать, какая я сильная. Я чувствовала, как по щекам потекло что-то горячее. Все произошло само собой, слезы полились ручьем.
Алена очень любила книги и часто говорила, что сама непременно поступила бы учиться на литературоведа, но вот забеременела Элиасом, и… М-да, лучше бы она предохранялась.