Глава вторая

Близнецы осторожно пробирались дальше сквозь лес. Лионора освещала путь пламенем на вытянутой вперед руке, а Линус старался сосредоточиться на воспоминаниях Вильхельма. Шли медленно, часто останавливаясь, чтобы дать ему время привести в порядок растрепанные мысли и выудить из памяти подходящий эпизод.

Спустя некоторое время они оказались у небольшого прозрачного ручья. Очень хотелось умыться и, зачерпнув немного воды, утолить жажду, но Линус задумчиво уставился на каменистое дно. Присев на корточки, он подобрал ветку и аккуратно опустил ее конец в журчащий ручей. Лионора наклонилась ближе. Вскоре они заметили, что вода вокруг палки стала течь медленнее, пока не остановилась совсем.

Вытащив палку, парень почувствовал, что ее конец изрядно потяжелел, покрывшись толстым слоем каменистых отложений. Рассмотрев повнимательнее, обнаружил, что изменилась и сама ветка. Он показал ее Лионоре.

– Заходишь в воду и сперва прирастаешь ко дну, – медленно произнес Линус. – Потом вода проникает сквозь кожу, и постепенно каменеешь. Сначала ступни превращаются в камни, а следом и все тело.

– Отвратительно! – воскликнула сестра. – Только больное сознание могло выдумать нечто подобное.

Линус промолчал в ответ. Сквозь прозрачную воду он рассматривал камни и думал, сколько из них на самом деле были осколками обитателей Хинсидеса. Может, они лежат там не одну тысячу лет, разрушаемые течением.

– Ты не можешь сделать так, чтобы мы вместе перелетели через ручей? – спросил брат сестру, поднимаясь на ноги.

– Может, лучше сразу перелетим через лес? – предложила Лионора. – Он весь как одна смертельная ловушка. Я уверена, мне хватит сил донести тебя до скалистых утесов.

– Мне тоже сначала пришла в голову эта мысль, – вздохнул Линус. – Однако потом я вспомнил вот о чем.

Он показал вверх, где сквозь ветви виднелись шипы, торчащие на метр над вершинами деревьев.

– Деревья выпускают их, как стрелы из лука. Может быть, ты и увернешься, но рисковать не хотелось бы. Тем более что я буду болтаться внизу, – ухмыляясь, добавил брат.

Они продолжали продвигаться вперед. Линусу приходилось все больше углубляться в дебри памяти Вильхельма, что было крайне неприятно. Кто знал, какие еще ужасные картины могли в ней всплыть?

Парень старался сосредоточиться на мыслях о лесе и вызывать только связанные с ним воспоминания. Он знал, что им уже удалось преодолеть половину пути. Оставалось единственное, но самое трудное препятствие.

– Лес впереди затянут Голодными облаками, – мрачно заметил Линус.

– Голодными облаками?

– Может, у них есть другое имя, но так называл их Вильхельм, – объяснил он. – На самом деле это некий газ, который разъедает движущиеся существа, оставляя при этом растительность невредимой.

– Звучит не очень, – вздохнула Лионора.

Брат кивнул в ответ. Ему казалось удивительным вдруг самому объяснять сестре, что и как устроено в Хинсидесе.

– Но есть и хорошие новости, – сказал он. – Вильхельм ведь ожидал непрошеных гостей извне, а не готовился к тому, что кто-то будет выбираться из его потайного логова наружу, поэтому препятствие обращено не в нашу сторону. По его задумке, облака газа должны застать нападающих врасплох, те будут спасаться бегством и угодят прямиком в другие ловушки. А нам нужно всего-навсего добраться до скалистой стены и найти выход из долины прежде, чем нас накроет облаками.

– И где же эта стена? – удивленно спросила Лионора.

– Здесь возникает проблемка. Выход из долины спрятан от глаз, и у меня нет четких воспоминаний о том, где он находится. Похоже, сам Вильхельм им никогда не пользовался.

– Да уж, очень практично, – фыркнула сестра. – Только начали от этого мага какую-то пользу получать, и вот опять.

– Что делать будем? – спросил Линус.

– Полагаю, просто спасаться бегством и надеяться вовремя найти выход? – с нескрываемой злостью сказала Лионора, высматривая зазоры между деревьями.

Мгновение они стояли, вглядываясь в даль. Линусу показалось, что впереди, за опушкой леса, видна скалистая стена.

– Готов? – спросила Лионора.

– Думаю, да, – подтвердил Линус. – На счет «три»?

Они хором сосчитали до трех и ринулись вперед, как два запущенных копья, прокладывая путь сквозь заросли деревьев. Землю покрывали узловатые корни и ворох прошлогодних листьев. Быстро бежать было трудно. Лионора стремительно ушла в отрыв, но, заметив, что брат отстает, замедлилась.

– Не жди меня! – закричал Линус. – Беги вперед! Я догоню!

Из-за куч гнилых листьев бледно-желтыми ленточками медленно наползал газ. Он стелился по земле и, несмотря на полный штиль, все быстрее скользил между деревьями, будто напав на след близнецов. Парень бежал изо всех сил. Лес все больше наполнялся ядовито-желтыми облаками, накатывавшими неумолимой волной.

Линус бросил взгляд на скалистую стену. Еще немного, и Лионора будет у цели.

В тот же миг из земли донесся скрипучий звук, и спустя пару секунд кто-то схватил его за ногу. У Линуса перехватило дыхание, он упал ничком и принялся яростно брыкаться, пытаясь рассмотреть, что это было. Корень обвивал его щиколотку и, как бы парень ни дергался и ни старался высвободиться, он сжимал его все крепче, словно удав.

Тем временем газ сгущался, окружая Линуса. Юноша хотел позвать на помощь Лионору, но не смог наполнить легкие воздухом. Подступила паника, руки начали шарить среди мокрых листьев, пальцы сомкнулись вокруг камня – не очень острого, но лучше, чем ничего. Он принялся отчаянно колотить им по хлесткому корню, но тупой камень не мог разрубить плотную древесину.

Голодные облака сомкнулись в круг всего в паре метров над его головой и застыли, будто злорадствуя над страхом, нараставшим в его душе. Потом газ стал медленно опускаться.

В это мгновение перед Линусом возникла Лионора. Когда она взглянула на пленивший брата корень, в ее глазах блеснул огонь, и корень тут же начал тлеть изнутри, пока совсем не сморщился.

– Ты цел? – прокричала сестра, помогая ему подняться.

– Я в порядке, – задыхаясь, ответил он.

Газ преграждал им путь. Перья газовых облаков наплывали, обволакивая их. Лионора взмахивала рукой, будто рисуя огнем. От соприкосновения с языками пламени газ отступал, но перья наползали вновь и вновь, словно пытаясь найти близнецов на ощупь. Тогда Лионора подняла руку, и из земли выросли два огненных столба, вершины которых сомкнулись, образовав арку, ненадолго отгородившую их от газа.

– Следуй за мной! – позвала она и опять побежала.

Линус припустил за сестрой. Он задерживал дыхание, чтобы случайно не вдохнуть смертельный газ. Сзади накатывала волна желтых облаков. Близнецы что есть мочи бежали к скалистой стене.

Линус судорожно рылся в воспоминаниях Вильхельма. Где-то должна быть наводка, он же ведь сам решал, как проложить путь.

– Где выход?! – вопила Лионора.

– Беги прямо, к скалам! – кричал в ответ брат.

Он был почти уверен: это правильное место. Оно максимально удалено от особняка, так что непрошеному гостю пришлось бы преодолеть большой отрезок пути по лесу. Но почему перед ними отвесная скала? На ней ни единой трещины не видно.

Близнецы остановились и перевели дух. Задрав головы, они уставились на каменную стену. Линус бросил взгляд через плечо. Еще немного, и их накроет газовым облаком.

Обернувшись, Лионора будто сделала гребок в воздухе. Из-под земли появились языки ее пламени и встали стеной, преграждая облаку путь.

Тем временем Линус яростно ощупывал скалистую стену. Где-то здесь, он знал, что выход из долины был где-то здесь!

Внезапно он чуть не упал вперед – коснулся стены, а на ее месте оказалась пустота. На мгновение парень застыл в изумлении, потому что его рука по самую подмышку вошла в скалу.

«Ну конечно! – подумал он. – Вильхельм, вполне естественно, спрятал проход в долину за оптической иллюзией». Теперь Линус даже смог вспомнить, как это было.

– Лионора! – закричал он, хватая сестру за руку. – Вот выход!

Брат притянул ее к себе и протащил сквозь стену-обманку. Они оказались в узком туннеле – чуть шире расщелины, но достаточно большом, чтобы вместить их обоих.

– Газ не может проникнуть сюда за нами следом, – задыхаясь, сказал он и, прислонившись к каменной стене, опустился на землю. – Вильхельм хотел, чтобы он оставался в долине. Здесь мы в безопасности.

Парень никак не мог отдышаться после марш-броска.

– Спасибо, что спасла меня, – выдохнул он.

Улыбнувшись брату, Лионора зажгла на ладони пламя. Туннель был не больше метра шириной. Далеко в конце виднелся просвет.

– Пойдем, – позвала Лионора, кивнув в том направлении. – Отдохнем, когда выберемся отсюда.

Сестра помогла ему подняться, и они с осторожностью стали пробираться к свету. Линус надеялся, что это свет лун, и по мере приближения к концу туннеля его уверенность крепла. Уже угадывался шум ветра в деревьях по ту сторону скал.

Выйдя из туннеля, брат с сестрой остановились, чтобы осмотреться. Еще один лес, но совсем другой. Ветви толстоствольных деревьев украшали остроконечные золотисто-желтые листья.

Местность показалась Линусу знакомой.

– А это не тот лес, в который ты привела меня, когда я впервые попал в Хинсидес? – воскликнул он. – Когда ты спасла меня от Стражниц границы?

Оглядевшись, Лионора согласилась:

– Да, должно быть, он.

– Тогда мы находимся недалеко от Сантионы! – с воодушевлением заметил брат. – А еще это означает, что войску Вильхельма еще долго добираться до Остиелантема! Если, конечно, у них нет мелков-телепортаторов, – с беспокойством добавил он.

– Они не найдут таких мелков для целой армии, – заверила его Лионора. – Сомневаюсь, что Вильхельм сам мог их производить. Мы бы такое из виду не упустили.

– И это радует, – откликнулся Линус, вдыхая приятный запах леса.

Тревога, владевшая им в логове Вильхельма, начала отступать. Лес, в который они пришли, вовсе не казался опасным, и даже луны как будто светили ярче.

Юноша обернулся в сторону туннеля и заморгал. Проход исчез. Наверное, его и с этой стороны прятала от глаз оптическая иллюзия. Взглянув вверх, он заметил, что скалистая стена здесь другая: в звездное небо взмывала высокая гора. Похоже, Вильхельм нагромоздил много обманок, чтобы скрыть свое тайное жилище.

– Теперь понятно, почему нам так и не удавалось обнаружить, где он прячется, – пробормотала Лионора, посмотрев туда же, куда и брат.

– Ты найдешь отсюда дорогу в Сантиону? – спросил Линус.

– Минутку, – сказала сестра и вспорхнула, ловко лавируя между ветвями деревьев.

Медленно описав круг над кронами, она вернулась и мягко приземлилась на подстилку из опавшей листвы.

– Сантиона вон там, – махнула рукой Лионора.

Линус открыл рюкзак и достал свой компас. Значит, на восток. Интересно, почему ему всегда выпадает дорога на восток?

– Но для начала нам надо поспать, – вздохнула сестра и посмотрела по сторонам.

Только сейчас Линус заметил, насколько Лионора утомлена. «Еще бы, – подумал он. – Сначала потеря Храмры, потом – изнурительная битва с Устрашающим огнем».

– Могу себе представить, как ты устала, – сказал он, вновь застегивая рюкзак. – Неудивительно, что все произошедшее вконец истощило твои силы. Ты сверху не заметила подходящего места для ночевки? Желательно подальше от озера.

– В смысле? Почему не у озера? – удивилась Лионора. – Что ты имеешь против озер?

Линус вдруг понял, что очень многое он так и не успел ей рассказать, например, о том, как его чуть не съели гигантские озерные змеи при первой встрече с Вильхельмом.

Линнее он поведал практически все, но точно не знал, что из его рассказов дошло до сведения Лионоры.

Линнея и Лионора.

Одна сестра-близнец, но в двух лицах.

По одной сестре в каждом из двух миров.

– А как это, вообще, работает? – спросил парень. – Ты слышишь все, что я рассказываю тебе там, дома?

– Не-а, – отвечала Лионора. – Только когда нахожусь в теле Линнеи.

Она выдержала небольшую паузу.

– Иногда мне становится так больно, что я не могу подолгу в нем оставаться, – призналась она, потупив взгляд. – Даже странно, что парализованное тело может причинять такую боль.

Линус опустил глаза. Всю свою жизнь он мечтал сделать так, чтобы Линнея выздоровела. Мысль о том, как тяжело ей приходится, сводила его с ума.

– Очень жаль, что я ничем не могу помочь тебе, – сказал брат, сглотнув подступившие слезы.

– Но ты же помогаешь, – улыбнулась сестра. – Ты помогаешь мне чтением. Обещай, что будешь читать мне, как прежде, когда вернешься домой.

Он кивнул в ответ.

– Я перемещаюсь в тело Линнеи только для того, чтобы побыть рядом с тобой, – тихо добавила Лионора.

На душе Линуса потеплело, несмотря на бездонную грусть. В скором времени им опять суждено расстаться. Они никогда больше не смогут поговорить друг с другом. На этот раз Портал закроется навсегда. Линус чувствовал, что Лионора страдает от одиночества в Хинсидесе не меньше, чем он – дома, и дал себе обещание не тратить время понапрасну, потому что этот вечер мог стать последним, проведенным вместе. Наконец у них появилось время спокойно поговорить друг с другом.

Пока брат с сестрой бродили по лесу в поисках места для лагеря, они говорили обо всем, что раньше никогда обсудить не успевали.

– Как ты думаешь, почему он позволил тебе уйти? – удивлялась Лионора, услышав рассказ Линуса о его первой встрече с Вильхельмом. – И зачем вручил тебе тот ядовитый змеиный зуб?

– Я и сам до конца не понял, – отвечал ей Линус. – Может, хотел, чтобы я остановил Крысочеловека, ведь его кражи между мирами угрожали и Вильхельму тоже. Вопрос в другом: почему он сам его не остановил? Вильхельм тоже мог проходить через Портал – так же, как и я. Сразись он с Крысочеловеком, у того не было бы ни единого шанса.

Лионора шла дальше, сохраняя молчание.

– Знаешь? – произнесла она, наконец остановившись. – Я думаю, у Вильхельма было не все в порядке с головой. Однажды я слышала, как он с кем-то разговаривал, хотя рядом никого не было.

Линус кивнул, задумавшись.

– Я тоже за ним такое наблюдал, – подтвердил он, обводя взглядом темнеющий вокруг лес.

К нему вновь подкрадывалось неприятное ощущение. Юноша чувствовал, что обязан что-то понять или по крайней мере вспомнить, но мысль эта ускользала, как только он к ней приближался.

– Вот же они! – внезапно воскликнула Лионора, и Линус даже вздрогнул от испуга.

Он посмотрел в ту сторону, куда показывала Лионора. Лунный свет озарял развалины – наполовину осыпавшиеся каменные стены были увиты цветущим плющом.

– Мы пришли? – оживившись, улыбнулся брат.

Сестра бодро закивала.

– Здесь мы общались с тобой впервые, помнишь? – спросила она. – Прекрасное место, чтобы разбить лагерь. Пойдем, соберем немного дров.

Уютно потрескивал костер. Они лежали рядом, широко распахнув глаза навстречу звездному ночному небу. Линус искал созвездия, но ни единого не мог узнать.

– Я вот думаю, это та же Вселенная?

– Хочешь сказать: та же, в которой находится Земля?

– Ну да.

– Не знаю, – отвечала Лионора. – Я перемещаюсь из одного мира в другой на удивление быстро. Но что между ними находится, не знаю.

Линус чуть подвинулся, почувствовав спиной камушек в куче листьев, заменявшей им матрас. Он увидел, как в его сторону ползет лоза плюща. Улыбнулся и протянул ей руку. В прошлый раз юноша до смерти испугался, когда растение внезапно забралось вверх по его руке. Это случилось в скором времени после того, как он впервые попал в Хинсидес. Надо же, сколько всего произошло с тех пор!

Лоза уже почти коснулась руки, но внезапно вздрогнула и остановилась. Потом спешно отползла назад.

«Странно», – подумал Линус и втянул ноздрями воздух, пытаясь понять, чем пахнут пальцы. Руки он, понятное дело, давно не мыл, но дурного запаха не почувствовал.

«Гм, – реакция лозы совершенно сбила его с толку. – В прошлый раз я растениям нравился».

Он пытался найти глазами ползучий отросток, но тот бесследно исчез в темноте.

– Ну и пошел он… – внезапно прошипел Линус, на которого разом нахлынула такая злость, что пришлось сжать кулаки, чтобы овладеть собой.

– Что ты сказал? – переспросила Лионора и резко села.

– Ничего, – соврал брат. – Просто камень в спину впился. – Он и сам поразился, как быстро ложь пришла ему на помощь.

Сестра опять легла.

Линус крепко стиснул зубы. От кипевшей внутри ярости хотелось что-нибудь сломать. Он не понимал, что случилось, но, возможно, таким образом организм реагировал на все произошедшее – на страх, испытанный им за последние сутки. В своем мире юноше никогда не приходилось испытывать такого ужаса. В Хинсидесе, переживая одну угрозу за другой, он несколько раз оказывался на грани смерти. Тем не менее ему было грустно отправляться домой.

«Грустно, что тебя заставляют отправляться домой», – Линус неожиданно поправил ход собственных размышлений.

Он сел. Откуда пришла к нему эта мысль? Конечно, ему нужно домой! Там ждет мама, она умрет от горя, если сын не вернется назад.

В сосудах гулко пульсировала кровь, напряжение сковало все тело от макушки до носков. Отчего он так злится?

Линус попытался сосредоточиться. Лег, сделал глубокий вдох и начал медленно считать в обратном порядке от ста до одного.

Лионора уснула. Лежа на боку, брат смотрел на сестру, слушая ее спокойное дыхание. Потом осторожно взял за руку и почувствовал, что гнев так же загадочно испарился. Вместо этого юноша ощутил, как дорога ему Лионора, как радостно для него видеть наконец ее улыбку и движения, как важно слышать голос.

Внезапно раздавшийся звук заставил Линуса подскочить. Он опять сел и принялся всматриваться в темноту. Звук повторился. Что-то двигалось в самом верху, по краю полуразрушенной стены. Увидев в темноте два сверкающих глаза, парень остолбенел.

– Лионора, – тихо прошептал он, не отрывая взора от пары глаз. – Здесь кто-то есть.

– А? Что? – сонно отозвалась она, но спустя секунду уже стояла на ногах, и белые язычки пламени танцевали на ее ладонях.

– Где? Кто это? – кричала она, обыскивая взглядом руину.

– Там, сверху! – прошептал Линус, показывая на венчающие развалины зубцы. Но тут же опустил руку.

Кто бы это ни был, его уже и след простыл.