Мейси на миг прикрыла глаза, обдумывая слово «жаль». Как оно бесполезно, как напоминает чайную ложку, которой пытаются вычерпать воду из тонущей лодки.
Она представила, как Джорджия поджимает губы. Дедушка утверждал, что так она похожа на устрицу, которая не хочет отдавать жемчужину. Джорджия всегда так делала, когда ей не нравилось то, что она сл
Наверное, в глубине души я надеялась, что у нас еще есть время, чтобы заново переоценить прошлое. Но времени, конечно же, не было. Эти последние несколько месяцев научили меня тому, что время – туго натянутая бечева, а жизнь – острые, сверкающие ножницы.
– А какие слова, по-вашему, нужны Джеймсу?
– О том, что нам нужно просить о прощении, даже когда мы верим, что не сделали ничего плохого. – Кэролайн помолчала, обдумывая, нужно ли продолжать. – И прощать себя. Обычно это самое трудное.
– Так вы больше не злитесь?
– Только на себя. За то, что потратила столько времени, мечтая, чтобы в прошлом оказалась развилка, на которой я могла бы сделать другой выбор.
– Дело ведь не в прощении, правда? Дело в свободе. Когда вы позволяете прошлому собой управлять, вы связаны с ним навечно. Вы никогда не измените свою жизнь, пока не научитесь забывать прошлые обиды.
– Вы не представляете…