Глава 4, в которой я начинаю вдумчивую эквилибристику на грани ужастика

– Сожранной? – Я нервно сглотнула. Только душевного каннибализма на старте мне и не хватало для полного счастья.

– А что не так с формулировкой? – уточнила система. – Поглощенной? Растворенной? Изгнанной? Нет, эти слова не передают всей прелести и эмоциональной окраски ситуации.

Тень взмахнула рукой, чуть не расплескав на меня кофе из аккуратной фарфоровой чашечки. Где она его взяла – не знаю. Но лично я от предложения попробовать отказалась. Потому как плавающий в черной жиже моргающий глаз выглядел как минимум подозрительно.

– Ладно, замнем для ясности, – вздохнула я, чувствуя легкую тошноту. – Что там с доктором, в смысле с лекарем? Пытки?! Э… это обязательно?

– Ты сама хотела «плюшек», – пожал плечами мужчина, медленно отпивая кофе с глазами. – Я выдал задание, дальше не мои проблемы. – Кажется, он на меня обиделся.

– А что входит в это понятие – «пытки»?

– То, что причиняет физический или моральный дискомфорт. – Система зевнула. Посмотрела на меня пару секунд и со вздохом терпеливого воспитателя, разговаривающего с дебильной детсадовкой, разжевала: – Боль. Страх. Даже лучше – ужас. Унижение.

– М-да, – оценила я. Вспомнила Илью. Поежилась. И вдруг меня осенило. – Ладно, сделаю. Во сколько он придет меня будить? Сможешь прозвенеть на полчаса раньше?

– Хм? – Оскал на маске вдруг стал шире, и система дернула за какой-то шнур у изголовья кровати. Раздался едва слышный звон где-то в другой комнате. Ах ты ж зараза, это он шнур для прислуги дернул! – Сейчас придет. Оповещаю. И да, в следующий раз можно просто нажать на кнопку согласия. – Кнопочка «да – принять» судорожно дернулась, и окошко с заданием пропало.

– То есть доспать не получится, – уныло констатировала я, конспиративно накрываясь с головой одеялом и под ним готовясь к броску. Потом выдохнула, села, сбросила одеяло в сторону и начала вспоминать нужные нюансы.

Дверь в мою спальню открылась без стука. Зайчик сунул нос в щель, недовольно убедился, что я сижу в кровати и не сплю, вздохнул и просочился в комнату. Встал у входа статуей вопрошающей скорби:

– Вы сегодня удивительно рано. Чего изволите?

– Раздевайся, – велела я, потягиваясь и встряхивая руками, чтобы разогнать кровь.

– Ага, конечно, – буркнул он, но тут осознал сказанное. – Что вы только что попросили?!

– Раздевайся полностью и ложись на пол. Вот тут на коврик, чтобы не холодно. – Я стащила с кровати покрывало и расстелила его на потертом, но чистом ковре из натуральной шерсти. Массажного стола не предвидится, а мне нужна ровная твердая поверхность.

– Вы в своем уме? – Илья прищурился, снова изображая тибетского лиса. – Ладно, я промолчу о морали сего поступка. Но неужели вы совсем потеряли здравомыслие? Ваша девственность – обязательное условие для удачного брака.

– Не беспокойся, мою девственность мы сегодня трогать не будем. Только твою.

– Что?! – Вот теперь глаза стали больше похожи на заячьи. Мультяшные. Больши-ие.

– О господи. – Я обреченно вздохнула. Смешно на самом деле, но это далеко не первая такая сцена в моей жизни. Казалось бы, люди приходят в кабинет массажиста, чтобы… чтобы что, они думают? Побеседовать о прозе Пушкина? Конечно, большинство пациентов адекватные, но попадаются изредка экземпляры, которые с откровенным ужасом воспринимают просьбу «спустить штаны». Впрочем, зайчика грех винить, он-то не в курсе, что за пытки мне заказали.

– Ладно. До пояса раздевайся, горе мое. Штаны можешь оставить.

– Ох, Лада. Если бы не клятва вашей бабушке, давно запер бы вас в покоях от греха подальше. Вплоть до свадьбы.

Илья недовольно покачал головой, покосился на валяющееся на полу одеяло и начал медленно, насколько это вообще было возможно, снимать с себя сюртук, жилет и расстегивать рубаху. Уточнение «до пояса» явно его успокоило и убедило в том, что барышня никаких регламентов нарушать не собирается.

– А почему «горе… мое»? – повторил он едва слышным шепотом, думая, что я не слышу.

– Котик, в смысле зайчик, у нас всего полчаса, – напомнила я нетерпеливо, разминая кисти рук профессиональным упражнением. – Шевелись! Бодрее.

– Вы гостей ожидаете? – приподнял он бровь, а потом почему-то принялся оглядываться по сторонам. Углядел что-то на кресле в углу, вздохнул, прошелся до него и принес мне… тонкий хлыст из тех, с которыми наездники красуются в седле.

Эм… м-да. Ну а что, с другой стороны, он мог еще подумать? Тем более что на его светлой, не видевшей солнца спине четко просматриваются давно зажившие, но красноречивые отметины.

Хм. Так формулировка «холоп» была не просто для красного словца? Тут историческая реконструкция со всем набором, включая барский произвол.

Зайчик всерьез решил, что я собираюсь его выпороть. Вот так, ни с того ни с сего, с утра пораньше вместо зарядки. И даже не особенно удивился. Точнее, удивился изначальной формулировке, но, заподозрив меня в спонтанном садизме, сразу успокоился. Куда я попала и где мои вещи?..

Дождавшись, когда Илья довольно грациозно опустится на пол, я вздохнула, краем сознания покосилась на заинтересованно мигающую «в виртуале» фиолетовую прорезь чужих глаз и занялась привычным делом.

– Руки вдоль туловища. Плечи расслабь. И не надо задницу отклячивать, сегодня она меня не интересует. Кто тебя, горюшко, так перекосорылил-то?

Ладони под этот аккомпанемент мягко скользили по напряженным плечам совершенно потерявшего нить происходящего зайчика. Любой массаж начинается с того, что пациента нужно прогреть и расслабить. И только потом править.

– Что вы делаете? – Попытку сопротивления пришлось давить резко: я просто села на поясницу жертвы, не давая ей вывернуться из-под себя.

– Пытки и ужасы. – Поскольку фиолетовая прорезь никуда не делась, я строго следовала в русле задания. – Тебе уже страшно?

– Разве что за вашу репутацию. Ну и немного за рассудок, – снова перешел он на защитный сарказм.

– Это не принципиально, главное, чтобы ты испугался. Так, теперь терпи. Поехали.

– Ай!

– Витамины надо пить вовремя. – Я надавила сильнее, стараясь прощупать зажатую мышцу. Метод «тающего шоколада» – один из самых болезненных, но зато и результат чувствуется буквально сразу. Главное – не жалеть пищащего пациента и упорно растирать окаменевшие мышцы до частичного расслабления. – Подушку надо иметь правильную. И матрас ортопедический… закончу, и пойдем проверим твою постель.

– М-м-м, за… ах… зачем-м-м? М-м-мою?!

– Еще сильнее испугался? Хорошо. Просто отлично!

– Ой! О-ох… А-а-а…

Руки делали привычное дело, а вот зрение принялось выкидывать фокусы. С какой-то стати тело подо мной вдруг начало едва заметно светиться, будто мышцы, связки и нервы проступили сквозь кожу неоновыми контурами. Что за?!.

А с другой стороны, хм-хм-хм… нет, я и так пальцами прекрасно чувствую, куда нажимать, за что потянуть и где растереть. Но когда еще и вижу глазами… вот эту, буквально дрожащую от напряжения струну! Она просто просится под пальцы! Так и хочется…

– А-а-а!

«Поз-з-здР_вля_м! ЗадАние выполнен_!

Получен титул “Пыточных дел мастер”, ранг “Начинающий”. Теперь вы способны видеть болевые точки ваших жертв. Осуществляется загрузка вознаграждения!»

Я мысленно выматерилась, чувствуя, как не вовремя темнеет в глазах, и ткнулась носом в шею пациента, упав на него. Да еперный же театр! Ну, хорошо хоть старый зажим успела снять человеку. И провести успокаивающий комплекс, нельзя же просто прерывать сеанс на половине.

Зараза, системе нужно вставить! Не знаю пока что и куда, но обещаю, что придумаю. Предупреждать надо!

В этот момент сознание окончательно покинуло меня, заинтересованно сверкнув на прощание фиолетовой прорезью.

Глава 5, в которой я узнаю что-то новенькое и знакомлю систему с содержимым корсета

«Осуществляется загрузка вознаграждения. Воспоминания сожранной вами души за последний месяц. Загрузка 1%… 36%… 73%… 100%. Пр-р_яТног_ прРро_мотраА-а-а!»

Меня будто бы унесло водоворотом в некий аналог виртуального кинотеатра. Ага, от первого лица. А затем перед глазами с огромной скоростью замелькали чужие воспоминания. Тем не менее, к своему удивлению, я запоминала большую часть увиденного. Только голова от такого экспресс-курса болела все сильнее и сильнее. Пока в какой-то момент боль не стала такой пронзительной, что все вокруг утонуло в белой вспышке.

– Барышня! Барышня!

Я открыла глаза и обнаружила, что все еще лежу. Но больше не на пациенте, а, скорее, под ним. Перепуганный Илья затащил меня на кровать и, кажется, пытался сделать мне искусственное дыхание.

Я машинально пожалела парня. Ладно, вдувать воздух рот в рот мне можно, но как прикажете осуществлять прямой массаж сердца сквозь подушку минимум пятого размера?

Так или иначе, а картинка вышла пикантная. Зайчик только-только оторвался от моих губ и яростно щупал, где там под си… под вторичными половыми сердце-то.

– Зая, я уже живая. Не надо меня добивать, – прохрипела я, стараясь поглубже вдохнуть такой сладкий воздух. Голова еще болела, как после сильного похмелья, но эта боль медленно, но верно исчезала. Что уже радовало.

– Вы! – Илья аж побелел еще сильнее, теперь не от испуга, а от злости. – Вы что тут устроили?!

– Пытки, – честно призналась я. – Получилось же?

«Очешу… Кхм. Ваши умения очень впечатляющи! Вы устроили жертве сразу и физические, и моральные унижения, присыпав все это толикой боли от потери близкого человека и отчаянием. Уважаю. В качестве знака моего почтения добавлю к награде маленький бонус. Думаю, вы оцените».

Тьфу, еще этот со своими фиолетовыми подмигиваниями.

– Чему я удивляюсь? – с неожиданной горечью проговорил Илья и резко отпрянул от меня, соскальзывая с кровати. – Барышня Волкова в своем репертуаре. Хорошо хоть развлеклись?

– Как плечо? – невпопад переспросила я, помотав головой и окончательно разогнав цветные всполохи на периферии зрения.

– Вас это волнует?!

– Очень. – Я села и осторожно пощупала собственную голову. Не лопнула еще? Прогресс…

Воспоминания, которые я успела посмотреть, мне не очень нравились. Потому что большую часть последнего месяца Волкова Надежда Олеговна только и делала, что праздно проводила время, развлекая себя либо покупками, либо сплетнями с парочкой заядлых подружек, либо… издевательствами над Ильей. Которого на дух не переносила.

И я абсолютно не понимала почему. Парень он, конечно, резкий и не особо приветливый, но это не давало девушке никакого повода так его ненавидеть. Зайцев был буквально последним ее оплотом, единственным холопом, который принес клятву именно Надежде и только потому до сих пор оставался рядом, несмотря на плачевное положение ее рода. Но девушка будто бы в упор этого не видела. И что-то там мелькнуло в калейдоскопе последнего месяца про гигантскую сумму, за которую она почти согласилась его уступить… кому? Не помню. Вот же дура-то была, прости господи.

Несмотря на собственное положение, Илья был не простым крестьянином-холопом, а самым настоящим дворянским сыном, которого в детстве забрали в княжеский род и «охолопили» за долги родителей. Мало того, он получил местное высшее образование в качестве целителя. Другие сюзерены были бы рады перекупить подобного слугу. О-хо-хо… Веселенькие дела. Как бы заполучить еще воспоминаний? И желательно без пыток и прочих извращений. Ладно, разберемся.

Зайчик тем временем брезгливо передернул плечами и вдруг застыл, удивленно моргнув. Ага, почувствовал!

– Поверни голову влево до упора, – скомандовала я, вскакивая и протягивая руки, чтобы проконтролировать движение.

Не тут-то было, Илья шарахнулся от меня, как от чумной, почти до самой двери.

– Нет, спасибо! Больше я не позволю вам меня… мять. Одевайтесь, если чувствуете себя нормально. Я приготовлю остальное. – И выскочил вон.

М-да… Ну и ладно, мне и с места было видно, что болевая точка в шейном отделе погасла. То есть зажим я сняла, причем за один сеанс и насовсем. Как так?! Даже лучший квалифицированный врач-мануальщик не способен на подобные чудеса. Необходимо несколько сеансов плюс лечебная гимнастика…

Но тут мое удивление перебило обыденным вопросом. Зайчик велел одеваться. А как?! Горничную мы рассчитали. Сам он смылся. Зато корсет и все прилегающее осталось.

Как и вновь появившийся в воздухе, хм, индивидуум.

– Награду смотреть будешь или для начала взглянешь на свою статистику персонажа? – Фиолетовые провалы глаз на маске приняли форму хитрых полумесяцев.

– А шнуровку ты можешь затянуть, пока я смотрю характеристики? – живо заинтересовалась я.

– Хм… – Система проявилась рядом со мной во весь рост, впервые встав ногами на твердую поверхность. Мужчина в идеальном костюме-тройке и лакированных кожаных туфлях смотрелся в интерьере как минимум сюрреалистично.

Я как раз приложила к себе корсет, который он и осмотрел с живым интересом: