Глава 2. Рита

– Мы уходим! – без объяснения объявляю своим. Меня колотит так сильно, аж зуб на зуб не попадает.

На улице холодно. Детки замерзли, а еще они хотят кушать и спать, но все желания сейчас отходят на второй план. Сначала мы исчезнем из поля видимости моего мужа, а дальше будем думать, как жить.

Сейчас самое главное – исчезнуть.

– Как? Куда? Зачем?  – ахает Татьяна. Она не спешит уходить.

– Без понятия, – признаюсь. – Но явно как можно дальше отсюда!

Не обращая внимания на причитания няни, беру детей за руки и без лишних слов едва ли не волоку их за собой. Нам нужно убраться отсюда как можно скорее.

– Маргарита Игоревна, ну нельзя же так с детками, – тараторит едва поспевающая за нами няня.

– Они потом мне еще спасибо скажут, – отвечаю, упрямо сжимая губы, и иду вперед.

– Марго! Остановись немедленно! – с крыльца кричит муж.

– Мамочка, там папа, – пищит Агаша. Упирается и не хочет идти со мной.

Малышка соскучилась по отцу, они не виделись две недели. Но я сейчас в таком состоянии, что не подпущу Бориса к ним.

Если Боря до них доберется, то я больше ни сына, ни дочь не увижу.

– К нему нельзя, – заявляю, продолжая шагать вперед. Тащу за собой возмущающихся детей.

– Почему? – искренне недоумевает Рома.

– Потому что та тетенька, которой было плохо, – на самом деле очень хорошо. – Она… Заразна! И она заразила нашего папу, – плету, придумывая на ходу. – Ему очень плохо.

Если Лидка поделится с Борисом ЗППП, я даже жалеть его не стану. Так ему и надо!

Теперь в дом вернусь только после того, как он справку о своем здоровье предоставит. Не собираюсь рисковать ни своим здоровьем, ни тем более, детьми. Семейные люди на то и не должны гулять, чтобы потом грязь эту не нести ни в дом, ни к детям.

Раз загулял, то вперед и с песней на все четыре стороны!

– Маргарита Игоревна, может одумаетесь? – пытается вразумить меня няня. – Борис совершил ошибку. С кем не бывает? Вы поговорите, он одумается. Я уверена.

Бросаю на нее испепеляющий взгляд.

– Татьяна, если вы поддерживаете Бориса, то рядом со мной вам не место, – говорю на эмоциях. – Хотите его успокоить? Отправляйтесь в дом!

– Остановите ее! – Боря, повышая голос, требует от охраны.

– Не вздумайте! – шиплю одними губами, сталкиваясь взглядом с одним из парней.

Сейчас, пока на месте нет начальника службы безопасности, у нас есть минимальный шанс убраться из дома. Ведь будь Аверченко здесь, ничего этого бы не произошло.

Он банально бы не допустил, чтобы мы заявились в дом в тот момент, когда Боря там обхаживал любовницу.

Но Глебу потребовалось срочно уехать, там у брата что-то приключилось, и поэтому ему пришлось отлучиться на несколько дней.

Кто б знал, что мне придется радоваться чьим-то проблемам.

– Лучше с Лидкой разберись! – кричу в ответ. – Отморозит все свои “прелести и достижения!” – фыркаю.

– Угомонись! – кричит. – Стой, я сказал!

– Приказывай ей! – заявляю в ответ. – Встретимся в суде! Прощай!

– Не вздумай! Остановите ее! Немедленно! – кричит.

Я лишь ускоряю шаг.

Холодное время года мне в помощь, ведь летом Боря смог бы пробежаться до ворот босиком, а зимой он даже в тапочках не рискнет этого сделать. Пока муж вернется в дом, пока накинет куртку и обует ботинки, минута-две пройдут.

Как раз время, чтобы добежать до ожидающей на дороге машины.

Выходим за калитку, открываю дверь в салон такси.

– Мы уезжаем! – заявляю водителю.

– Но я занят, – обескураженно смотрит на меня. Он, видимо, ошалел от наглости. – У меня вызов принят, – показывает на монитор.

– Отменяйте, – произношу категорично. – Мы уезжаем!

Краем глаза замечаю движение сбоку от нас.

Блин. Если промедлим еще пару секунд, то никогда не уедем! Борис никогда не отпустит ни меня, ни детей.

Это сейчас, пока он пребывает в шоке от неожиданного появления и не пришел в себя, у меня есть шанс скрыться, потом же… Потом я смогу увидеть Агашу и Рому исключительно в суде.

И то, если он соизволит их привести.

Реальность грозящей опасности придает сил. Материнские инстинкты обостряются и помогают не сдаваться.

– Забираемся в машину, – подталкиваю детвору. – Быстрее, – прошу.

Они ругаются, спорят, но все-таки лезут вперед. Проталкиваю детей дальше.

– Маргарита Игоревна, вы сядете вперед или назад? – стоя совершенно спокойно и не суетясь, интересуется Татьяна.

Женщина с невозмутимым видом ожидает ответ, и я просто уверена, что ей нужно как бы ненароком протянуть время. Она не могла не заметить направляющегося к нам с суровым выражением на лице Бориса. Эта женщина осознает цену этому своему промедлению.

В моей голове словно щелкает что-то. Конечно! Она ведь работает на Бориса и не смогла его предупредить о скором приезде лишь из-за того, что у нее сел телефон. А такси она вызывала с другого.

С того, на котором я видела все ее переписки.

– Татьяна, вы больше на нас не работаете, – произношу перед тем, как закрыться в автомобильном салоне. – Свободны! – фыркаю.

Хлопаю дверью.

Ставшей бывшей, няня пытается открыть дверь, но я ее крайне вовремя блокирую.

Она обегает машину, дергает с другой стороны, но и тут ничего у нее не выходит. С улицы в такси не попасть, и это нас спасает.

– Что вы себе позволяете? – ругается таксист. – У меня вызов! – тычет пальцем в  яркий экран.

– Отменяйте, – требую строго. – Оплачу по тройному тарифу, списывайте хоть прямо сейчас, – тараторю. – Только молю, увезите нас отсюда…

Паника нарастает в груди.

Борис приближается. Он будет на месте в любую секунду.

Охранники, не в силах оставаться в доме, тоже выходят из него, ведь одно дело делать вид, будто не слышишь хозяина, и совершенно другое – откровенно его игнорировать.

Среди работающих на Бориса людей дураков нет, поэтому они сейчас будут четко выполнять все его приказы.

– Пожалуйста! – всхлипываю.

Меня накрывает.

– Мамочка, та тетенька точно папу заразила, – прискорбно сообщает Рома.

– Почему? – интересуется Агаша. Ей Бориса не видно.

– Смотри, – сын показывает рукой за стекло. – У папы лицо краснющее. А еще он видишь, как часто дышит? А в руках…

Пистолет.

Ахая, закрываю ладонью рот.

Нет… Борис не посмеет. Он не выстрелит!

– Температура, – печально сводит вместе бровки доченька. – Мама всегда говорит, что я часто дышу, когда у меня высокая температура.

– И у меня тоже, – поддерживает ее брат.

Встречаемся с таксистом взглядами в зеркале заднего вида.

Он понимает происходящее без лишних слов.

– Списывайте сколько хотите, но делайте это сейчас, – говорю. Через пять минут у меня все карты будут заблокированными, я это знаю. – Прошу, увезите нас!

Мужчина оценивает обстановку и…

– Пристегивайтесь, – заявляет.

Выдыхаю.

Он трогает авто с места, набирает скорость и, ловко маневрируя между кочками и припаркованными машинами, едет вперед.

– Есть кому деньги перевести? Немедленно обнуляй счета, – кидает, не отрывая взгляда от дороги. – Пристегни детей и пристегнись сама. Все расходы потом возместишь, штрафов будет немеренно, – предупреждает.

Я нахожусь в таком сильном шоке, что даже не спрашиваю, откуда он в курсе этого всего.

Нам повезло, что таксист сжалился и помог. Мне даже думать не хочется о том, что могло быть, поступи он иначе.

– Сколько бы ни было, все оплачу! – с жаром в голосе обещаю ему. – Только, прошу, помоги!

– Да я уже и так помогаю, – ухмыляется злорадно. – Разве не видно?

Он делает резкий рывок в сторону, я едва успеваю схватиться за ручку, чтобы не упасть на детей. Оборачиваюсь назад и вижу, как следом за нами едет машина.

– Тимур, – выдыхаю…

Один из охранников Глеба.

Сначала меня прошибает пот, затем окатывает страх, и лишь справившись с этими эмоциями, я могу снова начать здраво мыслить.

Перевожу все деньги, что есть на счетах, своей старой школьной подруге Иринке. Прошу ее немедленно их обналичить и никому, кроме меня, не отдавать.

Борис не особо интересовался моими друзьями и вряд ли сможет понять, кому я сделала перевод. Там такая хитрая система, что даже при желании не разберешься.

Если мой муж думает, что я глупа, то он очень ошибается.

Звонит телефон. Тимур.

– Не преследуй нас, – прошу, принимая вызов.

– Рит, не дури, – пытается вразумить меня. – Он все равно тебя найдет. Сама ведь знаешь. Потом будет хуже.

– Мое терпение лопнуло, – признаюсь, стреляя глазами в детей. Они напуганы, но ничего критичного не происходит. – Потеряй нас, прошу. Я не останусь в долгу. Ты же знаешь.

– Да на что мне твои деньги, – отмахивается от них, как всегда. – Не для этого я здесь.

– Знаю, – киваю, совсем забывая, что он меня не видит. – Поэтому и прошу. Потеряй нас. Дай мне шанс.

В динамике звучит гнетущая тишина.

Бросаю взгляд назад и вижу, как большой черный внедорожник медленно отдаляется.

– Спасибо, – шепчу.

– Будешь должна, – прилетает в ответ. – Телефоны выключи.