Цитаты из книг автора «Какудзо Окакура»

Мастера чайной церемонии придерживались такого мнения, что настоящую оценку искусства может дать лишь тот, кто с его помощью оказывает влияние на жизнь.

Вечными остаются только перемены, и почему смерть не так желанна, как жизнь?

Велик наш бог и его пророк деньги. Мы уничтожаем природу ради принесения ее ему в жертву. Мы хвалимся, будто покорили материю, но при этом забываем, что сами превратились в рабов материальных благ.

Повелитель, – ответил музыкант, – ни у кого прежде не получалось извлечь приятный звук из этого инструмента, потому что все они хотели петь о себе. Я же дал арфе свободу, я позволил ей самой выбрать тему. И честно говоря, я так и не понял, то ли Пай-я был арфой, то ли арфа превратилась в Пай-я

Разве нам не нужен чайный павильон больше, чем когда бы то ни было?

К чему эти изображения жертв погони и стрельбы, утонченных изгибов рыб и блеска фруктов? К чему демонстрация фамильных столовых приборов, напоминающих нам о тех, кто на них трапезничал и давно умер?

Человеку не дано наслаждаться несколькими музыкальными произведениями одновременно, и истинное восприятие прекрасного представляется возможным только лишь через сосредоточение

Ведь было сказано, что греки достигли величия потому, что отказались черпать вдохновение в античности.

Зрелость идеи заключается не столько в силе, способной пронзить современность, сколько в энергии определения последующих движений.

Мы лелеем высокую мораль, потому что боимся прилюдно говорить правду; мы ищем покоя в гордыне, так как опасаемся признавать истину перед самими собой. Как можно серьезно относиться к окружающему миру, когда этот мир сам по себе такой ничтожный! Повсюду царит закон: ты – мне, я – тебе. Какие уж тут честь и целомудрие! Взгляните на самодовольных торгашей добром и истиной. Кто-то даже покупает так называемую святую веру, которая на самом деле представляет собой всего лишь общепринятую мораль, освященную цветами и музыкой. Лишите церковь ее внешней мишуры – и что от нее останется?