– Называйте меня… леди Колокольчик! – ответствовала дама, и по её голосу я понял, что она улыбается. – Это мои любимые цветы, и… Так меня когда-то называла мама.

– Очень рад познакомиться, леди Колокольчик! – сказал я, стараясь, чтобы в моём голосе не прозвучала ирония. – Я уверен, что ваша матушка была доброй женщиной и обладала поэтическим вкусом, раз называла таким милым прозвищем любимую дочь.

Из-под капюшона на меня испытующе глянули два необыкновенно больших и красивых глаза. Видение длилось лишь миг, но я успел отметить их удивительную синеву и… печаль!.. Так, ясно, что леди Колокольчик сирота. Это видно ещё и потому, как она запнулась, упомянув свою родительницу. Ещё не знаю, что это может мне дать в общении с загадочной дамой, но отмечу сей факт «просебя».

– Вы очень любезны, сэр Фальшион! – проговорила моя собеседница, чуть более сухо, чем обращалась ко мне до этого. – А теперь, позвольте рассказать о той услуге, которую я хотела бы от вас получить. Итак – я прошу вас сопроводить меня до столицы!

– Почту за честь! – ответил я, несколько удивившись простоте просьбы, поскольку ожидал чего-то необычного. – Я с радостью составлю вам компанию, моя госпожа. Однако позволю себе заметить, что дорога до столицы его величества нашего доброго короля, отсюда прямая, и проехать её можно, не торопясь, за один день, так что вам врядли понадобится проводник…

– Речь не об этом, – перебила меня леди Колокольчик, уже с нетерпением в голосе. – Я хорошо знакома с географией этого прекрасного королевства, и мне требуется не проводник, а… телохранитель.

– Вот как? – удивился я совершенно искренне. – Готов служить вам, прекрасная леди своим щитом и мечом! Я с превеликой радостью разделю с вами это недолгое путешествие. Но позволю себе заметить, что бояться в наших краях совершенно нечего. Драконы в это время года не появляются, а разбойников здесь извели практически полностью. Это я знаю наверняка, так-как сам принимал участие в их изгнании.

– Я не стала бы беспокоить королевского рыцаря во время исполнения служебных обязанностей, если бы угроза исходила от каких-то разбойников, – проговорила леди Колокольчик с какой-то едкой вкрадчивостью. – Для того чтобы справиться с грабителями у меня достаточно людей, каждый из которых стоит десятка лесных головорезов. Дело в том, что меня хотят убить, и мне доподлинно известно, что для этой цели могут быть подосланы бойцы, с которыми может справиться только воин вашего уровня.

Вот это новости! Наёмные убийцы в пределах королевства? Да ещё такие, которые охотятся на даму!.. Будет о чём доложить гофмаршалу, и не миновать беседы с его величеством. Король всегда живо интересуется такими вопросами, а значит, нужно узнать как можно больше – ему всегда подавай подробности.

– Этим мерзавцам лучше отказаться от своих намерений, когда я буду рядом! – заявил я самоуверенно. – Но, леди Колокольчик, мне необходимо знать, как можно больше о деле, чтобы иметь все шансы на успех. Не будете ли вы так любезны, поведать мне – какова причина кому-то желать вам смерти, и кто такие эти люди, которые хотят на вас напасть?

– Увы, я не могу рассказать вам всего, сэр Фальшион! – ответила таинственная леди с искренним сожалением в голосе. – Дело в том, что это не только моя тайна. Как видите, я вынуждена скрывать от вас даже своё подлинное имя. Могу сказать только, что речь идёт о наследстве, принадлежащем мне по праву, на которое претендую не только я одна. Имеется в виду очень большое наследство, ради которого мой соперник готов пойти на любые жертвы, подлости и преступления. Очень жаль, но это всё, что я могу сейчас сообщить вам по сути дела. Что же касается исполнителей, нанятых для этой кровавой цели, то разведка донесла о неких убийцах, способных становиться невидимыми, применяющих загадочное оружие и больше полагающихся на яды, чем на силу. А ещё, речь шла о нескольких рыцарях без чести, но зарекомендовавших себя отменными бойцами. Им хорошо заплатят за мою голову.

– Они её не получат, – заявил я твёрдо. – Вы остановились здесь?

– Да, моя комната рядом с вашей. Но не беспокойте себя этой ночью – меня надёжно охраняют снаружи, а внутри со мной будут находиться четыре девушки-служанки, обученные владению луком и кинжалом. Помещение уже проверили, так что пока я буду в доме, убийцам меня не достать. Сейчас меня больше беспокоит дорога…

– Если позволите, я взгляну на вашу охрану, миледи, – попросил я чуть более требовательным тоном, чем это полагалось при вежливой беседе. – Если всё в порядке, то я позволю себе немного поспать. Но сплю я чутко, а потому при малейшем намёке на тревогу, приду на помощь вашим стражам немедленно. Когда вы намерены выехать?

– Завтра на рассвете.

– Вот и хорошо! Ещё до восхода солнца я встану на страже у дверцы вашей повозки.

– Нет, нет, я поеду верхом.

– Но, миледи! – Я не смог сдержать возгласа удивления. – Так вы будете слишком хорошей мишенью для стрел! Вам лучше оставаться внутри закрытой повозки. Я смогу защитить вас от нападения любого врага, но стрела, выпущенная метким стрелком из засады, может свести на нет все усилия…

– Я буду в доспехах, – поведала эта чудо-женщина.

– Это, м-м, обнадёживает, – постарался я проговорить, как можно мягче. – Однако не существует доспехов, которые могли бы защитить от тяжёлого арбалетного болта…

– Я уверена, что они не будут стрелять, – улыбнулась леди Колокольчик. – Когда я говорила, что им нужна моя голова, то это была не метафора. Заказчику убийства мало моей смерти. Он отдал приказ зарезать меня с особой жестокостью, вскрыть грудную клетку и вырвать сердце. Затем мне должны отрубить голову и вместе с сердцем принести ему в качестве трофеев. Только выполнив все эти условия, исполнители получат свою плату.

Меня внутренне передёрнуло. Надеюсь, что леди не заметила этой реакции… Но, какое мужество! Излагая план собственного убийства и расчленения, она… улыбалась! Голос её не дрогнул, а из глаз не просочилось ни слезинки. Вопрос о том, умеет ли эта девушка носить доспехи и насколько уверенно она держится в рыцарском седле, показался мне излишним. Конечно, она всё умеет! Видимо умеет и знает также многое другое, что обычно недоступно женщинам. Ой, я, кажется, начинаю влюбляться!..

Бывает же такое – не веришь человеку ни на грош, а он тебе крайне симпатичен. До невероятия симпатичен! Ведь ясно, что история с наследством – выдумка. Речь на самом деле идёт о чём-то большем, чем, скажем, многомиллионное состояние какого-нибудь купца или даже аристократа, например – герцога. В таких случаях всё делается по-тихому, так чтобы представить «безвременную кончину» главного претендента на наследство несчастным случаем или неожиданной болезнью, поразившей юное создание по «злому умыслу судьбы»! А тут – вырвать сердце, отсечь голову, принести всё это на блюде заказчику убийства… Простите, но это совсем другие игры, и цели при этом преследуются иные.

И вот ещё что – свои шпионы, да? Круто не только для купеческой дочери, но и для наследницы самого высокого имени титула и состояния. Плюс – элитные наёмники, а ещё – девушки-телохранительницы, способные выпотрошить вооружённого головореза? Ох, темните вы, леди Колокольчик! Ох, темните!.. Но до чего же вы мне нравитесь, хоть я ещё не видел толком вашего лица!

– Я хотела бы нанять вас, сэр рыцарь, – вывел меня из задумчивости голос моей новой знакомой. – Всякий труд должен быть оплачен, только тогда можно рассчитывать, что работа будет сделана качественно!

Та-ак, ай да леди! Подобные рассуждения достойны маститого негоцианта или промышленника. Неужели я ошибся, и она всё-таки купчиха? Но с другой стороны, точно так же подходит к делу опытный полководец, который делает ставку не на пламенные речи, а на заинтересованность своих солдат в победе над врагом. Почему-то образ полководца в связи с этой дивой кажется более приемлемым, чем образ купчихи, хотя появление последней в этом трактире более вероятно, чем некоего генерала в юбке, которого в природе-то не существует.

– Так вас устроит эта сумма, сэр Фальшион?

Блин, я задумался и не услышал то, что она мне только что сказала! Сумма? Я рад был бы сделать всё задаром, но отказ от денег мог быть воспринят, как чрезмерная показуха и того хуже – попытка сближения на первых шагах знакомства. А это уже бестактность, недопустимая с точки зрения вежливости, приличествующей рыцарю.

– О, да, миледи, конечно же, я принимаю ваше щедрое предложение и готов служить вам сердцем и рукой! – выпалил я, соображая, между тем, а не перегибаю ли я палку, стараясь быть таким любезным?

– Позвольте заметить, что это только половина вашего гонорара, – продолжала леди Колокольчик, выкладывая на стол, соблазнительно брякнувший мешочек, размером с голову младенца. – Вторую половину вы получите, если я останусь в живых. Простите, сэр Фальшион, я не хочу оскорбить вас недоверием, но сейчас я несколько стеснена в средствах и не могу выплатить вам всю сумму авансом. Но когда мы прибудем в столицу, то я вступлю во владение достаточным капиталом, чтобы полностью расплатиться с вами и возможно выплатить премиальные!

На этом мы расстались. Я с радостью поболтал бы с ней ещё, но моя нанимательница заявила, что устала и желает отправиться спать. Мне же отправляться на боковую было ещё рановато. Провожать себя леди Колокольчик запретила, и сказала, чтобы я не беспокоился – служба моя начинается завтра, а сегодня мне следует отдохнуть, чтобы набраться сил.

Она была уверена, что в трактире нападения не будет. Я, исходя из всего услышанного, такой уверенности не испытывал, но, увидев, сколько народу поднялось вслед за своей госпожой, чтобы сопроводить её к месту ночлега, решил, что моё присутствие здесь пока не требуется.

Я остался в зале под тем предлогом, что хочу пропустить ещё кружечку пива, за которое расплатился сам, выложив пару последних медяков. Деньги, полученные от леди Колокольчик, решил пока не трогать – то, что ещё не заработано, тратить грех.

Мешочек приятно оттягивал карман, но также рождал тревожные чувства. Интересно, сколько там? Если все монеты серебряные (а мне мечталось, что это так) сие означало, либо чрезмерную щедрость, либо чрезвычайную опасность задания, учитывая, что речь шла о плате за день работы. Но, может быть, дама преувеличивает угрозу, исходящую от неведомого врага? Отрубленные головы, вырванные сердца… Всё это похоже на игру воспалённого воображения. С другой стороны люди порой выделывают и не такое. Особенно, когда счёты с ненавистным врагом слишком велики, либо разум мстителя помрачён ударами судьбы, болезнью или какой-нибудь ещё напастью. Бывает и так, что человек попросту людоед от природы, и когда на его пути встаёт такое прекрасное создание, как леди Колокольчик, он звереет, вместо того чтобы с почтением отступить перед красотой и невинностью. В любом случае, не будем делать поспешных выводов, но и расслабляться не стоит.

Нет ничего особенного в том, что патрулирующий дорогу королевский рыцарь разглядывает посетителей трактира в главном зале. Присматриваться к людям, это часть моей работы, так что ни у кого это не должно вызвать недовольства или недоумения. Большинство присутствующих здесь меня знали, и, встретившись со мной взглядом, делали приветственные знаки, слегка приподняв кружки. Были и такие, чьи физиономии приобретали кислое выражение, а взгляды угасали, лишь стоило мне посмотреть в их сторону, но блестели злобой, когда я отворачивался. Эти когда-то получили от меня или от кого-то из моих собратьев-рыцарей на орехи. Чаще всего это были наёмники, славившиеся способностью перебрать с выпивкой и затеять драку там, где люди хотят просто отдохнуть и поесть. Также здесь присутствовали всякого рода проходимцы, жулики, бродячие артисты, не чуждые, кроме умения развлекать публику, искусства очищать карманы ротозеев, и прочие тёмные личности, которым моё общество было крайне неприятно.

Однако насчёт наёмников я был спокоен. В зале сидели наёмные солдаты, а не наёмные убийцы. Эти две категории несовместимы, несмотря на мнение обывателей о том, что это одно и то же. Если солдат решит заняться заказными убийствами, то он рискует умереть с голоду. Дело в том, что это путь в одну сторону – возврата к прежнему ремеслу не будет. Никто больше не наймёт душегуба в армию, а если наймёт, то это будет армия, состоящая из отребья. Такие «армии» время от времени возникают по воле рвущихся к власти авантюристов из числа аристократии, забывшей про честь и совесть. Существуют подобные «армии» недолго. Их нанимателям чаще всего не под силу содержать приличное войско, вот они и обращаются к подонкам, но даже их чаще всего не могут ни вооружить, ни содержать, как следует, не говоря уже о надлежащем обучении и дисциплине. Профессионалы при столкновении с таким «войском» считают долгом чести расколотить его и вырезать до последнего ублюдка.

Что же касается профессии наёмного убийцы, то здесь требуется особое умение и знание специфических приёмов, основательно отличающихся от того, чему обучают военных. Эти приёмы являются достоянием неких кланов и передаются по наследству. Кроме того, у кланов убийц есть свои законы, соблюдаемые строже, чем принятые в любом государстве. Вход в такой клан со стороны, это редкое явление. Работа вне клана почти невозможна – душегубы не терпят, чтобы какой-нибудь дилетант перебивал у них клиентов. В лучшем случае, ему объяснят, чтобы не совался в чужой бизнес, а в худшем, такого дурака просто зарежут в тёмном переулке, сымитировав банальное ограбление. Нет, присутствующих здесь наёмников я не принимаю в расчёт.

Что же касается сброда из жуликов, бродячих комедиантов и попрошаек, то от них можно ожидать чего угодно. С одной стороны эта публика не любит крови, и виновна разве что в незаконном вытягивании денег. В их среде не считается грехом залезть в карман ближнего своего, хоть далеко не все они профессиональные воры. Однако «мокрушников» здесь не терпят, так-как кровь привлекает слишком пристальное внимание властей к тем, кто старается держаться от власти подальше.

С другой стороны среди «тёмного люда» легче всего спрятаться. Кто знает, что за типы скрываются под капюшонами, скажем, вон той компании, которая подозрительно тихо играет в кости в углу? Или, например, не скрывают ли нищие, притулившиеся рядом со входом, под своими лохмотьями отравленных кинжалов?

С другой стороны (простите за тавтологию!), будь я наёмным убийцей, получившим столь сложное задание, как зарезать хорошо охраняемую особу, да ещё определённым способом, вроде взрезывания груди, извлечения сердца и так далее, какую личину я тогда бы надел? Вызывающую меньше всего подозрения, конечно. Ведь именно тот, кто не вызывает подозрений, имеет шанс нанести самый неожиданный и страшный удар. А кто здесь не вызывает подозрений?

Например, торговец мехами, которого я знаю уже много лет. Тихий невзрачный мужичок лет под пятьдесят. Однажды я отбил его у разбойников, а он в благодарность подарил мне тёплую меховую накидку на зиму. Сейчас она лежит в сундуке на квартире в столице, где я проживаю постоянно. Действительно удобная штука. Пусть не соболиный мех, но зато она рубиться не мешает, и при этом на самом деле тёплая. Поначалу он меня ещё и пивом угощал каждый раз при встрече, но я прекратил это дело – у него дома семеро по лакам, а торговля не шибко процветает. Нет, этот не может быть убийцей, такое даже предположить нелепо!

Или, вот – мельник, широколицый добродушный толстяк. Поговоришь с ним, и он через минуту покажется тебе лучшим другом. Ну, просто, душа-человек! А ведь на деле он плут, двурушник и жадина, нда… Я точно знаю, что он имел кое-какие дела с разбойниками, но не кровавые, а касающиеся укрывательства краденого. Но этот тип тоже не подходит на роль наёмного убийцы, хоть и обладает завидной физической силой. Всё просто – этот человек трус. Сдал всех своих подельников, даже тех, о которых мог бы смолчать. Этим и заработал себе прощение в королевском суде, хотя лично я не был бы с ним так мягок. Никогда не забуду, как он во время ареста рыдал и обнимал мои сапоги. Брр, пакость!.. Но всё же он не способен пролить чью-то кровь, и хотя бы за это заслуживает толику моей симпатии.

Дальше – два деревенских кузнеца о чём-то спорят, да так, что, кажется, вот-вот вцепятся друг другу в бороды! Нет, не то. Эти на самом деле очень неплохие ребята, и мастера своего дела. Не такие искусники, как маститые городские оружейники, но их подковы не соскочат, и будут служить, пока не сносятся полностью, так что я любому из них доверю Черныша. Такие целиком отдают себя избранной профессии, и не представляют иной судьбы. К тому же оба они добряки, это мне тоже известно, а спор их касается качества угля или руды, добываемой в местных болотах, и только-то. Нет, тут мне и рассматривать нечего.