Цитаты из книги «Мадемуазель Шанель»

Шло время, но раны мои, вопреки общепринятому мнению, все не заживали. Горе только углублялось, разъедая душу, где непрерывно горело пламя воспоминаний.

Ведь именно она высказала истину, которую не осмелился высказать никто другой: нам с Боем завидовали, поскольку мы друг для друга были всё.

о. Я же помню, как он смотрел на тебя, будто, кроме тебя, больше не на что смотреть. Он так любил тебя! Так мало кто любит, особенно в наше время. Если тебе тяжело об этом думать сейчас, вспомни когда-нибудь потом. О, как многие хотели бы получить то, что получила ты от него!

следы несчастного случая, совершенно уничтожившего меня, обессмыслившего мое существование, отнявшего у меня единственного человека во всем мире, чья жизнь была столь изумительна, столь насыщенна, что ее не могли обуздать никакие банальности нашего времени. Ему было тридцать восемь лет, он был всего на два года старше меня. Как жаль, что я не погибла вместе с ним. Я повернулась и, спотыкаясь, подошла к выщербленному от удара километровому камню. Села, закрыв лицо руками, и стала ждать, пока не расплавится лед, сковавший мне душу, не превратится в жидкость, потом в пар, который вырвется скорбным криком ярости, таким же горячим и безжалостным, как и пламя, поглотившее его. Я сидела там целую вечность. Может быть, я осталась бы там навсегда, если бы не Бальсан. Он подошел ко мне, приобнял за плечи: – Ну-ну, Коко. Позволь отвезти тебя домой.

Вокруг была тишина. Совершенное безмолвие. Ни одна птица не чирикала в ветвях застывших поблизости тополей, ни один порыв ветра не шевелил моей юбки. Словно весь мир затаил дыхание, не мешая мне предаваться горю, обрушившемуся на меня так неожиданно, созерцать сле

Я не выдержала и завыла во весь голос. Я слышала этот вой словно со стороны, мои вопли до смерти перепугали и всех портье, и управляющего, и проходящих мимо любопытных постояльцев. Но потом я посмотрела на Берту и поняла, что крики мои разносятся только у меня в мозгу. И почувствовала, как Бальсан берет меня за локоть:

Да, такой женщиной можно было восхищаться, и еще мне очень импонировало то, что она чувствует во мне угрозу. А это значило, что беспокоиться мне нечего, ни в малейшей степени.

Нет-нет! И не говори, что это не так! Это же видно невооруженным глазом. Ты же нас терпеть не могла только потому, что мы – это не он. Кокто рассказал мне, как ужасно ты выглядела, когда он приезжал к тебе на виллу… Я уж не говорю о том, как расстроилась, когда ты пригласила не меня, а этого хорька. Он сказал, что ты была похожа на привидение.

была единственной женщиной, которую он любил по-настоящему.

Почти всю эту ночь я не спала, лежала тесно к нему прижавшись. К утру в голове у меня все встало на свои места, и я приняла это как неизбежное: так оно и должно быть. Впереди еще будут сомнения и испытания, будет время, и я пожалею о своей слабости, когда он долгие месяцы будет пропадать в Лондоне, у своих родственников, а я останусь одна. Я буду ненавидеть его и проклинать, но вынесу все. Других вариантов перед собой я не видела, разве что снова изгнать его из своей жизни, а этого сделать у меня уже не было сил. Один раз попробовала – ничего не вышло. Казалось, будто между нами ничего не произошло и ничего не изменилось.