В Тауэре меня подвергли пыткам, ваша светлость, – ответил я. – Прежде чем прибыл Барак со спасительным письмом, палачи успели вырвать мне зуб. Звук собственного голоса показался мне невероятно гнусавым. – Я не давал приказа пытать вас, – нахмурился Кранмер.