Звенье сто двадцать пятое. Девять валов. Иртаин Скромная рука и Ирлие

Многих арели призвал из глубины своей тени Владыка. Многих научил он и наделил силой. Покорные воле его и страху, не знали они жалости и покоя. Пожелал Анкхали натиском взять земли, что защищали эулиен, и истребить народ их, и низвергнуть обитель их, и хуже того, очистить земли те от рода Адамова. День и ночь велел Бессветлый атаковать своим воинам эулиен, стоящих у рубежей Светлого Дома. Тогда же отправил Хеллах в Светлый Дом за Абрином, ибо нуждался в нём. И пришёл этрени по зову его, и укрепилось войско Хеллаха. И отступил Владыка, увидев своего этрени среди эулиен, ибо сам боялся его. Потому как если бы в честном бою вышли они один на один, то, возможно, имел бы Абрин шанс выстоять в нём, но никогда не сражался Анкхали в одиночку и никогда не сражался без магии. Увидев же и узнав того, кого взрастил он, доверив жизнь и тень свою, устрашился Владыка. Абрин же был в пылу битвы, и долго жар её не отпускал его, так что не осмеливался никто приблизиться к нему. Отправил тогда Хеллах в Светлый Дом за Грейль, и оставила она дочь свою и пришла в лагерь, дабы быть подле мужа своего, ибо была нужна ему.

Не было во всём Светлом Доме равных по силе Абрину, лишь великому Седби было под силу совладать с ним. Никто же из воинства его не решался биться с ним и состязаться, ибо всем была известна сила и ловкость этрени. В боевом же пылу и сам Седби не мог удержать Абрина, и ни пять, ни десять эулиен не могли остановить его, потому как всех их мог сокрушить он одним ударом и не знал усталости и страха, лишь перед женою своей, Грейль, робел он и опускал взгляд, и достаточно было Грейль одного её взгляда, чтобы поразить его и успокоить. А потому часто бывала Грейль в стане Седби, ибо лишь ей под силу было совладать с этрени, и эулиен любили её за мудрость её и весёлый нрав, и многим она придавала сил, а многих сама учила обращению с оружием. Когда же бывала Грейль в лагере, то всегда была при Хеллахе и следовала с ним всюду, потому что уму её и острой мысли верил Хеллах, и воины его послушны были Грейль, и хоть не лежала душа эу к военному делу, много советов её спасло воинство Седби от разорения и много коварных планов арели было разгадано Грейль, ибо дан был ей дар мысли быстрой и светлой, и многие в Светлом Доме приходили за советом к ней, опасаясь неудачи или в смятении. Называли многие Грейль провидицей, ибо сила ума её поднимала завесу грядущего, и о том, что ещё не свершилось, но может свершиться, могла судить Грейль, как о том, что видела прежде. Но запретила эу называть её так и всем говорила, когда просили её рассказать о грядущем: – Íl`mu Ábrinē hi, Gréyl`. Ni téylen íne, átu nói hi nírten im úru. Nói ímvoldarhē téylen-é, áke ke no evhéme híol im íl`hi.⁹

И был день между битвами, и отдыхали воины в шатрах своих. И была Грейль, что призвал Хеллах, среди лекарей и трудилась с ними, ибо все звали её. Тогда же наблюдал Абрин за возлюбленной своей, и тяжелее ран была тоска его по Грейль. И когда поднялась луна, вернулась эу к мужу своему, и вошла к нему, и улыбкой своею успокоила сердце его. И кротостью своею укорила гнев его. И нежностью остудила пыл его. И тогда легли они вместе по праву жены и мужа, и был так ребёнок у Грейль. И не отпустил Хеллах Грейль, но оставил подле себя, дабы укрепить дух эулиен. Но узнала эу вскоре, что ожидает дитя, и перед мужем своим нового Света не смогла скрыть, и так рассказала ему. Узнав же о чаде во чреве жены своей, пришёл арели к Седби и настоял, чтобы отвёз тот Грейль в Светлый Дом, и там дожидалась бы она срока своего под опекой рода её. И так отпустил Седби их вместе, и вместе же были они весь срок неразлучны, и за покой и благоденствие возлюбленной Грейль бесстрашно воевал тогда Абрин со всяким обстоятельством и бедою.

Когда же был срок Грейль близок, пришла она к Элигрен, ибо ребёнок толкался в утробе её и делал ей больно. Тогда же спросила эу свою мать, что делать ей? И ответила Элигрен, что помнит, как сама была таким ребёнком в утробе Фиэльли, но пришёл Виэльлине и сказал ей, что есть она плоть и кровь его Любви, а потому не может делать больно той, кого он любит, ибо должна заботиться о маме и оберегать её, подобно его Любви – всегда, что бы ни случилось. Это усвоила Элигрен ещё в материнской утробе и запомнила на всю жизнь. А потому велела она Грейль позвать Абрина, дабы он поговорил с беспокойным дитя, ибо это успокоит его. И пришёл Абрин и не знал, что сказать, ибо слов и чувств в нём было много. Когда же заговорил он с дитя, то успокоил его, ибо всё, что происходит от Любви – повинуется ей.

Так в срок положенный родила Грейль сына, и нарёк Финиар его И́ртаин [Írtain].

Когда же покинули Абрин и Грейль лагерь, пришёл Хеллах к Седби и спросил его, ибо видел, как покидают их Абрин и Грейль. И рассказал ему Седби о радости их, и возрадовался Хеллах, но легла печаль на лицо его, и опустил он взгляд свой. Была сила войска Седби в том, что стояли по левую руку его Хеллах и Тентен, и Абрин был между ними. Велика была сила и мощь их воинства, ибо искусство и сила их, соединённая, не знала поражений и была крепка. Ныне же не было Абрина между эулиен Хеллаха и Тентена, и много воинов Хеллаха полегло в битвах. И сказал он Седби, что пойдёт на смерть, если велит ему господин его, и не оставит войска своего и воинов его, и клянётся положить жизнь свою за братьев своих, но не может дать клятвы одолеть арели в грядущем бою. Не желал Седби погибели внука своего, и потерять его, как Лиина, не мог он, ибо не знал и ныне, как смотреть в глаза Ифы, а потому отпустил Хеллаха и велел Тентену прийти. Его же поставил он рядом с братом, ибо ныне, как и прежде, должно было им сражаться плечом к плечу и быть друг другу защитой и опорой. И повиновался Тентен господину своему и принёс ему клятву защищать брата и воинов воинств их. И не спрашивал более и не сомневался, ибо был твёрд, как камень, и твёрдым было слово клятвы его. И отпустил Седби Тентена и велел позвать Керни. Im íyenal` Kérni im arkahíl`tal` evhéme ínē.

– Áyi íldaril`i béil`tal` ítam míel, efér íniral` hi Ábrinē im Gréyl`ē, íl`timwrhetennē ev Íl`ei Íi. Únih írnuitam ah ev el`Ábrin, o okh ókturuh tiy, evhéme híol, ílamtān nói wer Gréyl`i, átu sim níi wómillil`h no urtúiai, – séwil`al` Kérni.

– Éve írnuitamenē whri íne, kémi híol. Im mo náen áyenh, – ál`yahtal` nóel` Sédbi. – Im áyaih ret nóin – ev tíik ü el`ávre Téntenē l`yö el`tént.

Im arkahíl`tal` Kérni, im shaábenal` éulien. Ang ídarenē ímvetal` arm Ánkhali héle éuiene, ang ílenenē im íshunenē téntenal` náen. Im tem bráytal` arkatsh`íin, im ókkih tentátenal` éulien, ke ni nímtevistil` náene í/enkē ídarē, ínardare ret móē el`áng o erúhtal` hel íeh, im Ábrin ankaletál` íeh. Úmi ánutal` Sédbi Kérniē amártil` írrelenē ret hélaenē nói ev el`hít, etkém kée vol` arm Ábrin, átu íl`ehidal` im íl`haital` Kérnie im hélaene nói. O séwil`al` Kérni, ke íyfenh nói hélaien im éye ói nih úimii ímhetil` ko nóin íl`lei tent, im ni terh no amrántentil` íeh úrahe, átu slúah nói ev niv`h evá. Im úrul`tal` nói Sédbi: – Ki tehsúril` foht? Im ál`yahtal` Kérni: – Hi tehsúril`. Im séwil`al` Sédbi: – Áe gun l`yö el`dúen el`ávren téntē, átu úrahth ha. Im ál`yahtal` nóel` Kérni: – Íl`ehid-é míik, hi ni reíl`mtil` ti. Im íl`do/artal` Sédbi Kérni kevh kémie im kémē im et reténtanal` nóen.

Im vol` ídar í/enki, ke ímvetenal` áreli ev támu íshun. Im vol` no derégh im ísletivhth. Í/enki aymárnii íyenal` hel Aníl`iē ra selíhedene éulienē, im úraholenal` evénni. O ni retaldántal` anék ret hélē Sédbiē im téylinene ín`ni írnumenal` isúlahih mo. Ov áke retaldántal` Aníl`i árditii im úmi, im hel nói sabhv isteníl`tal`. Im vol` il`íyt im retérlienal` íiydienen ret móē helíynene im hímuenal` isíl`minenē evkóne úrarorenē. Im yamétal` Sédbi Héllahē im undáraenē híah` ret móē lūtene téntē im íyenenal` nóen. Ni vol` evkóne nóin muy Kérniē. Im retérleal` Sédbi ret helíynē hói im yamétal` Kérniē, im hímual` nói dánár. Efer a eríytal` Sedbi mo fyöld téntē, te íl`retetal` Kérni mor m, öl`ei úrarorenē rórene. Im vol` eul límih im eséym-ói nívtal`. Íiydienenē móē yamétal` úmye Sédbi im ílue ráh-é dúle éymortal` hórreanaldtal` árelienē wir hekémiē hói, o vol` íeh éve, im íyveo árelienē vol` wer éeh im asúral` ü éul. Úmi hötortal` Sédbi Kérniē me édre im eshúramal` nói. Im némretal` Kérni lítae evhémē hói im séwil`al` nóel`: – Evhéme híol! Úmi a íyenenal` íiydienen im réttalenal` úrarorenē im íyveo wir Kérniē, im ínirenal` ke lat Amagésh (1) kayt ev el`hímre nói im noy ikértal`h éul i el`tám íl`lerahe, átu muy ímvetmórān hímre mor lat Ifléme, térhal` Kérni atzelét víseni féler nói, ev el`hímre éule – íl`reiftal` ízmoran Amagésh, imtérliān ev élre Íl`ē ēdérgi. Im téylemal` Sédbi Kérni ni áuril` nírtenē im ni nímtevistil` térlenit ret gwíl`enē nírtenē híah`, o séwil`al` Kérni, ke kwhétal` im íma nivt. Im áiah réytiytal` íiydienenē Sédbi, o ánal`yah vol` eshíy nói. Úmi a séwil`al Kérni: – Foht Il`. Im áural` nírten. Rettártal` Sédbi íiydienenē eshíyi ín`ni im ánutal` íterlenil` Míybe, kowb kan wer invh ánliatil` íl`hiē nívhi. Úmi a íyenal` Dunl`yöíl`le, ke ílitatal` vol` ü ek tent, áke horúmh vol` im ínardh, how im ni ifhémal` víe nói i téntene im ni téntatal` no ev el`hél éulienē arm, aké érai vol` nói séam. Im iíytal` Dunl`yöíl`le i Kérni im whúldartal` u íl`lerah urh i nóy, im ítamial` isíl`mienē nói, im áural` nírten ev el`yonkaye ín`ni. Antáreal` et áreli édu líte ínē im el`él`re antár úrah éul ev el`antáreh níi. Im aníszih vol` im kéorih. Im téntatal` antár úrahē ílu-i-ílu, kevh ni ídrinal` hem anérk torn, átu ni eynírtal` im ni éyhelahtal` no Íl`e hói. Im retaldántal` úrah ret Kérniē, átu armívnvetal` níi vol` tórni íe. Im et teníval` Kérni im íl`timwrhetal` Il` ev nírten nói, ov Dunl`yöíl`le ni terh tenívil`. Úmi a ü híah` el`édren rerítal` nói Sédbi i líenie nói Víahe im odóral` wh hégenē nívhi, átu, kée ílimtal` úramor Dunl`yöíl`lē, foht im mórtal`. Im ül`tental` úmi ev el`Íl`e el`Íi ay shaáb, im retérlienal` mo éulien íl`úramortil` nóel`. Im mok éul reríital` élu, kowb odóril` nói wer Dunl`yöíl`lei, im et ímhetal` nói evménei evméi, ámretnei. Wer al`runi kónyei ámraníl`lerahtenal` nói, im ístlene káylah kayílt ü nóel`. Im nih ílene níe, nih mokíneniē yónkayē ev el`Íl` el`Íi, kowb nih kahórtal`h vol` ínen Dunl`yöíl`lē. Et vol` im et evá anfádah, átu atánietenal` éulien úrahe nói im íl`minil`ten nói im áiahkahten, ov áke emár évenh il`zírenē ávren anísziē áreliē, évmenē ke líetal` Dunl`yöíl`le. (2) Im Élkarit wer Élivieni íslernretenal` nói, im Víah úrhiantal` nói. Im áliantal` Fiel`lí Dunl`yöíl`lē, im Fíniár amrántnetal` nói íl`lerahe, él`mien a íeh kóntenal` Víah ífleai im evhíl`i im kemténal` sse. Sim a, eilátet, on híletil` tíyen íslum ü el`érai el`kadér wer ísani óyli níhyikoni, – nör-é – ni ákmar derégal` nói, o vol` Víahē whúldtal` ü nen, ákmartenal` éle el`Dunl`yöíl`le, átu ev el`ístar édu íl`he íyenraytal` nivh érai kadér kefém ái, kéwe ílenenē vol` kan náen wer Dunl`yöíl`lē. Nói a ínen anfádah evróyth káyi im Líe im isúlah nói ni nörent kevháienē.¹⁰