Цитаты из книг автора «Йоханн Хари»

обнаружили, что две вещи делают депрессию неизбежной: тяжелое негативное событие и длительные источники стресса или нестабильность в жизни. Но самый поразительный результат возникал, когда эти факторы вдруг соединялись. Шансы впасть в депрессию не просто объединялись – они невероятно увеличивались. Например, при отсутствии друзей или поддержки партнера шансы развития депрессии при тяжелом жизненном событии составили 75 %[79]. Это более чем вероятно.

Помогая другим, я проработала вину, стыд и предательство, которые чувствовала, – говорила она мне. – Таким образом, мое служение другим стало моей наградой. Это мой способ просить у нее прощение каждый день. Мне жаль, что я не принесла тебя в этот мир в целости и сохранности, и поэтому я принесу твою любовь. Это заставило ее понять боль других так, как она не могла раньше. «Это делает меня сильнее, – говорит она, – даже в моих уязвимых местах».

за 15 минут медитации происходит не так уж и много, но в это время «вы сажаете семена, которые неожиданно прорастают в течение дня и в течение жизни».

Сочувствующая радость – это метод воспитания чувства, противоположного ревности или зависти… Он заключается в радости за других, – вводила она меня в курс дела. Вы закрываете глаза и представляете себя. Вы представляете, как что-то хорошее происходит с вами. Например, вы влюбились или написали что-то такое, чем гордитесь. Вы чувствуете, как зарождается радость. И вы позволяете ей протекать по телу.Потом вы рисуете себе того, кого любите, и представляете, как с ним происходят замечательные вещи. И чувствуете радость от этого и позволяете ей тоже протекать по телу.Пока все просто. Потом вы представляете кого-то незнакомого. Скажем, продавщицу из бакалейного магазина. Вы представляете, как приятные вещи происходят с ней. Вы пытаетесь почувствовать радость за нее, настоящую радость.А вот теперь уже сложнее. Вы рисуете себе человека, которого не любите, и пытаетесь представить, как что-то хорошее происходит и с ним. Вы стараетесь почувствовать радость за этого человека. Точно такую же радость, как за себя или за любимого вами человека. Вы представляете, как им было бы это приятно и как бы это их тронуло. Потом вы рисуете себе того, кого откровенно ненавидите или кому завидуете. (Рейчел представляла свою родственницу.) И пытаетесь почувствовать радость за них. Настоящую, искреннюю радость.

Рейчел знала, что если она, например, сядет и напишет замечательную книгу и в то же время ее родственница, которой она завидовала, сядет и тоже напишет книгу, «это почти сдует мои паруса. Хотя она и не сделала ничего, чтобы преуменьшить значение моей, абсолютно непохожей на ее, книги». В конечном итоге зависть кидает нас из одной крайности в другую, а потом мы стараемся заставить завидовать других.

«Не хватит никакого здоровья, чтобы приспособиться к этому глубоко больному обществу». Теперь я понял, что моя задача – вернуть смысл моей боли, нашей боли.

Одна из причин заключается в том, что «гораздо сложнее сказать с политической точки зрения» По его мнению, это наблюдение согласуется с другой важной причиной.– Фармацевтические компании являются основными силами, формирующими психиатрию. Потому что это огромный бизнес – миллиарды долларов, – сказал он. Они оплачивают счета, поэтому в основном и устанавливают повестку дня. Очевидно, им выгодно рассматривать нашу боль как химическую проблему с химическим решением. В результате как общество мы столкнулись с искаженным чувством собственного бедствия.

Не спрашивайте, что у вас в голове . Спросите, что вокруг нее.

У людей есть выбор. Мы можем найти практические способы демонтажа иерархий и создания равноправного общества. В нем все будут чувствовать, что их уважают, и будут иметь собственный статус. Еще мы можем возвести иерархии и расплодить унижение, как мы это и делаем сегодня.

– Папа, некоторые дети в школе смеются над моими кедами. Они не были ни брендовыми, ни новенькими.– Ну и что ты им ответил? – спросил Тим.Сын посмотрел на них и сказал:– Почему вас это волнует? Он не был закомплексован и мог видеть, что ценности детей в школе пусты и абсурдны.