Она не случайно заранее забронировала столик именно у окна. Через него Сэм мог хорошо видеть ее из машины. Для Клер и Гэрри это был сущий кошмар, потому что другие столики рядом были заняты и оставаться долго у барной стойки без стульев они тоже не могли. К их чуду одни из посетителей через проход стали собираться, и Клер подхватив Гэрри поспешили занять освободившийся стол.

Сэм смотрел как к входу подъехал длинный темно-коричневый седан с правительственными номерами, из которого показалась фигура невысокого азиата. Это был Квок. Он был один, и в руках у него был небольшой портфель. Сэм отправил Софии специально закодированное сообщение. Это бы означало что Квок прибыл один, и возможно, без постороннего наблюдения.

София мониторила входную дверь, и как только он вошел, она привстала чтобы поприветствовать. Квок сразу же направился к ее столику:

«София? Я не ошибся?» здороваясь без рукопожатия, сказал Квок

«Чудесно, что мы смогли встретиться так быстро.» усаживаясь, продолжил он.

«Я бы не отказался от чашечки Белого Чая, спасибо» сказал он официантке.

«Мистер Квок, спасибо, что Вы смогли найти время для нашей встречи и спасибо, что связались с LOTOS. Мы очень признательны за оказанную честь» говорила Софи, пытаясь выглядеть профессионально и стараясь быть очень вежливой.

«Я буду краток…» перебил ее Квок «У меня сейчас есть несколько личных проектов, под которые я бы хотели временно разместить свои средства в размере чуть более трех миллионов евро. Какие варианты вы можете предложить?» быстро произнес он, постоянно оборачиваясь ожидая официанта.

София почувствовала его холодный настрой, и что речь не пойдет о бизнесе, который ее интересует, но все же решила использовать момент с максимальной выгодой. Она очень строго посмотрела на медлящего официанта и попросила побыстрее принести чай. Это очень понравилось Квоку.

Он страдал от определенного рода нервного расстройства, и белый тайский чай успокаивал его сознание и желудок. Когда администратор принес чайник чая, Софи сама наполнила его чашку и предложила немного мятного сахара. Он охотно согласился. Для азиата вырвавшегося из гонконгской бедноты и добившегося всего своим умом и неустанным трудом, каким был Квок, внимание и покладистость со стороны белой женщины в Азии, где она могла пользоваться своей белой кожей и милым личиком как платиновой кредитной карточкой, были знаком высокой пробы в его человеческой шкале ценностей.

Он провел вместо запланированных пятнадцати минут целый час с небольшим, слушая ее предложения по приумножению его личного семейного богатства. Она напомнила ему себя, тот же горящий взгляд, неспособность принимать «нет», искреннее уважение к старшим, полная самоотдача делу и все то, что он со временем растратил или растерял, променяв на прекрасный офис с гигантскими гонорарами. Прощаясь, он вскользь обмолвился, что через две недели будет в Париже на презентации крупного проекта и был бы рад представить ее крупным инвесторам.

«Как Ваш французский?» добавил он, улыбаясь и учтиво пожимая руку.

София ответила, что изучала его в университете, и была бы рада попрактиковать его в самом романтичном месте на земле. Они попрощались, и София чуть погодя покинула кафе и направилась в офис.

«Самое романтичное место на земле? Помойка с постоянными пробками…Париж мать его…» иронично по рации прозвучал голос Тиго.

«Элвис покинул здание! Вы выходите? захватите мне по пути трюфельного печенья или торт, я жрать хочу, а в той дыре, куда мы поедем, пустой холодильник.» раздраженно продолжал он.

Гэрри оплатил счет, и они с Клэр вышли на улицу. Сэм еще не отъехал и заметил необычную для простых туристов рокировку. Часом раньше он видел, как Тиго после того, как приехала София перешел на другу сторону дорогу и еще какое-то время курил в десяти с небольшим метрах от его машины. После этого он зашел внутрь автомобильного шоурума, где был все время, пока не вышли Клэр и Гэрри. Когда они показались на улице, из переулка выехал тот же серебристый минивэн, который уже проезжал примерно часом ранее.

Изначально Сэм не обратил на это свое внимание, но привычка регистрировать машины, людей, их поведение и перемещение с привязкой к конкретному месту и времени дала знать, и картина начала понемногу складываться. Клэр и Гэрри продолжали вести себя как обычные туристы, оглядываясь на здания и читая названия улиц, попутно перелистывая печатный гид. Только с этого момента Сэм пристально наблюдал за каждым их передвижением. Когда Тиго вышел из автосалона через пару минут после того, как парочка направилась вдоль улицы, он начал удаляться и был спиной к Сэму. Сэм внимательно присмотрелся к его одежде, ботинкам. Из-под чуть свободной спортивной жилетки Тиго во время движения, поверх рубашки провисал небольшой участок провода, и едва заметно очерчивался прямоугольный предмет.

Сэм начал проигрывать в голове тактический сценарий предугадывая их следующие действия. Что на их месте сделал бы он? Как в этот момент себя вела бы его команда? Клер и Гэрри должны были пройти мимо переулка и продолжать идти пешком еще метров двадцать. В это время Тиго, оборачиваясь и передвигаясь чуть быстрее обычного, должен был перебежать через улицу по диагонали, и обогнув стоявшую с включенным двигателем машину, запрыгнуть на переднее пассажирское место. С этого же ракурса Сэм видел и водителя. Праворульное расположение водительского места позволяло хорошо разглядеть как Сиричай, дождавшись Тиго, посмотрел в обе стороны. Он начал выворачивать руль и сдавать назад в самый трафик. Несколько машин заблокировали ему проезд, и Сири пришлось сделать несколько маневров, что придавало его действиям явный профессионализм управления крупногабаритной машиной.

Тем временем парочка уже была далеко, и замедлив ход, шла, не останавливаясь в ту же сторону, куда выехала машина. Через некоторое время минивэн подобрал их по пути, едва остановившись, и свернул налево. Они не подозревали, что Сэм был на их хвосте в пяти машинах позади. В Бангкоке, где преобладали седаны тойоты и BMW, заметить хвост в плотном трафике можно было только, если группа целенаправленно бы начала петлять, чтобы идентифицировать слежку. Но Сэм подключил несколько оперативников из ЗАКУСОЧНОЙ на мопедах в специальных оранжевых и зеленых жилетках, маскирующихся под мото-туктукеров или проще говоря мототакси. Они вели французов поочередно меняясь. В ЗАКУСОЧНОЙ был даже собственный парк мопедов со сменными наклейками почты и доставки пиццы. Сэм открепился от группы, оставаясь в постоянном контакте, и поехал в Сиам Парагон – крупный торгово-развлекательный комплекс в центре Бангкока. Он поднялся на верхний этаж, где располагался огромный кинотеатр с десятками разных кинозалов и приобрел четыре билета, по паре на два разных сеанса, которые начинались в одно и то же время. Два разных билета он положил в один конверт и отправил с посыльным в офис LOTOS. София получила конверт с билетами уже через час и знала, что в семь вечера Сэм будет на одном из сеансов. На одном из билетов был тринадцатый ряд, пятнадцатое место, на другом двенадцатый ряд и четырнадцатое место. Это был некий код, который они выработали, пока она готовилась. Ее были всегда четные цифры, его нечетные. Это означало, что он будет на сеансе с билетом тринадцатого ряда, а она на сеансе с двенадцатым рядом в билете, и он найдет ее сам.

В 19:15 она прибыла в кинотеатр специально опоздав, когда продажа билетов на сеанс была уже закрыта. Она проштамповала свой билет и поднялась по длинному эскалатору на этаж выше. Тиго, который вел ее, ничего не оставалось как вернуться к билетным кассам и устроиться в лаундж-кафе дожидаясь, когда Софи выйдет с сеанса.

«Девка любит дебильные фильмы…» сказал он по рации погружая ложку в мороженное, на что получил ответ от Клэр:

«Я смотрю такие же фильмы, может поэтому она тебе не нравится!»

Сиричай подключился к линии:

«Мне жаль перебивать ваши любовные дрязги, но кто-нибудь видел, как она брала билеты?»

Тиго ответил:

«Я шел за ней с лифтов. Она сразу направилась в залы. Думаю, билет у нее уже был».

«Она либо купила его раньше, либо кто-то купил билет за нее и второй вариант мне нравится меньше…» сказал Гэрри, координируя всю связь команды из квартиры.

«Ладно, держите в курсе я пока посплю…» Сказала Клэр и откинула кресло в своей машине. Она не могла спать все одиннадцать часов полета из Парижа и сдвиг во времени начинал сказываться. Сиричай был в минивэне двумя этажами выше, на парковке для сервисных машин. На его фургоне уже красовалась эмблема местного ресторана на магнитной пленке.

СЬЕРРА: «У тебя нежданные гости, пока не понял кто, но это спецы, вероятно французы…один в лобби в кафе чуть сутулый местный, есть водитель местный…еще есть белая девушка, худая, бледная, 1.65-1.68 , 35-40, каре, русые… с ней был полноватый с мешками под глазами под 45, короткостриженый лысеет, нос большой прямой, 1,70-1.75, они были в О.Т.»

КОРОЛЕВА: «Гостей помню…французы…южный акцент… они не кстати… мне нужно в Париж…через 6-8 дней…встреча важная»

СЬЕРРА: «Минуту…………………запрашиваю Мангуста»

СЬЕРРА: «План не меняем… все запланированные встречи как по графику…никаких изменений…Мангуст подтверждает»

КОРОЛЕВА: «Подтверждает…Париж?»

СЬЕРРА: «Да…только коммерческий рейс до Франкфурта… помнишь путь?»

КОРОЛЕВА: «Карлсруэ, Базель потом…Люцерн…через Берн в Страсбург и TGV до Восточного вокзала»

СЬЕРРА: «Умничка…В Люцерне тебя будет ждать наш семейный доктор, подробности на месте»

«Ты меня найдешь?» она не дождалась ответа и поняла, что Сэм уже отключился от чата, который работал только через зашифрованное приложение на коротком расстоянии. Так была минимальная возможность увидеть их вместе и подключиться к их разговору. Она досмотрела фильм, и выкинув в урну на выходе второй билет, сохранила корешок от своего сеанса.

ЧЕРЕЗ 5 ДНЕЙ, ЛЮЦЕРН ШВЕЙЦАРИЯ

София сидела в кафе на площади перед культурным центром Люцерн недалеко от своего отеля Radisson Blu, из которого через час ей нужно было выписываться, чтобы успеть на поезд до Страсбурга, откуда ей предстояла трехчасовая поездка на скоростном поезде до Парижа. Она до сих пор не знала где и когда ее начали пасти французские спецслужбы, и понимала, что каждый ее шаг теперь будет представлять запись в виде отчета на серверах DGSE. Ее жизнь усложнилась, но ее задача осталась неизменная, и она чувствовала, что готова пройти весь путь до конца.

Сэм был в одном из сувенирных магазинчиков на другой стороне площади ближе к выходу на прогулочные корабли. Клэр, Гэрри и их коллега, присоединившийся к ним из франкфуртского отделения, находились в темно-синем Peugeot 407 с французскими номерами сразу за углом. Они знали, что у них есть преимущество, и они уже несколько дней следовали за Софией день и ночь, наблюдая за ее каждым шагом.

Они были с ней на концерте классической музыки, которые Гэрри просто ненавидел. И пока все, что у них было на нее, так это список ее покупок и чем она обедала и ужинала. А также фото и имена местных галерейщиков и запланированный поход к врачу кардиологу. Пока она была в Люцерне один день она провела в частной клинике на приеме у Доктора Вальтера Шальцингера. На самом же деле она была на столе у гуру военной хирургии, Сантини, для проведения мини-операции по вживлению ей той самой радиометки в виде стента из соображений безопасности. Мангуст решил, что ситуация поменялась и решил подстраховаться. Операция не сильно болезненная, но требует некоторого медикаментозного хоть и короткого, но постоперационного периода, поэтому рано утром Сантини все сделал и остаток дня София была в палате под его неустанным присмотром. Клиника была частная поэтому без записи на ее территорию посторонним нельзя. Сэм же на своем компьютере вечерами изучал личные дела сотрудников DGSE, которых уже идентифицировали в Бангкоке за время их пребывания под левыми паспортами.

У него было мало информации. Лишь то, что ЦРУ собрало на них по прошлым пересечениям. Он не мог понять почему они сели ей на хвост, что в ее легенде или действиях уже на третий день после ее появления в свет, вызвало такой интерес. Он размышлял: Ошибка, совпадение или они изначально пасли не Сару, а того самого китайца Квока. У него много грязного белья. А ее вели чтобы просто посмотреть, но не до Швейцарии же.

Сэм помнил, как в период его обучения его шеф и наставник, Роберт Спинотти, он же Мангуст, всегда любил говорить: «Сынок,крученый мяч сам себя не закрутит, и точка.