Цитаты из книг автора «Джейн Остин»

Ну еще бы! – вскричала его верная единомышленница. – Невозможно полагать воистину образованным человека, кой существенно не затмевает обыкновенных достижений. Чтобы почитаться образованной, женщина должна уметь блестяще музицировать, петь, рисовать, танцовать, а также владеть современными языками, а кроме того, ей надлежит обладать некоей особостью наружности и походки, манер и речи – или же оценка сия будет заслужена лишь наполовину. – Все это ей потребно, – прибавил Дарси, – а равно ей надлежит дополнить сие важной сутью, обильным чтеньем развивая свой ум. – Я более не удивляюсь, что вы знакомы всего с шестью образованными дамами. Я скорее дивлюсь тому, что вы знакомы с такими вообще.

Господин Беннет, как можете вы подобным манером оскорблять своих детей? Вы дразните меня и тем наслаждаетесь. Вы вовсе не питаете сочувствия к расшатанным моим нервам. – Вы ошибаетесь, любезная моя. К вашим нервам я питаю глубочайшее уваженье. Мы с ними давно приятельствуем. По меньшей мере двадцать лет я слышу, сколь любовно вы о них отзываетесь.

и я бы с легкостью простила его гордость, если б он не

Болезненные воспоминанья преследуют меня, и от них невозможно, не должно отмахиваться. Всю жизнь я был себялюбив в поступках, если не в принципах.

There is so much of gratitude or vanity in almost every attachment, that it is not safe to leave any to itself. We can all begin freely – a slight preference is natural enough; but there are very few of us who have heart enough to be really in love without encouragement.

– Ужель не хотите вы узнать, кто его снял? – в нетерпеньи вскричала его жена.– Это вы хотите мне о том поведать, и я не возражаю выслушать вас.Сего побужденья

– Дорогуша господин Беннет, – в один прекрасный день молвила его супруга, – слыхали ль вы, что Незерфилд-парк наконец-

еще меньше тех, о ком я думаю хорошо. Чем больше я гляжу вокруг, тем менее довольна я миром, и всякий день подтверждает мою убежденность в непоследовательности любой человеческой натуры и в том, что на кажимость достоинства или же разума вряд ли возможно полагаться. Два примера были явлены мне в последнее время: об одном я не помяну, другой же – замужество Шарлотты. Сие непостижимо! как ни взгляни, сие непостижимо!

Не защищай ее, хоть она и Шарлотта Лукас. Ради одной персоны не меняй сути принципа и цельности, не пытайся убедить себя или же меня, что себялюбие есть благоразумье, а нечувствительность к опасности – ручательство счастья.

Шарлотта же сохраняла удовлетворительную невозмутимость. Она добилась своего и ныне могла поразмыслить. Размышленьями она в целом осталась довольна. Г-н Коллинз, разумеется, не отличался ни разумностью, ни приятностью, общество его докучало, а привязанность к Шарлотте он наверняка сочинил. Однако же он станет ее мужем. Не ценя высоко ни мужчин, ни супружества, Шарлотта всегда стремилась к браку, ибо для молодых образованных дам, располагающих незначительным состояньем, брак являлся единственной методой устроиться достойно и, хотя вряд ли обещал счастье, должен был стать наиприятнейшим инструментом предотвращенья бедности. Сей инструмент Шарлотта ныне обрела, и в двадцать семь лет, вовсе не будучи красавицей, сознавала, как ей повезло.