Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Раневская в домашних тапочках. Самый близкий человек вспоминает

Раневская в домашних тапочках. Самый близкий человек вспоминает
Читайте в приложениях:
Книга доступна в стандартной подписке
31 уже добавил
Оценка читателей
3.29

Эта книга полна неизвестных афоризмов, едких острот и горьких шуток великой актрисы, но кроме того вы увидите здесь совсем другую, непривычную Фаину Раневскую – без вечной «клоунской» маски, без ретуши, без грима. Такой ее знал лишь один человек в мире – ее родная сестра.

Разлученные еще в юности (после революции Фаина осталась в России, а Белла с родителями уехала за границу), сестры встретились лишь через 40 лет, когда одинокая овдовевшая Изабелла Фельдман решила вернуться на Родину. И Раневской пришлось задействовать все свои немалые связи (вплоть до всесильной Фурцевой), чтобы сестре-«белоэмигрантке» позволили остаться в СССР. Фаина Георгиевна не только прописала Беллу в своей двухкомнатной квартире, но и преданно заботилась о ней до самой смерти.

Не сказать, чтобы сестры жили «душа в душу», слишком уж они были разными, к тому же «парижанка» Белла, абсолютно несовместимая с советской реальностью, порой дико бесила Раневскую, – но сестра была для Фаины Георгиевны единственным по-настоящему близким, родным человеком. Только с Беллой она могла сбросить привычную маску и быть самой собой…

Лучшая рецензия
Booksniffer
Booksniffer
Оценка:
15

Изабелла Фельдман прожила в Москве два года, 1961-1962 (пожалуй, можно сказать, что с исторической точки зрения ей повезло), и очень жаль, что это не 20 и не 50 лет - было бы жутко интересно прочитать комментарии автора к разным периодам жизни Советского Союза. Начало 60-х передо мной встало, как живое, от манер продавщиц и прислуги до Куренёвской трагедии в Киеве. Голосу человека, русского в основе, но пожившего за пределами страны, наблюдательного, умного и деликатного, верится легко и даже как-то естественно. Книга читается на одном дыхании. Может быть, историки и социологи не получили из неё ничего нового, но мне показалось, что Изабелла Фельдман сделала Российскому читателю замечательный подарок. Спасибо автору, г-ну А.Л. К-ну и издательству "Яуза-пресс".

Почти что написанные на трёх языках (меткие выражения на идише и французском встречаются регулярно), дневники являют собой очень гармоничное слияние воспоминаний о детстве и семье, впечатлений о московском киношно-театральном бомонде 60-х, внимательных замечаний о быте и нравах москвичей. Над всем этим, естественно, доминирует образ Фаины Раневской, столь же разносторонний: здесь и домашняя жизнь, и повседневные сплетни, и неприглаженные мнения об известных личностях того времени, и жизненная философия, и размышления об искусстве. Все эти составляющие так легко сменяют одно другое, словно вместо заказанного в кафе винегрета вам вдруг принесли ресторанный риет.

Поклонники Раневской с удовольствием найдут здесь и характерные для неё острые афоризмы, и незабываемый образ актрисы в домашней обстановке, но хочется отметить, что Изабелла и сама обладает недюжинным даром - хоть и в совершенно ином стиле - яркого образа, меткого словца и убедительно высказанного мнения. Раздирать дневники на цитаты - бесполезно, пришлось бы переписывать четверть текста, если не больше. Обе сестры замечательно дополнили друг друга, создав незабываемый тандем. Воспоминания можно смело рекомендовать всем, интересующимся советской культурой, даже игнорируя "знак информационной продукции" (уверен, Изабелла Гиршевна не смогла бы пройти мимо этого милого словосочетания без комментария).

Читать полностью
Лучшая цитата
Гомосексуализм и балет неразделимы, как гений и злодейство
В мои цитаты Удалить из цитат