© Иван Александрович Тимофеев, 2025

ISBN 978-5-0068-1380-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Сказки, что стоит писать

 
Я пишу свою сказку, не помня начала.
Я пою свою песню, не зная конца.
Мне в дороге безвестной тихонько звучала
Стародавним напевом свирель мудреца.
 
 
Но если бы я считал, что пишу один,
Я не расслышал бы мотив, что ложится в основы
Годов и секунд, следствий и причин,
И никогда бы не понял, что фразы готовы.
 
 
В этой сказке есть всё, чего можно желать:
От нетореных троп до неведомых судеб,
От прочтений легенд до возможности знать
То, чем стало, что было и чем ещё будет.
 
 
Но если бы я считал, что пишу сам,
Я не расслышал бы слов, что ложатся в основы
И становятся причинами всем чудесам,
И никогда бы не понял, что фазы готовы.
 
 
Я пишу свою песню, рождая мотив,
Я рисую картину, не зная финала.
Но ложится к стиху новый следующий стих,
Чтобы песня в той сказке стройнее звучала.
 
 
Но если бы я счёл, что сам умею творить,
То не прочёл бы ни слова, упёршись в покровы.
Потерял бы причины жить, думать, любить,
И никогда бы не понял, что фразы готовы.
 
 
Абсолютно все фразы готовы!
 

Солнечный шторм

Август

 
Август. В тёмном море неба
Сыплет искр хоровод.
Август. В мрачном небе бреда
Похоронный ход.
 
 
А душа летит на Север,
К островам, в грозу.
К чайкам, волнам…
Мечет песня слёзку-бирюзу.
 
 
Август. Мы тебя не знали
И не будем знать.
Что вчера мы потеряли,
Нынче не сыскать.
 
 
Пусть летит душа на Север,
К дальним островам.
То, о чём споют метели,
Неизвестно нам.
 
 
Август. Молнии и громы,
Ветры и дожди.
Перекаты туч багровых —
Осень впереди.
 

Солнечный шторм (Солнечный ветер)

 
Сквозь просторы космоса, все щиты сдувая,
Достигая, кажется, самой двери Рая,
Через атмосферу прямо по планете
Бьёт безумный яростный
Солнечный ветер.
 
 
Среди стылой Арктики и в песках Сахары,
В джунглях и пампасах, на Килиманджаро,
Над морской пучиною и везде на свете
Нас достанет яростный
Солнечный ветер.
 
 
Трогая рассудок огненными пальцами
И касаясь мыслей всех протуберанцами,
Отразится в действиях, в жизни и в куплете
Буйный, всё пронзающий
Солнечный ветер.
 
 
Ясно или пасмурно, дождь или пурга,
Вьюга, ливень, засуха, холод и жара.
Утром или вечером – в темноте, на свете
Нас настигнет яростный
Солнечный ветер.
 
 
Головы политиков, воинов, поэтов
Закипают в контурах пламенных сонетов.
Нет покоя людям – старикам и детям,
Ждут, пока не стихнет
Солнечный ветер.
 

Острова

 
Каждый из нас – летающий остров:
Кто-то велик, кто-то мал.
И островам очень непросто
Выдержать жизни накал.
 
 
Мы – разобщённые.
Каждый по-своему
Смотрим в эфир.
Мы в окружении
Моря иллюзий,
Чёрных космических дыр.
 
 
Каждый из нас – плавающий остров:
Кто-то так мал, а кто-то велик.
И островам очень непросто
Слиться в один материк.
 
 
Мы – разобщённые.
Каждый по-своему
Смотрим на мир.
Там, где должна быть
Чёткая линия,
Рваный, чуть видный пунктир.
 
 
Каждый из нас – пылающий остров:
Мал иль велик.
И островам очень непросто
Слиться в один материк.
 
 
Мы – разобщённые.
Каждый при свете
Только своих фонарей.
Вместо Господней
Единой материи —
Точки на картах морей.
 

Кибитка

 
У моей фортуны
Новая улыбка,
На дорогах осени
Ждёт меня кибитка.
 
 
Заскрипит колёсами,
Запоёт ветрами.
Липами, берёзами,
Сосен куполами.
 
 
На пути всё чудятся
Новые метели,
И позёмкой крутятся
Ветров карусели.
 
 
Молодым до проседи
Изучать явленья.
Не напрасно просится
Смыслов воплощенье.
 
 
У моей фортуны
Прежняя улыбка,
Побежит по осени
Старая кибитка.
 

Богоносец

 
Здесь, у стен старинных, где крестилась Русь,
Образов с крестами тихо я коснусь…
Отразится Небо в капельке росы…
Русь Святая, где ты? Тикают часы!
 
 
Богоносец славный, ты почти забыл,
Как с купели древней призван Богом был.
Каждого, кто слышит на Руси призыв,
Укрепляет Боже, светом озарив.
 
 
Нужно просыпаться всем нам начинать,
Если нет – придётся вскоре исчезать!
Коль призыв забыли, в тенетах сетей
Нет ни искры смысла, есть лишь стук когтей.
 
 
Русские дубравы будут шелестеть,
Но под ними песен нам уже не спеть.
Русское раздолье, русская печаль
Молча канут в вечность – будто невзначай.
 
 
Ты проснись скорее, славный русский род,
Обращая к Богу размышлений ход!
Вера, царь и люди – смысл, маяк, маршрут.
С этими свечами можно и на суд.
 
 
Если Русь очнётся, то конец времён
Встретит со щитами славный Катехон.
И последней битвы грозная волна
Зарычав, откатит в бездну, до темна.
 
 
У купели древней, где крестилась Русь,
Образов с крестами тихо я коснусь…