Глава 3 – Знакомство

Пётр остался один. Пыль понемногу оседала, и взору открылась одинокая фигура старика, стоявшего неподалёку. Тот смотрел на удаляющуюся машину, а затем перевёл взгляд на Петра.

Старик, закинув руки за спину, с легкой улыбкой и щурясь от оседающей пыли, приблизился к нему.

– День добрый, – начал Пётр и поднял руку к голове. – Участковый…

– Здравствуй, Петя, – перебил старик. – Ты фуражку оставил в машине.

Пётр с удивлением посмотрел на старика и понял, что действительно оставил фуражку в машине.

– Чёрт, – тихо пробормотал он и посмотрел в сторону дороги. Но машины уже не было видно.

– Вы знакомы с семьёй Потаповых?

– Мало, – медленно ответил старик, его взгляд был прикован к дому. Руки по-прежнему за спиной, он слегка покачивал головой.

Пётр разглядывал его: опрятный, но с чем-то неуловимо странным. Слишком светлый, почти прозрачный взгляд, седые волосы, лицо, хранящее покой и тайну.

– На что уставился? – внезапно спросил старик.

– Да так… Кажется, я вас где-то видел.

Старик усмехнулся.

– Мне часто это говорят.

– Вы что-нибудь слышали или видели вчера? – спросил Пётр.

Старик в ответ лишь промычал, неясно, то ли "да", то ли "нет".

– Надолго ты тут, сынок? – резко прозвучал его голос.

– А? – посмотрел на него Пётр.

– Надолго приехал-то?

– На день, опрошу кого смогу, а завтра приедет бригада и дело скорее всего передадим другому отделу, – ответил Пётр.

– Хорошо. – протяжно сказал старик и начал медленно идти вдоль дороги.

Пётр остался на месте, достал телефон и посмотрел на сигнал. Всё ещё отсутствует. Тяжело вздохнув и убирая телефон обратно в карман, он направился к дому Коли.

– Идём, – сказал старик издалека. – Переночуешь у меня, я тут недалеко живу.

Пётр оглянулся и ответил: – Спасибо, но я найду, где переночевать.

– Переночуешь у меня, – раздался голос старика, и слова словно завибрировали в воздухе.

Пётр остановился и пошёл за ним.

Небо начало темнеть, солнце опустилось к горизонту, небо окрасилось в тёмно-оранжевый цвет, и по нему поплыли лёгкие облака.

– Уже темнеет, – заметил старик. – Где ты ещё переночуешь-то, там, где умер человек, что ли? – подметил он.

Пётр, немного подумав, согласился. Деревня ему незнакома, родственников или знакомых тут нет, кроме Коли и старика он никого не знал.

Они прошли чуть дальше вдоль дороги, завернули за крайний дом, старик указал на дом ближе к концу улицы.

Дом снаружи оказался таким же опрятным, как и он сам. Забор аккуратный, ровный и невысокий.

Старик, отперев калитку, прошёл в сторону дома. Сам участок был немного неаккуратным: трава бледно-зелёная, кое-где сильно заросшая. Пустующие старые теплицы с облезлой плёнкой. Возле дома стоял старый покосившийся сарай.

Войдя внутрь, старик куда-то спешно удалился. Пётр остался в прихожей и начал аккуратно снимать обувь, как вдруг громко прозвучал щелчок, и во всём доме включился свет.

Внутри было чисто, опрятно и уютно. Полная противоположность двору. Полки, забитые книгами, кашпо с цветами, старый советский сервиз.

– Как уютно, – заметил Пётр.

– А то, – тихо засмеялся старик, выходя из комнаты. – Руки можешь помыть там, – и указал на умывальник.

– Спасибо большое, – ответил Пётр и прошёл к умывальнику.

Старик начал возиться на кухне: открывались и закрывались шкафы, он что-то бормотал под нос. Поставил чайник на плиту и пригласил Петра за стол.

– Ну так, что вы знаете о Потаповых? – спросил Пётр.

– Знавал отца Коли – Лёню, кажется. Хорошая семья была. Ничего плохого не слышал и не могу сказать, – сказал старик, снимая чайник с плиты. – Как Лёня умер, сын его из города приехал, с матерью жил. А потом и она умерла. А недавно внучка приехала… и вот.

Старик взял две кружки и поставил на стол.

– Кофе? Чай? – спросил он.

– Кофе, пожалуйста.

Наливая воду в кружки, старик посмотрел в окно:

– Тучи собираются.

Пётр тоже посмотрел в окно: большая часть неба уже покрылась густыми тучами, и только кроваво-оранжевый свет солнца освещал их.

– Ну, надеюсь, пройдут, – без особой надежды сказал Пётр.

Пётр положил в кружку кофе и начал помешивать, старик сделал то же самое.

– А вы общались с Николаем недавно? – продолжил расспрашивать Пётр.

– Да, позавчера, совсем немного, – ответил старик. – Он как раз встречал свою дочь. – Он сделал глоток горячего кофе.

– То есть вы виделись с жертвой? – спросил участковый.

Старик поставил кружку на стол: – Да, радостная такая была. Прям светилась.

– А что-нибудь странное вы видели?

– Да нет, ничего странного. После этого я сразу пошёл домой и всё.

Пётр скрестил руки и сидел, наблюдая за стариком. «Не верю, что это может быть он. Ладно, завтра расспросим других».

– Расскажи о себе, Петя, – прервал тишину старик.

– Да что рассказывать-то, – ответил Пётр.

– Да хоть что-нибудь.

Пётр сделал глоток горячего кофе, прочистил горло и начал:

– Работаю вот уже лет пять, перевели из города сюда участковым, да так и остался.

– А почему перевели? – спросил старик.

– Захотелось спокойствия, что ли. В городе суетно, много дел, а тут… – он замолчал. – Спокойно.

Старик тихо посмеялся и сделал большой глоток.

– А вы чем занимаетесь? Кто вы? – облокотившись на спинку стула, спросил Пётр.

– Ничем, да и никто я, – протяжно начал старик. – Езжу туда-сюда, каждые пару лет, да вот решил тут остаться на годик, может.

Эта часть показалась Петру странной, он слегка наклонил голову, пристально наблюдая за стариком.

«Странно очень», – промелькнуло у него в голове.

– Странно согласен, просто не могу место себе найти, – резко сказал старик, даже с некоторым раздражением.

Пётр удивился такому ответу, словно старик прочитал его мысли.

За окном тучи уже полностью закрыли небо, укутав деревушку во тьму. Где-то вдалеке прогремел гром, приближаясь.

«Надеюсь, быстро пройдёт».

Старик резко встал, поставил кружку на столешницу:

– Пойдём, покажу, где будешь спать.

Пётр, допив кофе, последовал за ним.

Комната оказалась маленькой, но уютной. В ней было тепло. Старик подошёл к окну и закрыл шторы.

– Спасибо большое ещё раз, – сказал Пётр.

Старик вышел и вернулся с подушкой и одеялом:

– Не благодари, сынок. Ты по делу приехал, да ещё в незнакомое место. – Он протянул вещи. – Главное, хочу помочь тебе с делом.

Пётр, взяв вещи, спросил:

– Помочь? Вы что-то знаете?

– Знаю? Я знаю, кто и где живёт, вот и всё, помогу чем смогу, – ответил он с энтузиазмом.

– А, точно, – немного смущённо засмеялся Пётр. – Как вас звать-то? – спросил он, но старика уже не было в комнате. Пётр лишь услышал пожелание спокойной ночи и звук закрывающейся двери.

Пётр остался один. За окном резко начал лить дождь, капли сильно стучали по окну и крыше.

Он пожал плечами и лёг на кровать. «Надеюсь, дождь будет несильный», – подумал он и закрыл глаза, отпуская себя в мир грёз.

Глава 4 – Следы

Проснувшись, Пётр заметил, что дверь в его комнату приоткрыта. Шторы были распахнуты, а за окном лился лишь тусклый пасмурный свет.

Встав с тёплой, словно зовущей поспать подольше кровати, он увидел во дворе Старика. Тот стоял и смотрел вдаль, в сторону дома, где нашли мёртвое тело юной девушки. Руки его были заложены за спину, и он покачивал головой, словно в такт биению собственного сердца.

– Проснулся? Давай завтракать, – резко и громко сказал Старик, чтобы его голос прошел через стены и окно дома.

«Как он это сделал?» – мысленно удивился Пётр.

Подойдя к своей одежде, аккуратно сложенной на табуретке у окна, Пётр заметил, что его бумажник лежит поверх всей одежды, а оттуда торчит краешек фотографии.

На фотографии было двое человек, Петр и его жена Аня.

Счастливая, тёплая фотография, от которой веяло ярким прошлым. А сейчас – лишь напоминание о ране, что всё ещё сочится кровью.

Одевшись и посмотрев телефон в надежде на появления сигнала, он огорчился, сигнала всё ещё нет. Выйдя из комнаты, он подошел к столу и положил телефон с краю садясь на стул.

Старик в это время уже копошится на кухне.

– Почему вы без моего ведома открыли мой бумажник? – спросил Пётр.

Старик резко остановился, но, словно пытаясь забыть о содеянном, продолжил своё занятие.

– Слушайте, нельзя брать чужое, – сказал Пётр. – Впредь хотя бы спросите.

Старик повернулся с целой тарелкой нарезок и поставил её на стол.

– Извини, больше не буду, – невинно сказал Старик. – Но ты не переживай, сынок, боль эта пройдёт, – уверенно произнёс Старик с лёгкой улыбкой на лице. – Они в лучшем мире.

Петра немного удивил комментарий Старика.

Старик, кряхтя сел на стул, пододвинувшись ближе к столу и принялся делать себе бутерброд.

– Ну, приятного аппетита, – мягко сказал Старик и начал кушать.

– Прощаю, но правда, впредь просто спросите. – сказал Петр и тоже собрал себе бутерброд: сначала масло, потом колбаса, сверху – сыр.

– И вам приятного аппетита. – сказал Петр и откусил бутерброд и его словно вернуло в беззаботное детство. – Ммм, давно я такой вкусный бутерброд не кушал, – сказал Пётр и растаял на стуле.

Старик заулыбался.

Некая теплота окутала Петра. Ностальгия светлого прошлого.

Но тут резко картина в его голове переменилась, на серое, даже темное, образ мертвой Марии образовался. Тяжело выдохнув, он продолжил кушать и попивать горячий кофе.

Но, главное, что сегодня он уже уедет, скоро приедут свои и передадут дело другому отделу.

– Ну, что, Петя? Что-нибудь приснилось? – спросил Старик.

– Да нет, – ответил Пётр. – Сразу же уснул, даже не помню, как ахах.

Старик утвердительно покивал и продолжил кушать.

– А как вас зовут то? Вчера вы просто испарились ночью.

Старик сидел жевал и пристально смотрел в окно.

– Да зови как хочешь, ехех, – засмеявшись ответил Старик. – Ну, наелся?

Пётр кивает в ответ и делает последний глоток кофе.

– Слушайте, вам правда не стоит помогать, вы и так меня приютили, накормили. – говорит Пётр. – Я очень благодарен вам за это, но мои вот скоро приедут.

– Навряд ли. – сказал Старик. – Дождь проливной прошел, ливень. Дорогу смыло. Вон, посмотри в окно.

Петр подошел к окну вплотную. Вначале ему показалось, что ничего не изменилось, но, всмотревшись, он различил сильно размокшую дорогу.

А в это время Старик уже накидывает на себя старую, но чистую куртку. – Делать мне всё равно нечего, так что давай пошли, – кряхтя, он выходит из дома. Пётр сразу же выбежал за ним. Старик стоял и смотрел снова в ту же точку, что и во дворе. – На, накинь, холодно, – протягивает Старик правую руку, в которой он держал будто бы только что купленную куртку такого же оттенка, как и штаны у Петра.

Пётр берёт и надевает – сидит как влитая. Но он не придал этому значения.

– Да вроде бы не сильный был. – говорит Петр, проходя к калитке, и там, он замечает, что везде грязь. От вчерашней сухой и пыльной дороги ничего не осталось.

– Я же говорил, – говорит Старик, проходя мимо Петра. – Давай, пошли посмотрим, чем я могу помочь. Петр тяжело выдохнул и потянулся за телефоном в карман, но там его не было. – Я сейчас догоню вас, телефон оставил! – крикнул он Старику. Но Старик продолжил свой путь.

Он забежал в дом и не находит его. На столе нет, в комнате нет. – Странно, а да ладно. – махнув рукой он говорит и выходит из дома, ведь правда, связи нет, так что он тут не нужен. «Потом приду и найду.»

Пётр догоняет Старика, и они идут по грязной, слякотной дороге. Дождь прошёл такой сильный, что от былой пыльной дороги и следа не осталось. «Чёрт, с такой дорогой они будут ехать долго», – пронеслось в голове у Петра.

Приближаясь к дому Потаповых, Старик остановил Петра: – Слушай, Петя, давай ты говори, вдруг он думает, что я ну, это я виноват, – промолвил Старик.

– Да, да, конечно, – ответил Пётр.

Подходя к калитке, они видят, как дверь резко открывает Коля. – И где все? Где они?! Моя дочь уже лежит двое суток! А вы и пальцем не двинули! – громко, почти орёт Коля. Слышно, как ком в горле становится всё больше и больше. Голос его практически пропадает. Пётр сочувственно слушает его, ни разу не перебивая. – Почему молчите!

– Я глубочайше приношу извинения. Мы во всём разберёмся, и все приедут до конца дня. Из-за непогоды они задержались, – чётко, но мягко заверил Пётр. – Можем пройти?