Глава 6. Что дальше?

Тело опознали быстро. Это оказалась малолетняя Павлова Дарья. Заявление о её безвестном исчезновении поступило двумя днями ранее в милицию одного из районных ОВД. Ребёнок пропал из посёлка, расположенного почти в двухстах километрах от областного центра. В те времена не спешили с возбуждением уголовных дел по данным фактам, поэтому все сведения об исчезновении были сконцентрированы в материале проверки у сотрудника подразделения по делам несовершеннолетних и даже не переданы в уголовный розыск. Ситуация изменилась после обнаружения трупа.

– В общем, так! – твёрдо отчеканил Сергей Николаевич, вызвавший в свой кабинет Варяга. – Съезди в район, где пропал ребёнок. Посмотри, что там насобирали.

– Товарищ полковник, я ж работаю в подразделении по раскрытию преступлений прошлых лет, а тут – свежее дело!

– Ты волей-неволей к нему уже подключился и имеешь информацию по трупу. Объяснять новому – терять время. Собирайся.

– Есть!

Пришлось начинать сначала. Выписана командировка, и Опер поехал, согласно распоряжению руководства. В самом населённом пункте милиции не было. С операми встретились в районном ОВД. Приехал, представился, познакомился с местным сотрудником розыска по фамилии Никифоров. Разделений на отделы и линии работы в районе не было. Опера были универсальные. Занимались всем, от краж до криминальных смертей. Убийства были редкостью, в основном на бытовой почве. Дело Даши вызвало естественный резонанс.

– Рассказывайте, – начал Опер Главка.

– Мне кажется, это вы должны мне рассказать! У вас больше информации, и труп у вас в столице области, – удивился капитан Никифоров.

– Верно, по убийству – да, по исчезновению – нет. Девочка пропала из посёлка. Преступник начал отсюда. Закончил у нас. У нас – я знаю. Меня интересуют обстоятельства исчезновения.

– Ребёнок пропал. Бабушка обратилась в милицию. Материал зарегистрировали. Занимался инспектор отдела по делам несовершеннолетних. Вчера материал передали нам. Мы толком-то не занимались, к обеду стало известно о трупе. Прокуратура затребовала документы. К вечеру увезли. Насколько мне известно, сегодня утром материалы уехали к вам, в область. Дело у вас возбудили. Следак допрашивал вчера бабушку и какого-то мальчика с родителями.

– Обстоятельства вы мне расскажете?

– Тут и рассказывать нечего. Девочка в посёлке не проживала. Приезжала к бабушке на каникулы. Живёт в областной столице. Каждый год летом приезжает отдыхать. Получается, уже три дня назад, в первой половине дня, уехала от дома бабушки на велосипеде. К обеду не вернулась. Бабушка пошла её искать. Не нашла. Позвонила матери, и та к вечеру вызвала милицию. Зарегистрировали материал. Передали инспектору. Она позавчера съездила в посёлок. Провела осмотр, опросила старушку и мать. Опросила местных и временно проживавших там ребят. Установила мальчика, Павла, знакомого Даши, его опросила. Получается, последним исчезнувшую живой видел этот мальчик. Они расстались у магазина. Паша поехал домой, а девочка в противоположном направлении. С его слов, Даша хотела ехать к разрушенному монастырю. Инспектор туда ходила, но ничего не нашла. Оформила справкой.

– Восстановим хронометраж: 5 июня Даша на велосипеде утром уезжает из дома. Ближе к полудню у магазина встречается с Пашей, затем уезжает в сторону монастыря и пропадает. Бабушка её ищет, вечером звонит матери, последняя сообщает в милицию. 6-го инспектор приезжает в посёлок, делает осмотр дома, опрашивает приехавшую мать, бабушку, знакомых ребят, Пашу и осматривает монастырь. 7-го передаёт материал вам. Так?

– Так.

– А вы?

– А что мы? Утром вчера машины не было, а к обеду сказали, что в области тело нашли, и это точно она. Мы материал в прокуратуру увезли, людей доставили им для допроса.

– Это всё?

– А что вы от нас хотите?

– Я хочу, чтобы вы хоть что-то сделали, направленное на установление преступника. А вы – как стажёры, материал доставили да свидетелей. Тело в области нашли, дело возбудили, вы и успокоились. Хер ли вам?! Тело-то не у вас на территории!

– Почему вы так со мною разговариваете?

– Как так?!

– Грубо. Вот как.

– А как с вами говорить?! Опера, блин. Только и можете, что пятого октября на празднике песню «Прорвёмся» орать?!

– Да пошёл ты. Учить меня приехал, – Никифоров хлопнул дверью и вышел.

– Да ты сам уже пошёл, – вслух выругался Опер.

Выпросить машину у начальника отдела не составило труда. Опер нашёл старшего лейтенанта – Иванову, инспектора ПДН, заехали в прокуратуру, следак уже был готов, и выехали в посёлок. Мать не застали. Уехала в область, допрашивалась в прокуратуре там. С трудом удалось пообщаться с бабушкой, уже знавшей об обнаружении тела. Женщина находилась в сильно подавленном состоянии. Ничего существенного дополнительно установить не удалось. Дашу характеризовала хорошо. Ребёнок был не избалованным, не капризным. В меру шустрым. Общительным. С бабушкой был полный коннект в отношениях. Случаи долгого отсутствия дома были не редкостью. Даша была самостоятельной и общалась со всеми ребятами в округе, ездила на своём «двухколёсном коне» на речку и в лес. Бывало, ночевала у подружек, но всегда отпрашивалась заранее. Сотового телефона не имела. Пятого числа бабушка ждала внучку к обеду, потом пошла по посёлку. Обошла ребят. Кроме Паши, никто её не видел в тот день. Мальчик рассказал о встрече у магазина, что подтянул гайки механизма и что она звала его к разрушенному монастырю. Бабушка ходила и туда, потом вернулась домой и ждала девочку до вечера. Позвонила матери, которая приехала к ночи. Ещё раз вместе ходили по домам и говорили с людьми. Мать сделала сообщение в милицию. Правоохранители провели повторный осмотр дома. Спальное место, домовые пристройки, баню. Нашли Пашу. Всё то же: встреча, разговор, гайки, два подарка, собиралась к монастырю. Ничего при встрече интересного не рассказывала, ни с кем он её не видел. Уговаривала поехать с ней. Он отказался. Зачем к монастырю? Мальчик пояснил, что среди ребят гуляет слух о привидениях в заброшке. Даша хотела проверить. Искал подружку с ребятами после информации от бабушки, что Даша к вечеру не пришла домой.

Паше о смерти подружки не сказали. Группа поехала к магазину. Опросили продавца, переговорили с местными, пришедшими за покупками. Доехали до монастыря. Спуск к строениям был изрядно вытоптан и позволял добраться беспрепятственно к цели. Прокурорский и инспектор потоптались и вернулись к машине. Опер полез по кирпичам. Удалось найти свежую, выцарапанную на кирпиче надпись. Имя – Даша. «Значит, ребёнок был здесь! Значит, доехала до монастыря!» Решили сделать осмотр места. Нашли понятых. Дополнительно из отдела вызвали эксперта и других сотрудников. Малой цепью пошли по кустам. В нескольких метрах, в кустах, был обнаружен красный велосипед. Эксперт изъял отпечатки. Судя по размеру – детские. Пока собирались, прочесывали растительность, зафиксировали всё в протоколе, сфотографировали, описали и упаковали в бумагу велосипед, наступил вечер. Собрались в местной прокуратуре. Обсудили результат. Договорились, что на следующий день начальник отдела выделит десятерых сотрудников и организует дополнительную проверку местности и опрос максимального количества людей в посёлке. Собранные материалы прокуратура передаст в столицу области.