– Как ты смог приручить кошку в лесу? – задал вопрос человек в балахоне.

И что ответить?

– Не знаю, – не скрывая, ответил я. – Как-то само получилось.

– Дай мне руку!

Я протянул ему правую руку ладонью вверх, и глаза мои начали округляться. От моей ладони прямо к ладони незнакомца потянулись золотистые извивающиеся нити. Нити между ладоней, значит, это именно магия. Просто ранее я не видел такого, вот и думал, что у меня получается все делать силой мысли. Значит, я могу магичить. Вот только как? Непонятно. Возможно, все же силой мысли я заставляю эти самые нити делать то, что мне надо? Блин, без объяснений я тут с ума сойду.

– Тебя-то я и искал всю свою жизнь. Как и рассказал Орген, ты явился сам, из другого мира, уж в этом-то тебя точно не было. Явился неожиданно и сразу заявил о себе… – Незнакомец говорил будто сам с собой, но я внимательно слушал. – Как же удачно она принесла тебя ко мне…

– Кто вы? – сумел наконец я взять себя в руки.

– Мое имя ничего тебе не скажет, пришелец. Сведи вместе ладони, а затем медленно разводи их в стороны.

Я проделал все, как приказал незнакомец, и обомлел. Между моими ладонями опять потянулись нити. Испугавшись, я резко развел руки в стороны и опустил вниз.

– Не бойся, избранный. Это, – человек указал на нити, появившиеся между его ладонями, – твой дар, дар избранного. Меня зовут Крэл, когда-то, когда я попал в этот мир, я также был избранным. Ты – мой последователь.

– А что мне делать? – Только это почему-то пришло мне в голову.

– Пока только учиться, ты еще не можешь ничего. Способности есть, но без знаний это всего лишь игрушки. Мы попадаем сюда нечасто, поэтому для меня действительно удача, что мы встретились. То, что ты можешь делать, скорее всего, от прошлого владельца тела.

– Что, совсем ничего? – как-то даже расстроенно проговорил я.

В следующий момент незнакомец свистнул, и я даже не понял, как кошка смогла так быстро вскочить и развернуться. Человек в балахоне дотронулся до кошки и указал на меня пальцем. Та кинулась прямо из положения, в котором находилась. Уже лежа на земле и чувствуя, что нужно закрыться от челюстей зверя, я вновь выставил ладони. Кошку вновь как будто выключили, а когда я ткнул пальцем в незнакомца, та бросилась на него, но также замерла.

«Ты чего?» – послал я сигнал кошке, но ответа не последовало.

– Ха-ха. А ты способный малый, Орген точно не ошибся. Вставай, идем со мной. Раны твои я подлечил, наберешься сил – сам закончишь.

Старик был чему-то рад, и меня не оставляла надежда, что рад он именно моим возможностям.

– Кто такой этот Орген?

– Да один прохвост, что скрутил тебя и отдал в рабство. Он слабый, но у него есть сильные амулеты, вот ты и не смог ему воспротивиться.

А, так это тот козел, маг хренов, что меня сдал. Я запомню.

Попробовал встать, вышло неплохо, и я последовал за Крэлом, хоть ничего и не понимал.

– Ранию возьми с собой, она к тебе привязалась, ты ее хозяин теперь, – донеслось до меня.

– Ранию?

Я поглядел на кошку, а та, усевшись как настоящий котенок, смотрела на меня.

– Ну, пошли тогда, Рания!

Фига себе хозяин и питомец!

«А что же ты бросилась на меня, если привязалась ко мне?» – подумал я.

«Я не могу сопротивляться жрецу, пока ты сам не стал сильным», – пришел ответ от кошки.

Ага, ясненько, надо иметь в виду, что ее могут вот так попросить меня сожрать. Но ничего, я тоже многому научусь, если старик не врет.

Мы двигались по лесу ужасно долго, я сбил ноги о постоянно попадающиеся корни деревьев, вылезшие на поверхность земли, но Крэл все не останавливался. Мелькнула мысль: «Раз я какой-то избранный, да еще и останавливаю буквально подсознанием явную агрессию, может, и дальше будет все хорошо?»

Мы брели по лесу и кустам, наверное, целый день, я ужасно проголодался, но не показывал виду, хотя мой желудок выдавал себя с головой. А о ногах я позаботился: вспомнил, что вообще-то могу залечить раны, и залечил, вызвав у Крэла еще большее удивление. Он пробубнил что-то типа: «Быстро же он восстанавливается…» Я ничего не ответил, делая вид, что не слышу.

– Уже скоро, немного осталось, – произнес идущий впереди Крэл.

После этих слов старик как-то резко приблизился и положил свою ладонь мне на глаза. Что произошло, я не понял, сознание просто вылетело из меня.

* * *

Очнулся я на берегу реки и, обернувшись на шум, увидел отплывающую лодку. Точнее, это был маленький кораблик под парусом.

– Где я?

– Я решил, что ты устал, да и не нужно тебе знать, где я живу. Зато теперь мы уже пришли, мы почти дома. Скоро тебя накормят, и ты сможешь отдохнуть.

И точно, буквально через час мы оказались возле каменного забора высотой метра три. В одном месте была сделана небольшая калитка, и незнакомец, потянув за ручку, открыл дверцу и впустил меня. Когда я очутился за забором, моему взору предстал прекрасный сад, а невдалеке виднелся дом – белый, каменный, в два этажа, с балконом под крышей.

В одно мгновение прямо передо мной оказалась еще одна кошка, черная как смоль, явно желающая на меня напасть. Я не успел ничего сделать, только уловил движение сбоку.

– Крея, он безобиден, иди.

Кошка послушно повернулась и, фыркнув, убежала прочь.

– Кошки – наши самые преданные друзья и защитники. Мало кто из зверей может бросить им вызов, – пояснил мне Крэл. – Когда они находят своего хозяина, они живут с ним до самого последнего дня – неважно, человека или кошки. Пока Рания с тобой, ты защищен. Идя в деревню, ты по незнанию отпустил Ранию, она выполнила твою просьбу и осталась в лесу, поэтому тебя и смогли захватить стражи. Вряд ли Орген смог бы заставить ее подчиниться, но всякое может быть. Пока я не понял, как ты без обучения смог воздействовать на нее, но есть одна мысль.

– А почему эти люди так повели себя по отношению ко мне? – спросил я.

– Как я слышал, ты убил кого-то из дворянского рода, и тебя собирались казнить путем отсечения поочередно рук, ног и головы. Голову рубят в последнюю очередь. Откуда-то узнав о твоих скромных возможностях, они пригласили Оргена, он жрец наместника. В принципе, правильно сделали, иначе ты вырезал бы их всех, так?

– Так они сами начали, заставляли сандалии лизать. Да и не убивал я его. Нет, он бы все равно умер, конечно, но кошка, Рания то есть, отгрызла ему голову. А этих тварей я все равно вырежу вместе с этим вашим Оргеном.

– Все верно, она посчитала нужным сделать это, ты не возразил, она и сделала. Орген не мой, он принадлежит наместнику. Сейчас ты не смог бы сделать ему ничего серьезного, а что будет потом, неизвестно.

– Так что, мне вообще к людям теперь пути нет? – осторожно спросил я и поглядел на Крэла.

– В ближайшие три года ты не выйдешь за пределы этой территории. Можешь, конечно, попытаться, но все одно не выйдет.

– А зачем я вам? Чему вы хотите меня научить?

Это было более чем странно. Зачем имеющему такие способности человеку обучать своему искусству мальчишку?

– Не научить, а открыть тебя. Сила у тебя есть, нам нужно ее открыть и развить. Я буду не учить, а передавать тебе знания. Просмотрев твою память, я узнал все о твоей жизни. Довольно скучная, надо заметить, она была. У меня свои интересы, когда-нибудь ты все поймешь.

Мы сидели на удобной скамейке возле небольшого пруда почти до ночи. В голове после короткого рассказа о мире и магии созрела отчетливая идея фикс – изучить все, что дадут. Это же как в сказке – интересно, аж жуть берет. Какие возможности, что я смогу, когда выучусь! О том, смогу ли я вообще это сделать, я даже не думал. Обязательно осилю!

Наконец Крэл повел меня в дом и, накормив, показал комнату, что предназначалась мне. На все мои вопросы о том, для чего мне знания и сила, он отвечал лишь, что, когда придет время, я все узнаю.

Оставшись один, я решил попробовать свою силу вновь и стал лечиться. Зарастил буквально все, что мне ломали, резали и жгли, пока я был рабом, а также рану от зубов кошки. Закончив, упал на довольно мягкую и удобную кровать и просто вырубился. Снились мне родные, жена, дочь.

Проснулся посреди ночи в холодном поту, рядом сидела Рания и лизала мне руку. Не заметил, как успокоился и вновь уснул.

А с утра началось веселье. Мы с Крэлом разместились в чем-то похожем на библиотеку и полдня просидели за огромными кипами старинных фолиантов. Я узнавал о том, что это вообще такое – миры.

Об их количестве Крэл сказал просто:

– Миров не счесть. Их столько, сколько сможет открыть избранный. Сейчас ты в этом мире, но если ты на самом деле тот, о ком я думаю, то впоследствии ты откроешь и другие, возможно те, о которых и я не знаю. Так же, как неисчислимо время, неисчислимо и количество миров. Нет никакихкогда, где и как. Только от возможностей избранного зависит, где он и когда. Ты можешь быть здесь, а найдешь способ – попадешь в будущее, причем это будет не этот мир или твой прежний. Как я и говорю, их не счесть. Куда ты сможешь открыть дверь, не знает никто.

– Учитель, а я смогу вернуться в свой мир? – задал я терзающий меня вопрос.

– Я не смог, хотя и хотел не меньше твоего. Видимо, как говорят знания, – указал Крэл на книги, – там твое существование закончилось. Дух перешел в другое измерение, и ты обрел новую жизнь.

– А можно еще вопрос?

– Слушаю тебя, – кивнул учитель.

– Сколько вам лет?

– Ты хочешь знать, сколько у тебя времени на поиски?

– Ну да, – смущаясь, ответил я.

– Пока не найдешь ученика, нового избранного, достойного дара силы. Я искал почти пятьсот лет по тому измерению, каким привык считать ты. Попадались мне за эти годы разные люди, но таких, с врожденным даром силы, еще не было. Поэтому ты здесь.

– Ни хрена себе! – не удержавшись, воскликнул я. – И что я делать-то буду все эти столетия?!

– Тебе дан такой мир! Хочешь – развивай этот, захочешь – найдешь другой. Я нашел этот мир, когда он был еще в зачаточном состоянии. Здесь первые люди ели других людей, жили в пещерах.

– Это ж как первобытный строй у меня на планете. А кстати, что это за планета?

– Тут еще нет такого понятия. Люди в большинстве не знают, что в космосе есть другие планеты и миры. Нельзя просто взять и сказать им, как обстоят дела: они не поймут. Предвидя твои мысли, скажу так: все развивается своим чередом. Чтобы тебе было понятней, объясню. Если бы на твоей планете кто-то в пятнадцатом веке попытался бы заставить людей строить космический корабль, что бы произошло?

– Так у нас так и было. Всегда находились какие-то пророки, что предвидели развитие и пытались хоть как-то изменить мир. Так их на кострах сжигали.

– Вот! Это тоже были избранные, но плохо усвоившие уроки своих учителей. Нельзя перепрыгнуть через то, что должно обязательно произойти. Ты будешь жить в этом мире, будешь бывать в разных его закоулках, находить способных людей и помогать им приносить в этот мир то или иное изобретение. Кто-то сможет, кто-то нет, всегда так было и всегда так будет. Если повезет, может, ты даже сможешь дожить до открытия космоса и других планет. А если нет, сделаешь, что сможешь.

– Так какой примерно уровень развития у этого мира? – озадаченно спросил я.

– Судя по полученным тобой когда-то знаниям, примерно семнадцатый век твоего мира. Порох тут известен. Ты не суди о мире в целом, увидев только один поселок. Мы, кстати, вообще на острове сейчас. Остров далеко от цивилизации. На материках жизнь другая. А убил ты, между прочим, сына одного из наместников этого острова, ставленника монарха крупной империи.

– И тут наглы какие-нибудь, куда без них. Наверняка и Израиль найдется! – почти выругался я.

– Тут много чего есть, – не понял меня Крэл и продолжал: – В книгах ты найдешь большую часть ответов на волнующие тебя вопросы. Я буду бывать тут редко: как говорили у тебя на родине, буду принимать экзамены, а твое обучение будет самоподготовкой. У меня своих дел много, они сами себя не закончат.

Крэл исчез через неделю. Но скучать мне не приходилось. В библиотеке было такое количество знаний, что спал я всего по пять, иногда шесть часов. Все требовало изучения и практики. Я старался делать все, что было сказано в книгах знаний, и получалось очень хорошо.

В поместье Крэла была прислуга, работали три женщины и три мужчины. Женщины готовили еду, стирали белье и убирали дом. Мужики делали все остальное, причем нередко помогая и женщинам, которые, кстати были их жены. Крэл познакомил меня со всеми на следующий день после того, как я тут оказался. Пока он сам был здесь, я к ним не совался, но, встречаясь, отмечал их благодушное ко мне расположение. Детей у этих семейных пар не было, хоть они и были уже в возрасте: в самой молодой паре обоим супругам было по сорок лет. Как рассказал Крэл, детей они иметь просто не могли: не хотели, когда были молодыми, а теперь уже и вовсе не думают. Для меня это было несколько странно, но, в принципе, я не придавал особого значения этому обстоятельству.