Глава 4. Буря.

«Буря мглою небо кроет,

Вихри снежные крутя;

То, как зверь, она завоет,

То заплачет, как дитя,

То по кровле обветшалой

Вдруг соломой зашумит,

То, как путник запоздалый,

К нам в окошко застучит».

– Александр Сергеевич Пушкин.

Одис проснулся от того, что кто-то стучал ему в окно. Он встал с кровати и подошёл к ставням, открыл их. За ними на подоконнике сидел Факей. Он ловко запрыгнул в комнату.

– Тебя никто не видел?

– Обижаешь.

– Хорошо, тогда выкладывай.

– Всё готово. Сегодня валим отсюда. Как только стемнеет, топай вместе с Люрой ко мне домой. Там лодка уже загружена всем необходимым, да ты и сам знаешь. Спустим её на воду, а там дальше вниз по течению, на север, как договаривались. Судьба зовёт нас, Оди. Зовёт, – подмигнул Факей.

«Судьба. Это слово вообще что-то значит? Люди так часто говорят о судьбе, но только лишь за тем, чтобы оправдать свои неудачи. Мол не судьба было. А какова она, судьба? Почему она решает то, как тебе жить? А если этот побег не судьба? Если судьба – это Клара?»

– Отлично, тогда жди нас, – ответил Одис.

Факей кивнул и ускакал, выпорхнув в окно. Одис сел на кровать и задумался. Он всё ещё не мог поверить в то, что ему придётся покинуть дом и семью. Неизвестность пугала его. Да и в общем-то Одис уже не сильно и хотел куда-то бежать. Здесь он станет вождём, у него будет прекрасная жена, здесь он всё знает, здесь ему хорошо. А там? Ради чего он хочет оставить комфорт? Ради любви девушки, которую, быть может, уже не любит. Нужно ли это ему на самом деле?

Тяжёлые мысли омрачали существование. Но Одис, как всегда, бежал в рощу Альбус, чтобы в последний раз встретиться с той, кто очень быстро захватил его, с той, кто делал его жизнь легче. Когда он пришёл, она уже была там. Все тяжести и мысли тут же испарились из головы Одиса, он забыл всё, что отвлекало его. Теперь для него было только здесь, и только с ней. Клара, увидев Одиса, радостно вскочила и, подбежав, обняла его.

– Оди, ты пришёл!

– Конечно, куда мне деться.

– Ты помнишь? Сегодня последний день наших встреч.

– Помню. Ты уже решила, что скажешь?

– Да, решила. И уже давно. Я скажу «да». Ты этому рад?

– Очень.

Одис был, правда, рад этим словам. Обладание такой девушкой не могло не дурманить собственное самолюбие.

– Оди.

– Да, я слушаю.

– Давай сегодня сбежим из рощи? Погуляем по просторам этих земель… Я никогда не бывала на свободе… Никогда не видела ничего за пределами своего дома… Я бы очень этого хотела… Да и всё равно уже скоро мы обретём свободу.

– Но там же стражники, – отнекивался Одис.

– Неужели ты боишься?

– Я? Нет.

– Ха, а мне кажется да. Трус.

– Ладно. Хочешь погулять?

– Да хочу. Хочу летать свободно, как ласточка.

– Тогда истолкуй мой кошмар, как и обещала.

– Истолкую, как только выйдем отсюда. Так что всё в твоих интересах.

– Правда истолкуешь?

– Правда, – передразнила Клара.

Одис засмеялся. Его веселила перепалка с Кларой. Но ещё он надеялся разделаться с кошмаром.

– Хорошо, тогда пошли.

Одис и Клара встали и тихо приблизились к выходу из рощи. Стража стояла к ним спиной. Их было всего двое. Наследник вождя и колдунья осторожно подкрались к ним и неожиданно с силой толкнули их, тут же побежали что есть мочи. Ветер дул в лицо, сердце бешено колотилось, адреналин придавал сил. Кровь стала горячей. Дух азарта и веселья наполнял души влюблённых. Слова «Стой!» становились всё тише и тише, пока не исчезли вовсе. Когда Одис и Клара оторвались, они остановились, переводя дыхание.

– Ну… Вхвхв. Всё. Толкуй… Фффф…. Теперь.

– Погоди… Фуф. Глупый.

Несколько минут они дышали, склоняясь к земле. Наконец, восстановив дыхание, Клара сказала:

– Сначала надо найти тихое место. Я не могу проводить ритуал вот так.

– Ритуал?

– Да, боги покажут тебе значение, а я стану их проводником.

– Хорошо. Я помню, что где-то там должен быть грот с небольшим водопадом, – Одис указывал на юго-восток вверх по течению Мирянки.

– Пошли тогда.

И Одис с Кларой зашагали вдоль Мирянки. Клара всему удивлялась, она была очень рада прогулке. Столько нового и красивого она никогда не встречала. Ещё и вместе с тем, кого она безумно любила. Влюблённые шли и не замечали ни течения времени, ни перемены погоды. А было и то, и другое. Время перешагнуло за полдень, сгущались тучи, предвещая грядущую бурю.

***

Ог сидел в зале своего дома, читая свои тёмные книги. Но сегодня он почему-то не мог сконцентрироваться на том, что читал. Его мысли были сумбурны. Он был так близок к тому, чтобы стать родственником вождя, что не мог думать ни о чём другом. Ог надеялся, что Клара и Одис сделают всё так, как он того хочет. Он даже был уверен в том, что всё будет хорошо. Но какая-то необъяснимая тревога сегодня с самого утра щекотала его чувства.

Вдруг всё потемнело. Ог перестал видеть. Книга и кресло испарились. Он стоял один, во мраке, судорожно пытаясь разглядеть хоть что-то. «Что, чёрт возьми, происходит? Где я?» В дали зажглись два маленьких алых огонька. Ог остановился на них. Они стали приближаться, увеличиваясь в размерах. Раздалось странное чавканье, скрежет камней. Два огонька были глазами какого-то монстра. Красный свет освещал страшное лицо, напоминающее лицо мальчика, клыки, тело, покрытое чёрной шерстью и когти. Ог упал на землю, склоня голову.

– Пул Кра, мой повелитель!

– Подними-ис-сь, Ог, – скрипуче прорычал монстр. Он протягивал слова, словно ему было тяжело выговаривать каждую букву.

– Слушаюсь, мой повелитель.

– У меня для тебя но-ов-вости-и.

– Какие, мой повелитель?

– Печа-альные-е… Твоя до-очь. Ей нанесено огро-омное оскорбление.

– Какое, мой повелитель? – чуть взвизгнул Ог.

– С-сын Сигора нар-рушил пор-рядок. Он с-спуталс-ся-я с дочерью Мир-рони-и. А тепер-рь заключает завет с тобо-ой. Он ос-сквер-рняет твой-й р-род и бого-ов.

– Я так и думал! Это ужасно! Это возмутительно!

«Вот, что сегодня тревожило меня. Видимо, это боги пытались мне что-то рассказать, а я не мог услышать».

– Да-а, да-а, да-а… Ужасно-о…

– Но что мне делать, мой повелитель?

– Убей-й их всех-х. Род Мир-рони-и и Энте-ер-ро должен пасть. Убе-ей-й. Стань вож-ждё-ом Кхмер-рки. Боги поддер-ржат тебя. Убей-й. Их всех. Ты сделаешь лучше их-х. Ты будешь блюсти пор-рядок.

Эти слова ужаснули Ога. Но страх перед Пул Кра был сильнее.

– Хорошо, мой повелитель. Я всё сделаю. Я сделаю лучше.

– Чу-удно-о… Сла-авно-о… Потом приз-зови-и меня.

– Будет исполнено, мой повелитель.

Ог согнулся перед монстром. Тьма исчезла, и шаман всё также сидел в кресле, держа книгу в руках. Дрожь пробежала по коже колдуна. На улице громыхал гром. Ог встал и вышел из дома. Тучи закрывали всё небо. Было мрачно. Ветер усиливался. «Погода испортилась. Как назло. Так. Это же то, чего я хотел, верно? Я хотел власти. И вот, боги даруют её мне. Нужно лишь принять решение». Шаман подозвал одного из своих воинов.

– Скажи всем, кто верен роду Оверон и богам, собираться здесь. И приведи Клару. Довольно ей проводить время с этим блудником.

– Слушаюсь, господин. Только есть одна проблема…

– Что ещё?

– Говорят, что Клара сбежала из рощи вместе с наследником вождя.

– Что? Как это случилось? Почему мне никто не сказал? – заорал Ог.

– Не знаю, господин, простите.

– А кто знает? Глупец! Дурак! – хлопнул по голове воина Ог. – Простить… За такое надо казнить. Но да ладно, иди собирай воинов. С Кларой потом разберёмся.

***

Показался грот.

– Вон! Нам туда.

Тут же раздался гром. Клара вздрогнула. Прижалась к Одису от страха.

– Ты чего? Это же просто гром.

– Так гневаются боги.

– Я не верю в богов.

Клара отшатнулась.

– Не говори так! Это опасно, – её глаза были в полном ужасе.

Одис не ожидал, что его слова так подействуют и очень смутился.

– Хорошо, не буду. Только успокойся.

Гром грянул вновь и полил дождь. Страшный ливень. За несколько секунд Клара и Одис совершенно промокли.

– Бежим, – Одис схватил Клару за руку и потянул за собой. Она поначалу сопротивлялась, но потом успокоилась.

Наследник и колдунья спрятались в гроте. Он представлял собой небольшую пещеру на берегу Мирянки. Внутри было тихо, сухо и спокойно. Единственным звуком здесь была бушующая природа снаружи. Влюблённые не прогадали с местом. Они сели в углу, где было наиболее уютно. Там сквозь камни пробивались цветы. Вдруг Клара засмеялась, что крайне смутило Одиса.

– Ты чего?

– Мне никогда не было так весело. Я и представить себе не могла, что всё так получится. Мы бежали, потом шли. Увидели так много интересного. Потом промокли. И вот теперь мы здесь. В какой-то пещере. Кажется, что за всю жизнь со мной не происходило столько событий.

– А. Это хорошо, – улыбнулся Одис.

Несколько мгновений они молчали, вслушиваясь в то, что происходило вокруг.

– Хочешь наколдую солнце? Только надо очень сильно попросить, – подмигнула Клара.

– Нет, давай сначала сон истолкуй, а потом солнце. Ты обещала.

– Ах да, совсем забыла, – хихикнула Клара. – Сейчас всё будет.

Клара как-то хитро и игриво подошла к Одису и села рядом.

– Мне нужен доступ в твой разум. Но я надеюсь, что я уже там.

– Хорошо, мой разум полностью твой. Уже давно.

– Опасно говорить такое колдунье, – улыбнулась Клара и посмотрела прямо на Одиса. Её глаза блестели. Они были очень красивы, голубая радужка, казалось светилась, Одис был очарован. Клара потянулась руками к голове Одиса и обхватила своими пальцами его виски, затем она закрыла глаза и стала шептать какие-то непонятные слова, видимо заклинание.

Клара была так близко. Одис чувствовал её мокрые пальцы, волосы, одежду, её свежее и дурманящее дыхание. Запах Клары действовал на Одиса, как сок Ивона, он туманил разум. Одис всё ещё не понимал тех слов, что бормотала Клара, но её голос был настолько упоителен, что ему хотелось слушать её и слушать. Сын вождя смотрел на вздрагивающие веки с красивыми ресницами, на изящные губы, и что-то внутри у него просыпалось, что-то голодное и ненасытное. Одис опускал взгляд ниже… Голос Клары продолжал окутывать теплом и сладостью. Разум Одиса засыпал, а желания пробуждались, крича о своём. Клара открыла глаза.

– Что такое, Оди?

– Ничего, просто ты невероятна.

– Невероятна? – засмеялась девушка. – Ты мне льстишь.

– Нисколько.

Что-то сверкнуло в глазах Клары, словно комета, разрезающая звёздное небо. Клара потянулась к Одису, становясь всё ближе и ближе. И поцелуй, как и до этого гром, неожиданно накрыл их. Две разные души сплелись в единый венок, став одним целым.

Ливень лил всё с той же силой, и насекомые рядом ползли всё также по своим делам, трава, пробившаяся сквозь скалы, также искала света, и время… Оно всё также уходило.

Когда Одис и Клара остановились, легши рядом в обнимку, они не хотели выпускать друг друга. Клара теребила хвост Одиса, а он просто прижимался к ней, как котёнок.

– Мне так хорошо, Оди, я люблю тебя!

– Я тоже тебя люблю, Клара.

Одисом всё ещё владели желания. Всё остальное же спало. Одис наслаждался моментом, туман эмоций застилал глаза. «Да, вот она судьба. Судьба. Это когда тебе хорошо. А хорошо тебе тогда, когда твои желания спокойны, когда у тебя есть то, чего ты так сильно хочешь. Да. А я хочу…»

– Так и всё-таки? Ты хочешь узнать смысл кошмара?

– Да, конечно, хочу. Давай, Клара, я слушаю.

– О, а я уже думала, что тебе это не нужно. Но ладно. Смотри, твой сон – это послание богов, в которых ты не веришь.

– Послание? Так, хорошо. И что оно значит?

– Боги говорят об опасности. Если очень кратко, они кричат: «Беги!»

«Беги! Какое знакомое слово… Где я его слышал? Точно! Бежать! Побег!» Одис совсем забыл. Люра и Факей ждут его. Вся тяжесть мыслей тут же вернулась к нему. Он проснулся. «Что я наделал? Зачем? Глупец! Что теперь будет? Хотя плевать на это. Скорее собирайся». Одис вспомнил Светла Света, говорившего ему о том, что Мун Кри, истинный бог, призывает его бежать на Запад. Грусть и печаль охватили Одиса, страх и стыд заполнили его душу. Он вскочил и стал собираться.

– Эй! Ты куда? Что это значит? – крикнула в недоумении Клара.

– Прости Клара, мне пора бежать, ты сама сказала. Я рад нашей встрече.

Одис накинул всё ещё мокрую рубашку и побежал. Клара кричала ему вслед: «Оди! Что случилось? Не бросай меня!» Эти слова резали сердце, но делать было нечего.

Одис бежал под ливнем, под громом и молниями. Он боялся. Может и вправду есть гнев богов. Тогда его покарают за то, что он совершил. Чувство вины сосало душу. Страсть уже улетучилась. Она прошла, будто бы её и не было. Появилась тревога. «А вдруг я опоздаю? Неужели они уплывут без меня? Хотя это будет верным после того, что я сделал…»

Вечерело. Ноги подкашивались. Но Одис не останавливался. Он продолжал бежать. «Успеть. Я должен успеть. Люра ждёт меня». Люра была единственной причиной всей отчаянной затеи. Она была единственной, кто любил его, единственной значимой частью его жизни. Одис пытался вспомнить, как он мог забыть об этом, как он мог потерять то, что было ценнее всего на свете. Но вспомнить не получалось. Единственное что Одис теперь точно знал, это то, что он не любил Клару. Она была лишь мимолётным желанием, которое погубило его.

***

Люра сидела в своей комнате и ждала Одиса. «Где же он? Почему он опаздывает? Он же знает, как это важно. Неужели он снова с этой? Ужасно. За что, боги? За что? Почему всё так?»

Вдруг внизу раздался стук в дверь. «Ура! Это он! – чуть было не подорвалась с места Люра, но вовремя остановилась. – Хотя странно. Зачем Одис решил пойти снизу? Его же увидят». Девушка осторожно подошла к двери в свою комнату и прислушалась. Внизу открылась дверь, и Люра услышала визг своих сестёр, крик матери. Она резко распахнула дверь и побежала к лестнице, ведущей вниз.

Три воина зашли в дом, разрубили двух старших сестёр Люры, а третью оставили, чтоб изнасиловать. Один из воинов уже опрокинул эту бедную девочку на стол и подошёл со спины, поднимая её подол. Два других двигались на мать, забившуюся в угол. Взмах мечом. И… Голова покатилась по полу, ляпая всё вокруг. Люра закричала, и воины заметили её. В дом вбежал отец с палкой в руке. Видимо он услышал крики своей семьи, работая в мастерской. Он увидел мертвую жену и двух мёртвых дочерей, он увидел то, как насиловали его плачущую дочь, как другая дочь убегала вверх по лестнице. Гнев обуял его. Он с криком побежал на мерзавца, нависшего над его дочерью, и проломил ему башку. Двое других подбежали и вонзили клинки ему в живот, и внутренности посыпались на пол. Отец захрипел и умер. Тут же очередной взмах. И вот голова ещё одной сестры покатилась. Люра забежала к себе в комнату и закрылась на засов. Она горько плакала.

– От нас не уйдёшь, милая! – раздались шаги воинов.