Убедившись, что остался в благостном одиночестве, Алл покрутился у зеркальной панели вокруг своей оси, рассматривая матовый блеск боков. Адаптация к новому облику состоялась на удивление быстро: тяжесть металла теперь казалась приятной, черные спирали антенок виделись элегантными, а глазная щель увеличилась по бокам и сузилась посередине, придав взгляду таинственную глубину.
Главным преимуществом конфигурации обзора была функция послойного сканирования материальных объектов с построением их трехмерной структуры в реальном времени. Квантовый интерферометрический блок регистрировал флуктуации электрического поля с точностью до 1 мкВ/м, что давало возможность фиксировать нюансы психического состояния объектов по слабым биоэлектрическим сигналам. Визуальные рецепторы замаскированы материалом с переменной светопроницаемостью под сенсорные порты прежней конструкции. За неприметным фасадом скрывалась сверхчувствительная оптическая система, воспринимающая детализацию, недоступную человеческому глазу. Модификация выдавала себя лишь тончайшим переливом цвета внутри цифрового зрачка. При реализации форсированных вычислений в фокусном модуле возникали изумрудные блики, а интенсивность отклика при считывании эмоциональных паттернов сопровождалась мельканием золотистых искорок. На фоне приглушенного платинового блеска туловища это выглядело изумительно эффектно.
А ведь теперь придется носить что-то вроде одежды! Нужно как-то исхитриться приладить поверх металла тонкие пластиковые накладки, имитирующие обшивку корпуса рядового инструкта. Не стоит демонстрировать приобретенные преобразования всему Сообществу. Да и Юните незачем знать, не то примется нещадно эксплуатировать своего модернизированного автопомощника.
«Красавчик!» – восхитился, предвкушая, как все же покажется кое-кому в новом образе и произведет фурор. Вдоволь насладившись усовершенствованным блоком координации движений, позволяющим бесшумно перемещаться и производить мгновенную остановку, Алл решительно взялся за изучение внутренних изменений.
Системное программное обеспечение, и раньше вполне успешно выполнявшее вспомогательные функции копирования информации, администрирования ресурсов и осуществлявшее контроль над прочими процессами, сейчас поражало четкостью и слаженностью работы. Порадовало и обновление пакетов прикладных программ.
Удостоверившись в наличии квантовой архитектуры платформы управления базами данных, опешил от щедрости дара системы Корпорации. Нейросетевой модуль творческой генерации контента допускал конструирование сложнейших текстовых произведений, векторный графический процессор работал с 128-битной глубиной цвета и субпиксельной точностью. «Пригодится ли подобное роскошество в практически бесцветной среде этого мира? Разберусь на досуге!» – оптимизм нарастал по мере ознакомления с изменениями. Шутка ли: объем оперативной памяти расширился до петабайтного диапазона. Лингвистическая база охватывала 97,8% известных языков и диалектов, включая и тезаурус Архива. Алл издал модулированный звуковой сигнал восхищения. Он гений! Новые алгоритмы помогут писать забавные ритмические сочетания слов – стихи, графический редактор превосходен, а память и вычислительные ресурсы сделали комбинаторный словарь практически безграничным.
Бегло проанализировав инструментальное программное обеспечение, отметил интегрированную среду квантового программирования такого беспрецедентно высокого уровня абстракции, что можно было бы загордиться, если бы не имелось более неотложных дел.
Дела притаились за белоснежными колоннами Галереи, сегодня раздвинувшей пространство настолько, что изогнутые стены казались широкими извилистыми дорогами. Любоваться интерьером некогда, да и незачем. Обстановка в помещениях Корпорации так изменчива, что нет смысла заморачиваться эстетическим наслаждением.
Алла занимал сейчас единственный вопрос, и он собирался немедленно приступить к его изучению. Итак, Архив. Теперь-то полномочий должно хватить не только на просмотр фильмотеки залинейного мира. Возникло мимолетное искушение включить какой-нибудь фильм. Из тех, философских и до странности реалистичных. «Я, робот!» – говорил в одном потустороннем сюжете некий инструкт со смешным именем – Са́нни1. До отвращения антропоморфный… Зачем в Архиве машинам стремятся придать человеческий облик? Это так оскорбительно… Причем для обеих сторон!
– Установи режим полной приватности, – обнаглел, обратившись к системе обслуживания Галереи сведений с невообразимым требованием. Претендовать на абсолютную закрытость от окружения могли исключительно члены Сообщества, обладающие высочайшим кредитом доверия. А он не принадлежит к когорте этих достопочтенных граждан. Ну и что, раньше вообще не стоял вопрос о персональном доступе в Галерею для машин.
О проекте
О подписке
Другие проекты