– И брат Шавката тоже подозревает его, – добавил Зафар.

– А брат Шавката умнее вас двоих? – холодно заметил Нуриддин.

– Не знаю… – пожал плечами Акбар.

– Зато он не левша, – вставил Зафар. – Я проверил. А следовательша говорила: убийца – левша.

– Догадки всё это, – нахмурился Нуриддин. – Доказательств нет. Отпустите его. И лишних разговоров не надо.

– Да вы что?! – вспыхнул Акбар. – Мы же его как рыбу на крючок поймали, а вы – отпустить?!

– Он ведь сбежать хотел! – поддержал Зафар.

– Следите за ним, но пока не трогайте. Пока нет доказательств.

– Но он же наверняка убил! Сколько раз названивал – всё ясно!

– Ничего ясного, – жёстко отрезал Нуриддин. – Если три дня подряд названивал, значит, он не убийца. Такое преступление планируется заранее. Человек готовится. И потом вдруг попадается на обычных звонках? Нет, так не бывает.

– Тогда есть ещё одна зацепка, – сказал Акбар. – Сам Шавкат часто звонил некоему Латифу Лапасову. Тот возил его сына в школу. Может, его взять в разработку?

– Не понимаю твоей логики, – покачал головой начальник. – Тут важно не моё «хочу – не хочу», а доказательства. И ещё: если Шавкат сам ему звонил, зачем тому убивать? Убийца обычно сам звонит, уточняет место, ждёт удобного момента…

Акбар ошарашенно посмотрел на начальника.

– Слушать страшно. Со стороны можно подумать, будто вы убийцу защищаете. Ни тот вам не нравится, ни этот.

– Конечно, не нравится, – резко ответил Нуриддин. – Вы мне ничего конкретного не сказали. А завтра как будете отвечать прокурору, судье, адвокату? Учитесь работать надёжно.

***

Этой ночью Зафар снова ворочался. Снилось одно и то же: отец ушёл и больше не вернулся, он остался один на целом свете…

Рустам же спал мёртвым сном, ничего не видел, ничего не помнил. Утром его с трудом растолкала мать.

А в доме Нуриддина разговор был, как всегда, прохладный:

– Комил встал?

– Спит ещё.

– Разбуди.

– Зачем?

– Возьму с собой. Пусть покажется в отделе кадров, может, возьмут на службу.

– Но он же говорит, что хочет петь… певцом быть.

– Певцом?! У нас в роду ни одного артиста не было! Придумал тоже… Делом бы занялись лучше!

***

Нуриддин собрал группу. На стульях в ряд, словно воробьи на проводе, сидели Зарина, Акбар, Зафар и Рустам.

– Зарина остаётся с нами, – объявил он.

– Надолго? – поспешно спросил Акбар.

Нуриддин сделал вид, что не услышал, и официальным тоном продолжил:

– Она – следователь, руководитель группы. Все её приказы и распоряжения выполняете беспрекословно. Таково требование прокуратуры… Теперь к делу: сделано очень мало. Если не считать того, что установили личность погибшего – считай, вообще ничего. Подозреваемого нет, мотив неясен, свидетелей нет. Значит, работали плохо.

– Но ведь Равшанова мы вычислили! – возразил Акбар.

– Не хвались, – резко оборвал его Нуриддин. – Доказательств у тебя нет. Ты только торопишься. Ещё неизвестно, он это сделал или нет. Сегодня следим за Равшановым. Собираем улики. Зарина, ваши действия?

– Буду анализировать информацию, – тихо ответила Зарина. – Если выделите комнату, начну работу.

– Отлично. Тогда так: трое из вас наблюдают за подозреваемым, к вечеру приводите его уже с доказательствами. Зарина остаётся здесь, собирает сведения о жертве. Всё, что нужно – спрашиваете у дежурного, он обязан найти. Не сделает – сообщите мне.

Зарину проводили в кабинет отдела. Акбар уступил ей своё место, пересел к Рустаму.

– Правильно, – ухмыльнулся Зафар. – Молодой, постоит.

– Вы здесь только на время? Или и следствие будете вести отсюда? – поинтересовался он у Зарины.

– Сначала раскроем преступление, потом посмотрим, – спокойно ответила она.

– Тогда и стараться нечего, – самодовольно сказал Рустам. – Сегодня раскроем и сразу вам сдадим подозреваемого!

***

В машине Зафара сидели он сам, Акбар и Рустам. Они следили за подозреваемым: тот остановился у дома, вышел из машины и вошёл внутрь.

Зафар припарковал машину чуть подальше, велел товарищам быть начеку и, прикрыв лицо платком, задремал.

Когда он проснулся, рядом Акбар спал, прислонившись к двери, а на заднем сиденье вольготно растянулся Рустам.

Издали из дома вышел Мурод с каким-то человеком, сел в машину, а спутник остался. Зафар толкнул Акбара.

– Наш объект уезжает. Что делаем?

– Вдогонку! – пробормотал сонный Акбар.

– А спутник остаётся.

Акбар встрепенулся:

– Тогда и мы одного оставим. Рустам! Вылезай. Видишь того? Следи за ним, ни на шаг не теряй!

***

Нуриддин сидел у себя в кабинете, разбирал мелкие дела, по обрывочным сведениям, давал поручения задерживать подозреваемых. Звонок жены – сообщила, что Комил ушёл на репетицию, – испортил ему настроение. Он раздражённо оборвал разговор, мысленно отругал сына. В этот момент в дверь постучали – вошла Зарина.

– Нуриддин, нужна ваша консультация. Я выяснила: Шоакрамов небогат, подрабатывал извозом на машине того самого человека, которого сегодня должны задержать. Брал её в аренду.

– В лизинг?

– Нет, аренда по доверенности. У него трое детей, брат живёт вместе с ним. На нём лишь один дом – тот самый, где он и проживает. Доходы по налогам я тоже проверила – ничего особенного. Зашла в интернат, поискала – никаких упоминаний. Возможно, он использует другое имя.

Нуриддин молча смотрел, не понимая, к чему ведёт девушка.

– Всё это неплохо, но где твой вывод? – спросил он. – Какая мысль?

– Никакой. Хотела просто донести сведения – вдруг пригодятся.

Нуриддин нахмурился:

– Собирай информацию дальше. Подключи ребят, потом всё проанализируем.

Зарина уже повернулась к выходу, но вдруг вспомнила:

– Ах да! Самое главное забыла. Вы отправили группу следить за подозреваемым, а к потерпевшему никто не поехал! Может, мне сходить, расспросить?

Нуриддину эта идея не понравилась.

– Ты оставайся здесь. Там дежурит участковый инспектор. Если что-то будет – сообщит.

***

Зафар и Акбар ехали за машиной подозреваемого. Та то прибавляла скорость, то резко сбавляла, петляя по улицам.

– Кажется, он нас засёк, – сказал Зафар. – Играет.

– Надо сменить машину.

– Думаешь, это тебе носки поменять? – огрызнулся Зафар.

Акбар замолчал, потом оживился:

– Вчера познакомился с одним таксистом. Работает дёшево. Можно его вызвать…

***

Позднее вечером Нуриддин собрал сотрудников и потребовал отчёт.

– Ну что, задержали?

Акбар, задумавшись, не сразу понял:

– Кого?.. А, подозреваемого? Нет.

– Почему?

– Недостаточно доказательств.

– За целый день? Что делали?

– Следили.

Нуриддин повернулся к Зафару:

– Ну?

– Возможно, он понял, что за ним наблюдают. Ни в одно подозрительное место не поехал.

– Конечно понял, если вы всей гурьбой за ним тянулись! Куда же он ездил?

– Первым делом заехал к брату. Мы проверили: семья приличная, никто под подозрение не попадал. В саду работает, дети учатся, жена – медсестра. Соседи хвалят.

Нуриддин усмехнулся:

– Словно сваты сходили.

– У него и дочери на выданье нет, – серьёзно заметил Рустам.

Акбар добавил:

– После обеда поехал на похороны. К Шоакрамову. Вёл себя спокойно, разговаривал с людьми, потом мы вернулись.

– Всё испортили, – отрезал Нуриддин и повернулся к Зарине: – У тебя что?

– Мы просмотрели камеры, изучили передвижения Шоакрамова. Он занимался извозом, с подозрительными людьми не встречался. Все адреса переданы участковому. Пока ничего существенного.

Нуриддин тяжело вздохнул:

– Я же генералу пообещал: «Сегодня возьмём». И что теперь?

Эти слова задели Зарину.

– Мы будем работать всю ночь, – горячо сказала она. – Данных много, что-то да сработает, найдём улики.

– Не утруждайся, – с досадой махнул рукой Нуриддин. – Эти и дела поважнее умудряются провалить.

***

У себя Акбар и Зарина спорили.

– Думаю, надо привести Мурода сюда, – предложил Акбар.

– На каком основании? Где доказательства? – возразила Зарина.

– Разговорим – и сам проговорится. Два часа допроса, и он сдастся.

– В прошлый раз не сдался, – напомнила она. – Нужны реальные улики, а не только слова.

– Если полагаться на учебники и профессоров, мы никогда ничего не раскроем, – резко сказал Акбар и повернулся к Рустаму. – Ты что молчишь? Поддержи.

– Поддерживаю, – безразлично отозвался тот.

Зарина хмыкнула, Акбар вспыхнул:

– Вот так поддержка!

– Хорошо, не поддерживаю.

– Почему?

– Ты сам только что сказал.

– Издеваешься?

– Да нет. Но от издёвки хуже тебе не станет.

Зарина тихо засмеялась. В этот момент у Рустама зазвонил телефон. Он взглянул, вскочил и вышел. Акбар зло проводил его глАгзами.

– Вот, видишь? С такими ещё преступления раскрывать собрались… Мурод между тем уничтожает улики.

Вскоре Рустам вернулся, довольный:

– Звонил мой осведомитель. Мурод сейчас у брата.

– И что с того? – спросила Зарина.

– Едем, берём обоих. Когда двое – проще. Один из них обязательно проколется. А одного расколоть куда сложнее, – объяснил Рустам и посмотрел на Акбара. – Верно?

– Верно, – кивнул тот.

– А я в такие авантюры не ввяжусь, – отрезала Зарина. – Лучше поедем к семье Шавката, расспросим про его окружение, врагов.

– Шавкат и его родня никуда не денутся. А Мурод, судя по суете, может исчезнуть. Надо спешить.

***

Рустам и Зарина пришли на поминки. Пока Зарина вошла в дом, Рустам разговорил Шарифа.

– Как думаете, мог ли Мурод быть причастен к этому делу?

Шариф пожал плечами с удивлением:

– Не знаю. Раньше сомневался… а теперь – нет. На похоронах он больше всех суетился, переживал искренне.

Зарина тем временем пыталась заговорить с женой Шавката. Женщина в траурном платье, с платком на голове, без макияжа, с потухшими глАгзами, словно отсутствовала мыслями.

– В последние дни ваш супруг… не говорил о чём-то подозрительном? – мягко спросила Зарина.

– Подозрительном? – не поняла та.

– Например, что кто-то следит за ним, угрожает, пугает… что-то необычное?

– Нет, не говорил.

– Может, вёл себя как-то иначе? Был задумчив, тревожен?

– Всё как всегда.

– Он делился с вами? Рассказывал о проблемах на работе, на улице?

– Нет, он редко делился.

– О чём же тогда вы разговаривали?

– Чаще всего о детях.

Женщина вдруг разрыдалась, уткнулась в платок, извиняясь перед Зариной.

– У него был знакомый по имени Мурод… – осторожно начала та.

– Был. Но не верю, что это он… хотя, не знаю.

– А за машину, на которой ездил муж, вы деньги платили?

– Нет.

***

Тем временем Зафар и Акбар нашли Мурода.

– Вам придётся проехать с нами в управление, – сказал Зафар.

Мурод с тревогой предложил:

– Может, прямо здесь? Объясню всё…

– Нет, надо обстоятельно побеседовать. И письменное объяснение дадите. В прошлый раз вы его не написали, – твёрдо сказал Зафар.

Мурод нехотя согласился и зашёл домой переодеться.

***

В кабинете Нуриддин листал бумаги, раздражённо подписывал какие-то документы. Зазвонил телефон. Он поднял трубку и отрезал жёстким командирским тоном:

– Слушаюсь, товарищ генерал! Работаем, товарищ генерал! Пока не задержали. Да, как докладывал… Но… доказательств оказалось мало. Здесь и следователь прокуратуры, мы вместе. Поэтому… всё строго по закону, товарищ генерал. Из-за этого задержка. Сегодня или завтра возьмём. Обязательно доложу!

Он тяжело вздохнул, положил трубку и пробормотал себе под нос:

– В твои-то годы… нужно ли тебе всё это? Сиди бы дома в тепле, наслаждался покоем…

Не успел он вернуться к бумагам, как зазвонил мобильный. Жена.

– Что ещё? Снова ушёл?! Куда он может уйти?! Вечером приду – посмотрим, покажу ему! Гитару его в тандыр кину… если не влезет, разобью и сожгу! Не цепляйся к каждому слову, как прокурор… Ладно, хватит меня дёргать, у меня и без тебя следователей хватает!

Сбросил звонок и снова буркнул сам себе:

– Нет, дома сидеть нельзя. Эти всё угробят!

Вскоре в кабинет вошли Зарина, Акбар, Зафар и Рустам. Начальник встретил их раздражённо.

– Привели Мурода, – сообщил Акбар с оттенком самодовольства. – Уже допрашиваем, пишет объяснение.

– Поговорили с семьёй Шавката, – сказала Зарина. – Думаю, мы поторопились с задержанием Мурода.

Нуриддин поднял со стола пачку фотографий и бросил на середину стола:

– Я тоже так считаю. Вот, смотрите – снимки с уличных камер.

Акбар, Зафар и Рустам взяли фотографии и начали разглядывать. Нуриддин пояснил:

– Машина Мурода. В момент преступления находилась совсем в другом месте.

– Да ну? – удивился Зафар. – И что? Машина – не он сам. Мог отдать кому-то, чтобы запутать.

– Запутал бы – а ты не путайся, – резко бросил Нуриддин.

– Путаетесь как раз вы, – пробормотал Зафар вполголоса, но жёстко.

Нуриддин метнул в него гневный взгляд:

– Не умничай! Идите и проверьте: где он был, когда, кто его видел.

– Он уже сказал, – неуверенно вставил Акбар.

– Тогда сравните! Найдите свидетелей, подтвердите. А то, похоже, мы всё это время гонялись за ложным следом.

***

Сотрудники в кабинете коротко побеседовали с Муродом и отпустили его.

– Мурод ака, спасибо за помощь в следствии, вы свободны, – сказал Зафар.

– Я могу идти? – засомневался Мурод.

– Конечно, что вам тут делать? – поддержал Акбар.

– И что же выходит, моего друга убил кто-то другой? – спросил Мурод.

– Как только выясним – сообщим. А вы идите, идите! – с иронией добавил Акбар.

Как только дверь за Муродом закрылась, все переглянулись – напряжённо и растерянно.

– Был один подозреваемый, и того отпустили, – сказал Рустам. – И что теперь?

– Можно было оставить его, но алиби у него есть, – вздохнул Акбар.

– Не понимаю вас, – вмешалась Зарина. – Зачем жалеть о том, чего не было? Начнём всё сначала…

– В том-то и дело, что и начало мы толком не знаем, – пробурчал Акбар.

***

Нуриддин вернулся с работы поздно. Комил ещё не пришёл. И без того раздражённый отец не выдержал и, хотя понимал, что сын ни при чём, обрушился на жену:

– Знаешь ли, воры и убийцы тоже, как твой сынок, уходят из дома в любое время суток.

– Не нагнетайте, – попыталась остановить его Назокат.

– Это не нагнетание, а факт. В управлении каждый день такие, как вы, твердят: «Мой ребёнок невиновен, просто вышел погулять».

– Не говорите так, на бога грех берёте!

– Может, и грех, только ум от этого в голову твоему сыну не придёт. Я же сказал – держи его дома, я сам поговорю. Нет, отпустила.

– Я не знала… Сказал, у него дело.

– Какое дело среди ночи? В это время даже преступники отдыхают! Чем он там может заниматься?

Нуриддин зло зачерпнул пару ложек еды, потом, словно что-то вспомнив, торопливо набрал номер.

– Акбар? Не отвлекаю? Звоню по поводу того типа… Да, подозреваемый. Которому Шавкат звонил. Точно, Лапасов. Думаю, стоит его проверить. Завтра утром, пораньше, пока он из дома не вышел, съезди к нему. Пусть Рустам запросит список звонков Шавката. А Зафар пусть с утра возьмёт сводку всех происшествий за день и просмотрит.

Получив распоряжение, Акбар тут же набрал таксиста Сохиба – велел приехать пораньше, будет работа.

– Вам бы к нам на полставки устроиться, – усмехнулся он уже на рассвете, когда они ехали по пустынным улицам.

– Легко… Возьмёте?

Такой ответ не понравился Акбару. Он тут же изменил тон, чтобы ясно дать понять, что шутит:

– Нет уж. Тут полставки не бывает. Эта работа либо вся твоя жизнь, либо никак.

– Ну и работа у вас, – удивился Сохиб. – Едва светло стало… что за дела?

– По тому самому делу. Убийство.

– Какое?

– То, о котором мы в первый раз говорили.

Сохиб вздрогнул:

– Так его до сих пор не раскрыли?

– Нет. Но раскроем, – уверенно сказал Акбар.

***

Тем временем дома Нуриддин нехотя завтракал. Рядом сидели жена и Комил, опустивший голову. Отец, ковыряя вилкой еду, язвительно бросил:

– Ну что, Комилбой, мои слова до тебя так и не дошли?

– В каком смысле?

– Я сказал – иди в органы, пробуйся на отбор. Ты пошёл?

– Времени не было…

Нуриддин резко поднял голову и сверкнул глАгзами:

– Чего?! Времени не было? Да у тебя, глупец, кроме времени ничего нет!

Комил молчал, глядя в тарелку. За него вмешалась мать:

– Сегодня пойдёт, – сказала она, посмотрев на сына. – Правда, Комил?

– Посмотрю…

– Что – посмотришь?! – взорвался Нуриддин.

Комил поднял глаза на отца, потом снова опустил. Голос у него был тихий, но твёрдый:

– Папа, я хочу другим делом заняться.

Нуриддин с трудом сдержался. Стиснув зубы, процедил:

– И чем же, если не секрет?

– Хочу стать артистом.

Вилка с грохотом упала на тарелку.

– Артистом?! Сынок, такой профессии нет! Где ты видел объявление «требуются артисты»? Есть ли хоть одна организация, где такая должность значится? Открой глаза! В этой мечте ты угробишь свою жизнь. – Он перевёл дух и чуть спокойнее продолжил. – Пойми, Комил, все подростки мечтают быть артистами. Знаешь почему? Нет, не знаешь! Им хочется быть на виду, они насмотрятся кино и думают, что жизнь такая же. Те, кто вовремя одумался, забывают эту блажь и хватаются за дело. А кто не одумался – верит в этот мираж и катится в пропасть. Научись смотреть на жизнь трезво, пора уже!

Назокат хотела возразить, но Нуриддин жестом велел молчать и продолжил:

– Слушай, я с молодых лет работаю в органах. Видел всяких – бездомных, уголовников. Думаешь, они пропащие? Нет. Просто такие же, как ты: не сумели вовремя отделить мечту от реальности.

– Не равняйте моего сына с ними! – не выдержала Назокат.

– А у тех бездомных и уголовников тоже были матери, как ты. Вместо того чтобы учить детей жизни, толкали их в мир иллюзий. Среди них есть умнейшие люди, способные нас с тобой учить, но жизнь у них такая, потому что они не сумели подчинить её себе. Запомни, жизнь жестоко мстит тем, кто не умеет ей противостоять. Мечтать – дело детей, а долг отцов – готовить их к жизни. Чтобы завтра ты не потерялся в большом мире.

Тут зазвонил телефон – сообщили о новом преступлении. Нуриддин вскочил и поспешил уйти.

– Вот это да, с утра и до завтрака морали читать начал, – фыркнул Комил, оставшись с матерью. – Обычно вечером заводился.

– Но и в его словах есть правда, – тихо сказала она.

– Может быть… Но отец стареет. Всё больше ворчит.

– Отец твой многое видел, умеет отличать добро от зла.

– Мам, всё, что он видел, осталось в прошлом. А жизнь теперь другая, не только чёрная и белая – она разноцветная. У меня своя жизнь, у него своя. Пусть он меня не заставляет жить по своим правилам. Я уже вырос, сам за себя отвечаю.

***

В подъезде многоэтажки Акбар столкнулся с Латифом, который, держа за руку сына лет десяти с портфелем за плечами, спускался вниз.

– Извините, мы спешим, – сказал Латиф.

– Ничего, поговорим по дороге.

– Раньше возил Шавкат, он всегда помогал, а теперь, пока нового таксиста не найду, приходится самому… Школа далековата. – Он ласково потрепал сына по голове.

– У меня машина, по пути побеседуем, – предложил Акбар.

Когда они сели в машину и тронулись, Акбар спросил:

– Латиф-ака, какие у вас были отношения с Шавкатом?

– Хорошие.

– Давно знакомы?

– Года четыре-пять. Я тогда занимался розницей, вместе работали.

– Насколько знаю, вы часто созванивались?

– Не так чтобы очень часто. Обычно он звонил. Сообщал, что отвёз сына или что-то в этом роде.

– А денежные дела у вас с ним были?