Глава 7

Бывало ли у вас такое чувство, когда вы, находясь в реальности, не могли поверить, что это не сон? Прямо сейчас я чувствовала себя именно так.

Я оказалась в другом штате, за сотни километров от своего дома, а вокруг меня собрались незнакомцы, которые уверяли меня в том, что моя мама большую часть своей жизни притворялась другим человеком и что теперь я была обручена с мужчиной, имя которого узнала всего несколько минут назад.

Они сошли с ума!

Кристиан мог издеваться надо мной всю прошлую ночь, и я бы позволила ему это, потому что, как он уже сказал ранее, «интерес возникает в сопротивлении». Может, ему и вовсе стало бы скучно и он отпустил бы меня, потребовав Родриго вернуть ему деньги.

Если бы ему нужен был просто секс, он бы снял себе послушную суку и развлекался с ней, сколько ему заблагорассудится. Но он пришёл в «FIGHT», чтобы воплотить в жизнь свои самые извращенные фантазии, на которые, возможно, не соглашались даже шлюхи.

Но… так я думала до того момента, как он помог мне обработать раны, а потом отправил спать, словно я была его гостьей, а не девушкой, которую он приобрёл на аукционе.

Ночью я не сомкнула глаз. Усталость поглощала меня, но я не позволила себе заснуть в доме с мужчиной, который вёл себя подозрительно странно.

Кристиан говорил о людях, ради которых я была здесь, и тогда я приняла решение воспользоваться тактикой, придуманной мной в возрасте, когда я была ещё слишком мала, чтобы рассуждать о таких вещах.

Сделай вид, что ты согласна, и нанеси удар, когда он поверит в это.

Так я и поступила.

У меня получилось улизнуть от него. Правда, не надолго, потому что я не знала город. Я хотела убежать, а уже потом решать, что делать дальше. Мне не впервые пришлось бы прятаться от человека в незнакомом месте. Однажды мы с мамой два года скрывались от отца, пока её не убили, а меня не отдали в руки единственного живого родителя.

Сейчас надо мной возвышались двое мужчин – сын и отец.

Это было видно невооружённым глазом – их ледяные голубые глаза, угольно-чёрные волосы и одинаковые прямые носы выдавали кровное родство. Только мужчина постарше выглядел ужасающе, потому я лишний раз старалась не смотреть на него, так как шрамы от ожогов, покрывающие часть его лица, напоминали мне Фредди Крюгера.

Я быстро встала, не позволяя Кристиану снова усадить меня на место.

– Я в этом не участвую.

Кому-то взбрело в голову разыграть меня? Было несмешно, отнюдь!

Послышался надменный смешок, и в этот же момент сильная холодная ладонь врезалась в мою левую щёку.

Тело пошатнулось в сторону, голова резко дёрнулась вправо, и я схватилась за место удара, обожженное болью. Но чужие холодные руки удержали меня от падения, когда колени подкосились и я уже была готова свалиться на пол.

– С этих пор твоя жалкая задница принадлежит нам, и мой сын будет засовывать в тебя свой член столько раз в день, на сколько у него хватит сил. А иногда и я буду не прочь помочь ему, – прорычал монстр, сильно сжимая мой подбородок своими мозолистыми пальцами.

Кристиан прижался ко мне сильнее, позволяя ощутить его собственное напряжение.

Мужчина рядом с нами отпустил меня.

– Я хочу, чтобы она кричала, – обратился он к своему сыну. – Каждую последующую ночь, проведённую в твоём доме, ты должен делать с ней всё то, чему я тебя учил.

О чём он говорит?

Я оглянулась и посмотрела на Кристиана. Его взгляд был пуст. Бледные глаза не выражали ни единой эмоции. Но руки всё так же крепко удерживали меня, хотя я уже твёрдо стояла на ногах.

И тогда я поняла, что попала к людям намного страшнее своего отца и всех мужчин, которых встречала ранее.

– Ты отлично постарался. Продолжай в том же духе.

Он развернулся и прошёл к своему месту во главе стола.

Мужчина, сидевший справа от него, перелистывал документы в поисках чего-то. Мои глаза остановились на нём.

Тёмно-русые волосы, карие глаза и коричневый костюм-тройка. Все они выглядели как бизнесмены, само здание было похоже на бизнес-центр процветающей компании, но что-то мне подсказывало, что за всем этим стоит нечто иное.

Мужчина выудил небольшую карточку из стопки бумаг и оттолкнул её от себя, отчего она пролетела по столу в нашу сторону. Кристиан отпустил меня, и в эту же секунду его ладонь с грохотом приземлилась на поверхность, остановив небольшой кусок старой бумаги.

– На случай, если ты до сих пор думаешь, что всё сказанное ранее – ложь.

Это оказалась фотография.

Кристиан поднял её и протянул мне, однако на короткую секунду задержал взгляд на изображении.

Я приняла фотографию, и моя кожа покрылась мурашками от увиденного.

Пять девушек расположились на полу. Руки и ноги каждой были связаны веревками. На телах проскальзывало по несколько синяков, порезов и пятен растёртой крови. Одежда разорвана. Они были страшно напуганы, хоть и пытались скрыть это.

Фото было сделано со вспышкой, поэтому девушка, чьи голубые глаза я бы узнала из тысячи, подняла руку, прикрывая своё лицо.

Это была моя мама.

Слева от неё сидели две блондинки, прижимающиеся друг к другу. Справа – жгучая брюнетка и ещё одна девушка с медовыми волосами.

Не может быть… Этого не может быть.

– Можешь забрать её с собой, чтобы не забывать, кто обрёк тебя на вечные страдания, Кая, – уже спокойнее произнёс отец Кристиана.

Я даже не взглянула на него. Всё моё внимание было обращено к маме и незнакомкам на фото. В глазах каждой читался ужас, словно они не могли поверить в реальность происходящего.

Прямо как я сейчас.

– Теперь уведи её, – приказал главный. – Мне надоело видеть это лицо.

***

Несколько минут мы сидели в машине Кристиана, но я не выпускала фотографию из рук, пытаясь вспомнить хотя бы что-то.

Ни слова об этих девушках. Ни намёка на то, что она пережила здесь.

Лишь слова из моего сна не переставали крутиться в голове:

«Место, где ты окажешься, принадлежит людям, не познавшим человеческих чувств. Ты должна всегда быть начеку и попытаться выбраться оттуда. Что бы ни случилось и как бы они ни пытались, не дай им сломить тебя. Уйти оттуда потребует много сил, но никогда не забывай, чья ты дочь, Кая. Я смогла сделать это».

Твою мать, это что, шутка какая-то? Мафия? Они же несерьёзно?

– Всё это правда, – внезапно произнёс Кристиан.

Я оторвалась от фотографии и взглянула на него.

Он вёл машину одной рукой, а локтем другой опирался на дверь, придерживая подбородок кулаком.

Информация не укладывалась в моей голове. Что именно из сказанного там было правдой? Я не поверила и половине.

– Почему твой отец подумал, что ты сделал это со мной?

– Потому что я делаю это с людьми.

Я поджала пальцы ног в своих насквозь промокших кроссовках.

Кристиан не показался жестоким. Он не причинил мне вреда, но… хотел?

– Калечишь их?

– Убиваю, – незамедлительно исправил он.

Я почувствовала, как ещё больше страха стало разливаться по моим венам.

– В конце концов ты убьёшь меня?

Его челюсть напряглась, будто он сдерживал себя. От чего? Он хотел что-то сказать мне или… сделать больно?

– Не планировал становиться вдовцом так быстро.

Я помотала головой.

– Ты не женишься на мне.

– Почему нет?

Я нервно хохотнула.

– Я стала твоей всего на одну ночь, которой ты не воспользовался. Теперь мне нужно вернуться домой.

– Ты моя до тех пор, пока мы решаем это.

– У вас даже нет моих документов! – не подумав, выкрикнула я. – Как ты собираешься жениться на девушке без паспорта?

Кристиан нажал на маленькую кнопку на панели управления, и бардачок открылся прямо у моих ног.

– Взгляни, – кивнул он в его сторону.

Я слегка наклонила голову и, протянув руку, достала свой паспорт.

Последние годы он хранился у Родриго… На какой срок они с моим отцом продали меня, если отдали его Кристиану?

Я медленно покосилась на дверь со своей стороны, и в мою голову пришла буквально убийственная идея. Сердце бешено заколотилось в груди. Успею ли? Я непринуждённо приподняла локоть и оперлась им на дверь, но не сильно, а так, чтобы не нажать кнопку открытия окна. После чего принялась рассматривать свой паспорт, отвлекая Кристиана от того, что на самом деле собиралась с ним сделать.

Сейчас или никогда. Пора…

Я резко надавила локтем на кнопку. Как только между окном и панелью появилась щель, подняла руку и просунула в неё паспорт. Выпав из машины, он улетел вдаль.

– Кая! – зарычал Кристиан, резко ударив по тормозам.

Позади нас раздались сигналы, и я сильно зажмурилась, будучи полностью готовой к тому, что он ударит меня.

Ждала, что мою щёку вновь обдаст жгучая боль.

Но ничего не случилось. Вместо этого послышался тяжёлый вздох, и я почувствовала, как машина вновь начала движение.

Мои глаза медленно открылись.

Почему он…

– Если хочешь, чтобы я ударил тебя, подставь свою задницу.

Руки Кристиана крепко вцепились в руль.

– Для нас не проблема восстановить твои документы. Ты отсрочила нашу роспись всего на несколько дней. Тебе в любом случае придётся стать моей женой, так что… не пытайся изменить это.

Но в нынешнем положении у меня будет несколько дней на то, чтобы придумать план и сбежать отсюда.

– Я могу заставить тебя почувствовать себя пленницей. Если это то, чего ты хочешь.

Я не ответила ему, потому что уже была его пленницей. А мне срочно нужно было попасть в Рино.

Пока я здесь, Эбигейл там совсем одна. Интересно, как у неё дела? Она будет вечно винить себя в том, что, как ей кажется, я оказалась здесь по её вине? Но я сама выбрала выйти вместо неё и ни секунды не жалела об этом. Даже сейчас.

Из-за грозовых облаков, заполняющих небо, вокруг стало немного темнее – это напомнило мне о маленькой грозе. Всему, чему меня учила мама. Каждому её наставлению. Поддержке и помощи. Я помнила каждое слово, когда-либо слетавшее с её уст.

Она была так важна для меня.

Пару минут спустя мы съехали с асфальтированной дороги и оказались в чаще.

Вчера было слишком темно, поэтому я и подумать не могла, что дом Кристиана находится прямо в лесу. Совсем один. Вокруг были только деревья, а ночью я слышала вой стаи волков.

Зачем человеку, работающему в городе, жить так далеко от него?

Я вновь вернула своё внимание к фотографии.

– Две блондинки – это Анна и Ирина. Девушка с рыжими волосами – Елена, – начал объяснять Кристиан, тыча указательным пальцем по лицам молодых женщин. – А теперь посмотри на девушку, сидящую справа от твоей матери. Смотришь на неё?

Качество снимка было отвратительно, потому я едва могла различить лица, но кивнула.

– Её зовут Наталия.

Я украдкой взглянула на мужчину рядом, чувствуя, что он хочет сказать что-то ещё, но медлит. А потом, всё же собравшись с духом, Кристиан ответил на мой ещё не заданный вопрос:

– Наталия Нери. Она моя мать.