Глава 3

Я стою посередине пустой комнаты совершенно одна. Мои конечности трясутся, а страх с каждой секундой одолевает меня всё сильнее. Гробовая тишина наполняет помещение, и только стук сердца подсказывает, что я жива.

– Кто-нибудь? Здесь есть кто-нибудь? – кричу я.

Но ответа не поступает.

Я не могу пошевелиться: сделать шаг, открыть дверь, подойти к окну – ничего. Как будто что-то держит меня. Что-то или кто-то.

Слёзы скапливаются в уголках глаз, затуманивая взгляд.

Где я?

Неожиданно дверь распахивается, и в комнату влетает мама. На ней те же джинсы и кофта, в которых я видела её в последний раз, когда мне было четырнадцать. Она выглядит напуганной. Тело мамы врезается в моё, и я инстинктивно обнимаю её за спину, когда беру себя и свои движения под контроль.

– Кая… – гнусаво шепчет мама.

Я сильнее сжимаю руки на её спине и утыкаюсь лицом в шею.

Это правда она? Что происходит?

Я отчетливо чувствую тепло её тела, а запах дешёвых духов наполняет мой нос.

Мама…

Слёзы катятся по щекам от того, насколько приятно снова чувствовать её.

Но если я здесь, а она со мной, значит я… умерла?

Внезапно, будто имея возможность слышать мои мысли, мама отвечает:

– Ты жива… И почти в порядке. – Она отрывается от меня, и я замечаю, что её лицо совершенно не постарело за время нашей разлуки.

Кажется, она стала даже ещё красивее – длинные прямые волосы чёрного цвета блестели, голубые глаза покинула постоянная усталость, а кожа перестала быть такой бледной, как раньше.

И ни единого намёка на синяк. Даже близко.

Единственное… вокруг её рта появилось несколько небольших морщинок. Такие свидетельствовали об улыбчивости человека.

Но у моей мамы редко появлялся повод для улыбки.

Раньше… Сейчас это изменилось?

– У меня нет времени объяснять тебе, где ты, – продолжает мама. – Просто послушай меня внимательно. – Её руки со всей силы сжимают мои плечи. – Место, где ты окажешься, принадлежит людям, не познавшим человеческих чувств. Ты должна всегда быть начеку и попытаться выбраться оттуда.

Что? Куда я прибуду?

– Мама… – едва успеваю произнести я, но она обрывает меня, не дав договорить:

– Что бы ни случилось и как бы они ни пытались, не дай им сломить тебя. Уйти оттуда потребует много сил, но никогда не забывай, чья ты дочь, Кая. Я смогла сделать это… – Она запинается, будто кто-то невидимо закрывает ей рот. – А ты сильнее меня.

Я не понимаю, о чём она говорит со мной. Моя голова забита совсем другим. Мне хочется узнать, как она, что на самом деле случилось в тот день и знаю ли я человека, сделавшего это с ней? Но она только твердит о каком-то месте!

– Мама… – Я опять пытаюсь, но меня прерывают.

– Лишь, – медлит она, смотря на меня так, словно сама не верит словам, которые собирается сказать. – Позволь этому мальчику защитить тебя.

И наступает темнота.

***

Голова, готовая разорваться, безумно загудела, когда я начала понимать, что просыпаюсь. Боль в теле также постепенно давала о себе знать – жжение и пульсация ощущались везде. У меня не было сил даже открыть глаза, не то чтобы попытаться встать.

Но больше всего этого меня волновало то, о чём говорила мама.

Это был сон, или я… Нет, ерунда какая-то.

Шум проезжающей мимо машины резко отдался в голове. Я тут же начала чувствовать всё, на что ранее внимания не обращала: моё тело слегка покачивалось из стороны в сторону, в носу уже кололо от запаха крови, а ноги и руки плотно прижимались друг к другу.

Я резко распахнула глаза.

Вокруг было темно, только свет от уличных фонарей иногда ударял в глаза сквозь толстые стёкла, заставляя жмуриться. Пришлось приподнять голову с кожаного сиденья незнакомой машины, чтобы увидеть мои конечности, туго связанные между собой верёвкой.

Сердце забилось с бешеной скоростью, когда я осторожно повернулась и заметила силуэт водителя – взрослого мужчины.

О, нет. Родриго.

Захотелось протянуть руку и закрыть рот от рвущихся наружу рыданий.

Я отчётливо помнила, как сделала свой последний победный удар, после чего отключилась. Тогда почему я здесь?

Стараясь не шевелиться, чтобы не дать ему понять, что я уже очнулась, отвернулась обратно. Всё равно было совершенно не видно лица мужчины.

Боль, страх и злость захватили меня в клетку.

Но… у меня же ещё был шанс не позволить этому случиться, верно? Я хорошо умела справляться с проблемами, постоянно сваливающимися на голову, и мне также никогда не составляло труда надрать задницу Родриго. Сегодняшний день не будет исключением.

Мне были известны его слабые стороны: у мужчины довольно плохая дыхалка и слабые руки. Хоть он и владел клубом, сам там почти никогда не занимался.

Идиот! Будь у меня свой собственный зал, я бы поселилась там.

Сделав глубокий вздох и ощутив острое жжение в грудной клетке, я зажмурилась, стараясь отключиться от боли, протекающей по всему телу.

Нужно сделать всё быстро, чтобы он не успел среагировать, иначе ничего не выйдет.

И я сделаю! Я справлюсь.

Резко распахнув глаза, я подпрыгнула на месте, поджала под себя колени и, закинув связанные руки вперёд через сиденье, схватила мужчину прямо за горло.

Машина тут же затормозила, отчего моя грудь ударилась о водительское кресло, но хватка только усилилась, когда я отвела локти и перекрыла доступ кислорода в лёгкие этого ублюдка.

Я откинулась назад, чтобы у него не было возможности сделать ни единого чёртова вдоха.

Хотела ли я его смерти? Разумеется, но…

Встретиться лицом к лицу с бетонными стенами тюрьмы из-за него – нет. Он того не стоил. К тому же я слышала, что Родриго по глупости связался с кем-то настолько могущественным, что его власть надо мной была ничем по сравнению с величием этих людей.

Слышала, они не прощают неповиновения и без труда избавляются от таких, как он.

Мужчина бездействовал, сидя на своём месте: не дергался, пытаясь оторвать от себя мои руки, не хватал ртом последние крупицы кислорода.

Я задушила его?

Но в тот момент, когда я, испугавшись, едва успела ослабить хватку, он поднял обе руки и с легкостью перекинул мои обратно за сиденье. Вот же! Я быстро вытащила из-под себя ноги и, усевшись на задницу, вытянула их так, чтобы совершить удар, как только он повернется и его голова окажется в промежутке между креслами.

Дыхание участилось, а кожа покрылась мурашками и тонким слоем холодного пота.

Откуда в нём столько силы? Родриго вечно таскал с собой охранников, чтобы они, в случае чего, защитили его, потому что сам был слабаком, с которым мог справиться даже подросток.

И когда он, наконец, повернулся ко мне, всё встало на свои места.

Мужчина, чьи глаза завораживали своим холодным голубым блеском, был совсем не Родриго.

Тело оцепенело от страха, и я забыла, что собиралась ударить его.

Кто он такой?

Едва вопрос появился в моей голове, как я вспомнила, что последним увидела перед тем, как потерять сознание.

Он был там. Смотрел, как я дерусь.

А после купил меня.

Я дернула связанными ногами, целясь прямо в его подбородок, но мужчина перехватил их сильной рукой и остановил удар.

– Меня удивляет, что ты пытаешься выбраться, – признался он.

Хриплый голос разогнал тишину в машине. Уголки его губ на секунду приподнялись. Моё сопротивление позабавило его.

Наши взгляды были прикованы друг к другу.

Я задёргалась, пытаясь освободиться от стальной хватки незнакомца.

– Будь тихой – и ничего не случится.

– Я сообщу в полицию!

– Думаешь, у тебя получится сделать это мёртвой?

Мои глаза округлились от ужаса.

Я быстро осмотрелась. Нас окружала тьма. Не было возможности разглядеть ни дорогу, ни местность, в которой мы находились. Я даже не знала, насколько далеко была от дома.

Мужчина протянул свободную руку и достал что-то из-под сиденья. Я больше ни на секунду не отводила от него глаз. Нельзя было отвлекаться.

– Что вы собираетесь со мной делать?

Глупый вопрос. Никто никогда не выдаёт своих намерений, но… быть может, он был идиотом и собирался поведать мне о своем плане?

Что-то твердое упало рядом сбоку от меня. Я мельком глянула в ту сторону и почти сразу же вернула зрительный контакт.

Бутылка воды.

– Пей, – приказал незнакомец.

Он держал меня за дуру?

– Сейчас же.

Он мог подмешать туда что угодно. После я бы снова потеряла сознание, а он… делал бы со мной всё, что ему заблагорассудится.

Я не двинулась с места.

Тогда мужчина потянулся ко мне, отчего я вжалась в сиденье, не желая соприкасаться с ним, но он лишь взял бутылку и уселся обратно на своё место.

– Она закрыта. – Правда. – Если бы я хотел воспользоваться тобой, сделал бы это, пока ты была в отключке.

Незнакомец отпустил мои ноги, а я, вместо того чтобы в очередной раз попытаться ударить его, прижала их к себе.

Мужчина снял пробку и протянул бутылку к моему лицу.

– Открой рот.

Я выпучила глаза.

Он собирался напоить меня из своих рук?

– Тебе не стоит испытывать моё терпение. – Строгость читалась в каждом его слове.

Я изнемогала от жажды и не знала, когда у меня появится возможность сделать хотя бы глоток, если появится вообще, поэтому его предложение казалось слишком соблазнительным для моего пересохшего горла.

Сомнения продолжали терзать меня, но я всё же решилась и медленно открыла рот. Горлышко соприкоснулось с моей разбитой нижней губой, и кровь испачкала его. Мужчина медленно поднял бутылку, не отрывая глаз от моего лица.

Я закрыла глаза от удовольствия. Было чертовски приятно.

Не знаю, как долго это продолжалось, но когда веки распахнулись, бутылка уже была пуста, а незнакомец всё так же прожигал меня своим ледяным взглядом. Я тяжело сглотнула воду, что осталась во рту.

– Кто вы такой?

Мужчина молча развернулся на своём водительском кресле, откинув бутылку в сторону, после чего положил руки на руль и тронулся с места.

Он совсем не боялся, что я снова нападу на него? Почему?

Красная отметина на его шее говорила о том, что я всё же сделала ему больно.

– Вы купили меня?

– Я мог получить тебя другим образом? – наконец решив заговорить со мной, ответил он.

Вопросом на вопрос, но всё же.

Я посмотрела в зеркало, пытаясь поймать его взгляд, который уже не так сильно страшил меня, но незнакомец устремил его на дорогу.

– Вы должны вернуть меня обратно. Ни о каком договоре с моим отцом и речи идти не может.

– Кто сказал, что я забрал тебя у отца?

– Никто другой не…

Мужчина недовольно хмыкнул.

Родриго… Сукин ты сын! Гори в аду!

Надо было придушить тебя ещё тогда, когда ты впервые возомнил из себя моего хозяина.

***

Мой шестнадцатый день рождения. Почти два года, как я потеряла маму, и год, как оказалась здесь.

«FIGHT» – самое ненавистное мной место из всех, что я знаю. Мужчины здесь не имеют права называть себя таковыми, а изредка появляющиеся женщины —последние шлюхи. Я тренировалась тут несколько раз в неделю и дралась, когда у Родриго находились подходящие для меня соперники. Что было крайне редко из-за моего возраста и комплекции.

– Тебя вызывают к Боссу. И поживее, – сказал мне один из работников бара, когда я уже заканчивала тренировку и собиралась уходить домой.

На самом деле, не думаю, что пошла бы туда. Мне не хотелось лишний раз встречаться с отцом и получать пощёчину за то, что ему приходится нянчиться со мной. Хотя в большинстве случаев родителем в нашей «семье» выступала я, когда выгоняла его пьяных дружков из нашей квартиры или наводила порядок после очередной попойки в гостиной, поэтому совсем не понимала его упреков в мою сторону.

Находиться на улице было куда приятнее. Я любила гулять в парке до полуночи и собиралась сделать это сегодня.

Что Родриго понадобилось от меня?

Устало вздохнув, я не торопясь направилась в его кабинет: спустилась по лестнице, прошла по длинному тёмному коридору почти до конца и оказалась прямо перед нужной мне дверью. Постучала.

– Можно?

– Заходи! – послышался ответ.

Я открыла дверь и вошла внутрь. Здесь было красиво и чисто по сравнению с остальными комнатами в этом здании. Родриго стоял, оперевшись на шкаф. С его кисти свисал небольшой пакет. Мужчине было около тридцати или слегка за тридцать. Волосы на несколько оттенков светлее моих, блестящие карие глаза, классический костюм – довольно привлекателен для своих лет.

Я закрыла за собой дверь, но не прошла дальше.

– Присядь, – заметив это, попросил он.

Я послушалась, подошла к столу и уселась в мягкое кресло. Пришлось поправить шорты, которые поднялись выше, чем нужно, и сглотнуть от переживаний, так как я до сих пор не знала, зачем меня вызвали.

К долгу отца прибавилось ещё несколько нулей? Пожалуйста, нет.

Родриго протянул мне пакет.

– Возьми. Это тебе.

Подарок?

Я помедлила, но вскоре всё же взяла его и вытащила содержимое.

Боксерские перчатки. Новые.

Всё это время я тренировалась и дралась в тех, что мне одалживали.

– Не удивляйся так. У тебя ведь день рождения.

Да, но… родной отец не поздравил меня, а он – мужчина, которому мы задолжали деньги, – сделал такой милый жест. Я была удивлена. Хотя чему? У него хранились мои документы. Разумеется, он знал.

– Спасибо, – смущённо и неуверенно произнесла я.

Последний подарок, что я получала, был от мамы, отчасти поэтому его жест навеял на меня грусть, но всё же мне было приятно. Только ровно до того момента, пока не подняла голову и не заметила, как и на что смотрит Родриго.

Его взгляд был обращён к моим обнажённым ногам, на которых лежал пакет.

Я быстро глянула на дверь.

– Чем занимаешься сегодня?

Пальцы крепче вцепились в перчатки, когда сердце пропустила несколько ударов от ужаса, что стала надумывать моя голова.

– Собиралась пойти домой, отец уже ждёт меня, – испуганно улыбнувшись, солгала я.

– Да? – переспросил Родриго. – А я думал, что видел его около десяти минут назад, заходящего сюда в компании друзей.

Мне было нечего ответить ему. Он знал, что я соврала. Отец бы ни за что не пропустил вечерний выходной бой.

– Может, тогда задержишься ненадолго? – оттолкнувшись от шкафа и внезапно приблизившись ко мне, предложил мужчина.

Пришлось поднять голову ещё выше, чтобы продолжить смотреть на его лицо, когда он почти вплотную подошел к креслу, на котором я сидела.

– Прекрасный вид, – смотря на меня сверху вниз, прошептал он. – Твой отец мог бы отдать тебя в модельное агентство, но выбор пал на меня. Я не жалуюсь, только рад.

– Думаю, мне правда пора домой.

По коже пробежал холодок.

Я попыталась подняться с кресла, но Родриго положил руки на мои плечи и надавил на них, возвращая меня на место. Его пах оказался прямо напротив моего лица. Я проглотила страх, бушевавший внутри, так как успела предвидеть его дальнейшие действия.

– Теперь ты достаточно взрослая. Я был мог найти и другие варианты оплаты отцовского долга.

– Не нужно, – сразу ответила я, нервно покачав головой из стороны в сторону – Меня всё устраивает.

Его пальцы грубо сжали мой подбородок и придвинули к себе.

– Ты же не глупая девочка, Кая, – теряя терпение, продолжил он.

Мои губы почти что касались ширинки его брюк. Я не могла отодвинуться. Тело будто парализовало.

– Это стоит куда больше, чем ты получаешь за свои редкие бои.

Мы смотрели друг на друга, когда его свободная рука опустилась вниз и расстегнула ширинку вместе с пуговицей.

Кричать не было смысла – никто бы не пришел ко мне на помощь, даже если бы услышал. Отбиваться тоже – я была всего лишь маленькой девочкой против крупного взрослого мужчины.

Шансы на спасение приравнивались к нулю.

Я сглотнула, мысленно подготавливая себя к худшему, когда Родриго убрал руку с моего подбородка и принялся опускать штаны.

Но кто-то без стука ворвался в кабинет, и он остановился.

На этот раз.

***

Я часто вспоминала этот и несколько других случаев, когда Родриго предпринимал попытки воспользоваться мной. После этого я пыталась избегать личных встреч с ним и не принимала никаких подарков. Те перчатки тоже не взяла и сбежала, как только вышибала появился в кабинете и сообщил Родриго, что его ожидают.

У меня всегда получалось находить выходы из безвыходных ситуаций, но прямо сейчас, оказавшись связанной в машине с незнакомцем, которого не пугала даже сама смерть, я не знала, что делать.

Это должно было когда-нибудь случиться.

Сегодня я проиграла. Не в бою, а в жизни.

Но это не означало, что я сдамся. Я освобожусь от них всех. Раз и навсегда. И неважно, как и когда это случится.

Я заберу свою жизнь обратно, и никто мне не помешает.

– Где мы? – спросила я, нуждаясь знать, откуда мне придётся бежать.

Вокруг стояла кромешная тьма, свет фонарей остался далеко позади, поэтому я смогла разглядеть только окружающие нас деревья – что-то похожее на лес.

Машина начала постепенно замедляться, и я почувствовала, как асфальт под колёсами сменяется на землю.

– Сакраменто, Калифорния, – ответил незнакомец.