Цитаты из книг автора «Ирина Млодик»

А вот если б в тебе жило твое собственное счастье, персональное, не зависящее ни от кого, тогда тебя никто не мог бы лишить его.

«Детка, расскажи Ромашечке, что хорошо мне. Пусть не боится. Мир вокруг него всегда будет таким, каким он решится его увидеть».

умирать не страшно, если тебя вот так отпоют на закате.

«…Я не хотел иметь дело со смертью. Конечно, я был уверен, что она меня не коснется. Когда ты молод, то не только уверенность в собственном бессмертии отгоняет мысли о конце – отчетливое ощущение своей исключительности и неприкосновенности придает идее бессмертия весьма убедительную достоверность.

Много денег. Это приятно. А дальше? Популярен. Поначалу здорово… затем утомительно. Дальше какая-то пустота… А потом его начинают забывать. Потому что, оказывается, их надо было удивлять снова! Это значит, что ему нужно опять как-то по-особенному проявить себя! Обязательно поновому, свежо – иначе не интересно. Иначе ведь скажут: «Это уже было, затерто до дыр, ты вторичен, парень, и неважно, что по отношению к самому себе. Ты вышел в тираж», – и отвернутся. Они отвернутся от того, кто их так удивил!

Взрослый – это тот, кто сам творит свою жизнь, тот, кто живет аутентично, то есть соответственно себе самому. Так, как ему нравится, так, как ему подходит, в соответствии с теми ценностями, которые выбирает. Взрослый – сам себе законодатель и судья. Даже если он совершает что-то, что противоречит законам государства, он отдает себе отчет в том, что последствия непременно наступят. Поэтому любые выборы и решения совершает он сам и готов платить за них определенную цену. Взрослый не испытывает стыда, потому что нет того пальца сверху, который может показать на него и сказать: «Какой плохой мальчик! Ты все делаешь неправильно! Как тебе не стыдно!», – поскольку, прав он или нет, хорош или плох, решает теперь только он сам.

Ощущение свободы от ожиданий, надежного плеча рядом и готовности ко всему, что пошлет им завтрашний день, наполняло этих совсем еще молодых людей

Я так говорила только потому, что не умела справляться с потерями и боялась всего, боялась не пережить. Но ты-то! Дорогая моя, тебе уже ничего не страшно, ты уже просто суперспециалист по переживанию потерь. Ты можешь быть с кем-то, а можешь быть одна. Осталось только одно – полюбить еще кого-то и, быть может, впервые в жизни не делать его сразу своей “семьей”. А потом смотреть, что получится. Знаю, что даю дурацкие советы. Сама-то любить не решаюсь.

Анна почти физически ощущала ее мучения – эту раздирающую невозможность принять завершение отношений. Так хотелось крикнуть ей: «Он не твой! И твоим ни

нет ни одного мудрого взрослого, который в трудный момент подскажет, как жить; нет никого, кто поймет, что с тобой происходит, и будет с тобой, что бы ни случилось… Сирота – тот, кто будет иметь только ту жизнь, которую построит сам, и никто в целом мире ничего не сделает за него. Печаль п