Уже не первая книга Ирины Богдановой прочитана мною, и всегда радостно от встречи с писателем, как от разговора с близким по духу человеком.
В романе «Мера бытия» повествуется об одной из самых суровых и страшных страниц войны — блокаде Ленинграда. Главные герои — Катя Ясина и Степан Медянов — прошли вместе с другими соотечественниками невероятно тяжелый военный путь, но сумели даже в таких обстоятельствах обрести счастье.
Ирина Богданова обладает, на мой взгляд, талантом писать так, что читатель очень быстро становится участником событий, соединяясь с героями какой-то родственной, близкой связью. Вот мы вместе с Катей патрулируем по замерзшему, голодному Ленинграду, чтобы помочь разгребать завалы после бомбежек, выносить из квартир умерших от голода людей, забирать детей, находящихся рядом с мертвыми родителями, а вот уже вместе с героиней переносимся на лед Ладоги, где Катя в качестве радистки с группой партизан телеграфирует о выполнении задания. А Сергей в это время ведет осторожно машину с эвакуированными по Дороге жизни, молясь о том, чтобы не попасть под обстрел или не угодить в полынью. С замиранием сердца следишь за малейшим движением, радуешься, когда удалось успешно герою вернуться из каждого такого похода.
Ленинград нужно стереть с лица земли, а жителей уничтожить — таков был приказ немецкого главнокомандования. Сейчас кажется невероятным, как ленинградцы пережили блокаду, не просто пережили, а остались несломленными, не упавшими духом, непобежденными. Каждый человек блокадного города — герой! Самое поразительное, что люди, несмотря на голод, усталость и холод, продолжали трудиться для нужд фронта. Работали театры, библиотеки, выпускались газеты, читались книги, создавались произведения искусства.
Но были и те, кто жил сытно и довольно в голодающем городе, кто спекулировал на чужом горе, приноравливался, а кто-то терял человеческий облик: «Часто бывает — большая беда шелуху с людей счищает, и оказывается, что у иных под грязной коркой — чистое золото, а у других под пушистой шкуркой — комок грязи». Вот мать выгнала сына на улицу, потому что он постоянно просил есть, а ей самой было мало. Два человека потащили Катю за угол, чтобы съесть, девушка с трудом спаслась от людоедов. Мужчина обменивал наворованные украшения на хлеб, тушенку, шоколад и спокойно себе жил, хотя за стеной в соседней комнате умирали дети. Такие ужасающие, поражающие жестокостью случаи, конечно, были, но большинство ленинградцев все-таки проявили лучшие стороны характера: доброта, сочувствие, поддержка, чуткость, взаимопомощь, чувство единения и любви к городу, Родине. Хоть нормы хлеба постепенно снижались, люди приспособились есть кашу из обоев и газет, похлебку из корешков старых книг, жарить на касторовом масле, варить холодец из сыромятных ремней и кожаных набоек, пить хвойный отвар и, самое главное, делились друг с другом.
Удивительно (может, наоборот, неудивительно), что храмы осажденного города были полны народа, в тяжелые минуты отчаяния люди обращались к Богу. Мать, глядя на умирающих детей, с иступленной безысходностью выбегает на улицу, бросается в сугроб и с горячей молитвой просит о помощи: «Господи, если Ты есть..» Проходящий вскоре военный отдает несчастной женщине свой паек из мешка и спасает жизнь целой семьи. Варвара Степановна, мать Сергея, стоит всю ночь на коленях перед иконой, горячая молитва летит к Богородице, Сергей сбегает из плена и попадает к партизанам.
Книга, мои дорогие, оказывает сильное впечатление, помимо художественного повествования, есть документальные свидетельства, сводки, воспоминания очевидцев. Все это придает еще бОльшую достоверность.
