Глава 4

Выйдя из лавки, я подождал, пока Корн, немного покачиваясь, закроет дверь на пару навесных замков.

«Дорогое дело здесь, в Асторе, такие замки. Интересно, откуда они у старика? Хотя, он столько всего знает и помнит, наверно, его услуги власти тоже нужны, – вдруг почему-то подумал я. – И в лавке покупателей нет, да еще товара в наличии тоже почти никакого не видно. А живет неплохо и той же выдержанной ресе радуется частенько, вообще по жизни не тужит. Выдержанная денег тоже хороших стоит, я себе пока позволить не могу. Здесь же к власти пришли люди, никогда народом сами не управлявшие и законов вообще не знающие. Им его личные консультации, наверняка, очень нужны постоянно».

Проводил старика до дома, все же он порядочно набрался и может упасть на лестнице, поэтому помог подняться на второй этаж, оставив его перед дверью, которую сразу, не дожидаясь стука, открыла жена. Ждала своего мужа и услышала, как он медленно поднимается по лестнице. Дом из местного песчаника, перекрытия деревянные, скрипят и постанывают. Под незлое ворчание супруги мой учитель сильно нетвердой походкой прошел в коридор. Старушка сдержанно поблагодарила меня за помощь в доставке мужа домой и закрыла дверь.

Стукнул засов, и я остался один на темной площадке.

«Хорошо, что не напился сильно, – думаю я, шагая по дороге между слабо освещенными домами. – С Корном лучше себя осторожно держать, наверняка, он имеет выходы на начальство Ратуши. Дети погибли в Беду, кормить их с женой некому, а он вообще по жизни не бедствует».

Я и так не собираюсь ему ничего про свою прежнюю жизнь рассказывать, но он время от времени задает такие каверзные, наводящие вопросы. Как там народ на той стороне гор живет и все такое, приходится отговариваться полной потерей памяти. Но мои явные успехи в чтении и письме заставляют его скептически морщиться на мои отмазки.

Ну, про те земли я еще вообще ничего не знаю, только в курсе того, что перевалы трудно проходимы летом и совсем непроходимы зимой. Поэтому держу оборону в полном незнании, чтобы не оказаться глупо пойманным на опрометчивых словах.

– Вот учеба отлично идет, сам не знаю почему, способности к грамоте есть, а из прошлой жизни ничего не помню, – так постоянно отпираюсь от знания своего прошлого.

Завтра выходной день, я рассчитываю выспаться как следует, чтобы дальше жить уже вполне расслабленно.

Подойдя к своему дому, я уже начал распахивать створку калитки, как вдруг откуда-то почувствовал внимание, направленное именно на меня. Не подав вида, что заметил слежку, я прикрыл калитку за собой и отступил в сторону. Махнул паре знакомых соседей, сидящих за столом под деревом при свете масляной лампы, которые сегодня присматривают за порядком во дворе.

Грис, парень из комнаты подо мной, негромко спросил у меня:

– Ольг, посидишь с нами? Мы с Тротом сторожим дом.

– Сейчас, только схожу отлить.

Махнул им рукой, предлагая подождать немного, а сам приник обратно к решетке, осторожно выглядывая из-за нее. Внимание к моей персоне, хотя и не обязательно к моей, я почувствовал со стороны темной ниши, находящейся в стороне за моим двором. Она находится через неширокую улицу, метрах в двадцати от входа во двор. Улица освещена только тусклым светом окон, выходящих на нее, около ниши совсем темновато, а в ней плещется сама непроглядная чернота.

Но я все же разглядел, как вскоре из ниши вышел невысокого роста человек, посмотрел по сторонам и быстро начал уходить в другую сторону от меня. Мелькнула мысль догнать его и разобраться, кого он тут поджидал, однако я, естественно, сразу же отогнал ее.

Догонять на темных улицах неизвестно кого, соглядатая или, может быть, даже наемного убийцу – довольно сомнительное занятие для простого такого попаданца. Я все же вообще никакой не спец по ножевому бою в темноте.

Да просто предъявить мне нечего, мало ли, зашел человек просто отлить в подходящее для подобного дела место, стоя у стенки проема смотрел в сторону двора, около которого появился я.

«И сказать нечего, и смотреться такая предъява будет глупо, а вот невидимый в темноте удар ножом можно вполне получить», – правильно понимаю я.

Смешно и печально будет выглядеть, если заказанный объект прибежит к киллеру разбираться и только поможет тому своим желанием разобраться выполнить заказ.

«Смешно – ему, а больно и печально – мне!» – тоже мне хорошо понятно.

Не буду же я уверять, что точно почувствовал его внимание, выкладывать мое секретное, не совсем приветствуемое умение в городе. То есть совсем не приветствуемое, поэтому говорить о нем нельзя никому, особенно подозрительным шпионам.

«Лучше не спугнуть следящего, а стать осторожнее и приготовиться к грядущим неприятностям. Так просто никто наемника следить не отправит, налицо явная подготовка к серьезным делам. И моим неизбежным проблемам», – решаю я.

Придется завязать с ночными прогулками в одиночестве – самое первое дело.

Самому мне, пожалуй, трудновато окажется разобраться с такой проблемой, зато я знаю, кому вполне по силам.

Я вернулся к парням, потрепался о последних новостях. Грис похвалил начавшую распеваться Гриту за очень красивый голос.

– Да я и так знаю, что у нее божественный дар по жизни! – отшутился я.

Попрощался с дежурными, они закрыли калитку в воротах и тоже пошли по своим комнатам.

– Больше ждать некого, все пришли, ты сегодня последний, – бросил Грис.

Да, такой постоянный учет во дворе тоже ведется, все всех хорошо знают и подобная бдительность мне только на руку.

Ушел в комнату, сел за стол и призадумался.

«Мне нужен Крос или еще кто-то из Гильдии. Не знаю, кому и зачем потребовалось следить за мной или намечался обычный гоп-стоп. Подобные происшествия случаются теперь иногда в Асторе, по уверениям соседей все началось в последний год, раньше про такое дело и не слышали», – вспоминаю я про то, что узнал сам совсем недавно.

Я перешел дорогу Редкену и молодому купцу, как его – Лассалю, но не до такой степени, чтобы тому пришлось нанимать настоящего убийцу. Потеря сотни данов на ставке на такое явно не тянет, а убийца попросит раз в десять больше.

«Если не в двадцать!»

Редкен денег не станет тратить, у него лишних вообще нет, наверно, если соберется, то сам попробует решить вопрос.

«Только по фигуре точно не он, какой-то совсем невысокий паренек с молодой походкой», – вспоминаю я то, что успел разглядеть из-за калитки.

Но наемник должен правильно предполагать тогда, что моя смерть закроет ему возможность ходить с караванами. Ведь Гильдия быстро сделает свои выводы, даже если на месте преступления он не попадется с поличным.

«Стычка у меня только с ним была серьезная, а хорошо зная его подлость и мстительность, виновником Гильдия назначит именно его. Не станет долго разбираться!» – понимаю я.

Может сделать выводы на самом деле, не обязательно, но все же вполне способно начальство в лице Альса и Турина признать личным оскорблением организации смерть своего почетного отставника.

И тогда неизбежно прилетит чья-то неопознанная стрела из кустов, которая оборвет в мучениях жизненный путь, понятно, что конкретного подонка. И самому подонку такое положение вещей точно хорошо известно.

Грозная репутация Гильдии еще окрепнет, только мне уже будет все равно под здешним голубым небом.

Тем более караван астрийских купцов ушел недавно, хотя тут тоже имеются варианты с отложенным заказом по сроку исполнения. Только слишком сложное все же дело при местной организованной преступности, которая совсем еще не очень организованная. Тут заказ не оставишь, как той же надежной в данном смысле легендарной Коза Ностре, неотвратимый и обязательный к исполнению.

«Конкуренту в тележном бизнесе еще слишком рано начинать так нервничать, мы пока просто перехватили у него пару заказов» – рассуждаю я.

Остается тот мордатый уголовник, которого я побил перед его дружками. Вот он может подобное дело со слежкой запустить, однозначно подручные у него тоже есть. Только денег, пожалуй, нет на наем серьезного профи.

Кого-нибудь из своих по дружбе уговорил? Или принудил? Так и дел-то пока всего на ломаный грош: просто постоять пару часов в темной нише, чтобы определить, когда я с работы возвращаюсь.

Можно, конечно, еще залезть в долги к Альсу. Попросить прикрыть меня, только от кого?

Не факт, что Старший Мастер согласится, хотя я ему сильно нужен, как он сам недавно утверждал. Да еще нет сейчас у него лишних людей прикрывать меня, чтобы им в городе неделю-две пропадать. Все в Сторожке пашут, не разгибаясь, оторваться вообще от дела не могут.

Можно самому приплатить паре парней с Кросом во главе. Пойти в «Жаровню», например, погулять там дотемна и ждать нападения, спровоцировать его, так сказать. Но второй жизни у меня тоже нет, очень не хочется даже самую малость так серьезно рисковать здоровьем.

Да еще денег лишних пока тоже нет.

«Хотя, можно со Стражей поговорить, со старшиной Броном тем же. Нанести первый удар самому, найти мордатого среди местного подполья и сдать его Страже. Хотя бы помочь найти. Очень нужен Крос и еще пара парней из наших, с ними можно сурово поговорить с Мордатым и его шайкой», – пытаюсь я найти выход из еще непонятного положения.

«Если сурово объявить ему мои подозрения, что Гильдия уже в курсе его злопамятного трепыхания, да еще серьезно поломать ребра, то мужику придется проглотить обиду и дальше не мелькать рядом», – кажется мне, вполне реальный вариант наехать на Рябого-Мордатого таким образом.

«Жаловаться на побои ему некуда, Стража его и так разыскивает еще», – хорошо понятно мне.

Времени на все такие поиски пока у меня не имелось, но вот теперь сразу же появилось, когда нормально так прижало. Я тихонько прошел по комнате, сполоснулся около умывальника и растянулся на своем матрасе.

«Завтра в десять утра меня ждут в Ратуше, завтра я могу серьезно разбогатеть. Очень важный день для моих планов на будущее, с такой суммой в золоте я не буду зависеть от кого-то и исполню все свои задумки в мастерской», – пока так размышляю я про будущее.

Успел подумать, что уже пару дней не видел Гриту. Певица теперь свободно гуляет по городу, все синяки у не прошли. Она репетирует с новым аккомпаниатором, пожилым мужчиной с такими же длинными волосами, как у погибшего Музыканта.

Самая главная отличительная черта местных работников богемы. Я встречал пару раз городских художников, таких же волосатых, и музыканты при трактирах внешним видом ухоженных волос отличаются от остальных кое-как стриженных мужиков.

Зовут его Скоп, он играет на нескольких инструментах, разговорчив, галантен и мне сразу понравился. Сам он в полном восторге от голоса и манер Гриты, постоянно повторяет, что она – настоящий бриллиант.

Не ограненный еще, конечно. Такое мое личное мнение.