Глава 1

***

— Давайте того Протасова, который улетел на самолете с новым паспортом — называть Первым, а того, который поехал на поезде по старому паспорту — Вторым, — предложил Палыч, — Чтобы не путаться в них.

— Давай, — согласились с ним генералы.

— То есть тебе еще много чего есть рассказать, чтобы мы их не путали? — добавил Второй.

— Рассказать найдется что, будьте уверены, — немного криво усмехнулся полковник и продолжил:

— Первое, Второй Протасов пользовался сим-картой, оформленной на Первого Протасова. Пользовался во Владикавказе и здесь, когда приехал на вокзал. Потом отключил ее и больше вообще ни разу не использовал. Что довольно подозрительно, значит, он заранее не хотел, чтобы по ней его нашли в городе или определили его место проживания.

— Ничего необычного на самом деле, — вздохнул Первый. — К делу не пришьешь.

— В медцентре он работал не официально, как говорит хозяйка, просто проходил испытательный срок. Срок этот подзатянулся, честно говоря, с начала августа до начала января, когда мои люди его спугнули. Все записи по его клиентам мы подняли.

— Вот именно, Палыч, именно там твои балбесы его профукали совсем по-глупому, — напоминает полковнику один из генералов.

— По поводу задержания, вот рапорты от обоих оперативников, — протянул Палыч бумаги своим начальникам, но они от них отмахнулись:

— Вкратце, что они пишут?

— Что Протасов, который теперь установлен как Второй, оказался человеком не очень большого веса, но явно нечеловеческой силы. Они вдвоем одновременно не смогли его скрутить, как ни старались. А они очень старались, — видно, что сам Палыч тоже удивлен тем, что ему приходится рассказывать начальству.

— Это твои-то мордовороты? Не смогли обычного человека заломать? Вдвоем наручники не смогли одеть? Да не может быть! — до глубины души поражается Виктор Степанович. — Просто сбежал от них и все дела!

— Однако все вышло именно так. Оба в один голос уверяют, что он смог легко, даже особо не напрягаясь, вырвать руки из захвата и вырубить их из сознания легкими по виду ударами. Причем не с первого раза, там они остались в сознании, а только со второго окончательно, зато уже надолго. Сам ушел через окно, благо, первый этаж оказался, не пошел через дверь, понимая, что там его ждет машина.

— Как-то слишком фантастично звучит! Он что, какой-то суперагент вероятного противника? — громко выражает свое недоверие Виктор Степанович. — Да твои архаровцы шестерых тренированных противников размажут по полу и даже не вспотеют!

Второй генерал помалкивает, а Палыч спокойно продолжает:

— Привели их в чувство заглянувшие в комнату клиентки центра. Правда, они их чуть сами потом не убили, когда поняли, что Второй ушел через окно. Ну, несколько раз ударили сумками и очень больно пнули за то, что они заставили исчезнуть Протасова, вот так и привели в сознание на самом деле. Они называли его Лекарем и кричали в один голос, что опера полные мудаки, что не понимают, куда они полезли, на кого свои глупые руки подняли! Что они не стоят одного ногтя на его пальце!

— Однако, — протянул наконец Второй. — Что за массовый психоз такой? Давненько с таким не сталкивались уже?

— Так и есть, товарищ генерал-майор, все опрошенные на скорую руку клиентки и работницы самого центра, включая хозяйку, уверены в том, что Протасов на самом деле лечил неизлечимые заболевания. Клянутся и божатся, поэтому мои люди не знают, что думать. Раньше считали, что он умелый гипнотизер, вводит в состояние транса и внушает больным, что пациенту стало лучше. Такие случаи уже были, не такая уж редкость в медицинских кругах. Однако народ размахивает своими рентгенами и прочими томографиями до и после приема у Протасова. Что у большинства тех, кто побывал на сеансе, есть даже заключения лечащих врачей!

— Отсюда подробнее! — явно заинтересовался Виктор Степанович, до этого сидевший с совсем скептическим видом.

— У нескольких пациентов уменьшилась раковая опухоль с метастазами, у кого-то артрит перешел в неболезненную форму, у многих операционная необходимость в удалении грыж на позвоночнике исчезла — и все подобное после одного сеанса. Да, на второй-третий сеансы попало не так много народа, очередь уже растянулась на три месяца, поэтому мы и узнали про этого Лекаря от одного из своих осведомителей. Сам Лекарь-Протасов старался не брать людей часто, предлагал приходить через месяц, не раньше.

— То есть он не гнался за деньгами? Чудотворец-Бессребреник, что ли? — не доверчиво спрашивает Второй.

— Нет, зарабатывал он отлично, тысяч по шестьдесят-восемьдесят в день, три дня в неделю. Прием подорожал уже с пяти тысяч до восьми, а желающих становилось все больше. В центре мы узнали, что устроился он на работу, то есть предъявил изначально документы именно Первого Протасова — его ИНН, СНИЛС, паспорт и полис.

— Они конкретно в сговоре, получаются? Тот его легализует, отдает свои симки и все такое? Документы он не мог просто так отдать! Даже на время! — не понимает Первый.

— Ну, все так выходит, потому что симка и потерянный недавно паспорт у него сразу же оказались, тут точка отсчета — именно Владикавказ. По номеру телефона, который он оставил в центре, выяснили, что он жил в принадлежащей Первому квартире на Заневском проспекте примерно месяц. Потом переехал в купленную опять же Первым квартиру в новом доме рядом с Боткинской больницей. Купленной за шестнадцать миллионов наличными, кстати, со всей обстановкой, и прожил там до своего побега седьмого января. Встречался и жил там с тридцатипятилетней Ольгой Феоктистовой из Веселого поселка. Однако внезапно выставил ее из квартиры прямо за день до своего побега. Как будто знал, что мы за ним следим и придем именно в медицинский центр, чтобы прихватить для начала на горячем — оказании медицинских услуг без лицензии.

— Похоже, твои умельцы и здесь накосячили… Значит, срисовал он их во время слежки. Не те агенты пошли. Совсем не те, что раньше были, — грустно произнес Первый.

— Не могу знать, товарищ генерал! — закосил под дурачка полковник. — Какие они раньше были!

Генералы немного посмеялись и разрешили ему продолжить.

— Теперь самое интересное после непонятной силы и непонятного лечения. Нет, здесь вообще самое интересное! — загадочно протянул Палыч, делая паузу и дожидаясь нетерпеливой команды продолжать.

— Что может быть еще интереснее? Не тяни, Палыч!

— Отпечатки пальцев! На работе, в одной и второй квартирах обнаружено множество отпечатков пальцев Второго. И в квартире Первого наши техники их сняли. Так вот они абсолютно идентичны между собой! Полное совпадение!

— Так значит, он все же один! — сделал вывод Виктор Степанович.

— И я так тоже подумал! Но, все же нет, дело еще сложнее.! Я проверил их вылеты из страны, Второй вылетал с той самой Ольгой и ее дочерью в Турцию. Проходил границу по загранпаспорту Первого, ничего не боясь. И через неделю Первый летал по тому же самому паспорту со своей подругой на Кубу.

— Все равно, это может быть один человек, ведущий двойную жизнь.

— Да, возможностей так устроить множество. Только Первый проводил сделки с недвижимостью, а Второй в это же самое время лечил людей. Ну, единственное, судить об этом мы может только по нахождению их телефонов в разных местах. Опросить свидетелей сделок с недвижимостью мы еще не успели, однако подобное дело вообще не проблема. Нужно только время и еще пару оперов для этого. Но вот один свидетель того, что они точно два разных человека, у нас уже есть — тот самый водитель микроавтобуса-такси, который отвез их седьмого января на дачу родителей.

— Так, отсюда подробнее! — заинтересовался Первый.

— Да, водитель такси рассказал и дал официальные показания, что на седьмое января его с вечера шестого января забронировал уже ездивший на его машине клиент, Олег Протасов. Он забрал его в одиннадцать часов с Малоохтинской набережной вместе с попутчиком, всего двоих пассажиров с вещами. После чего отвез в коттеджный поселок, где проживают родители Протасова, его мать и отец. Он уверяет, что пассажирами были два близнеца, которых он точно не смог бы отличить друг от друга. Еще немаловажно, что один из них вылез, не доезжая до коттеджа родителей, остался стоять на углу улицы с вещами. Тогда как второго он отвез в коттедж и оттуда уехал уже свободным, проехав так же мимо продолжающего стоять на углу его близнеца.

— Значит, они не пошли вместе в коттедж. Получается, родители не знакомы с его братом-близнецом? — догадался Второй генерал.

— Да, в ходе допроса после событий на берегу Вуоксы родители признались — сын намекнул им, что ему почему-то придется куда-то уйти. И сразу ушел, забрав какие-то вещи, два карабина с патронами и две пары лыж. Два раза возвращался в коттедж за своими вещами. Но они ничего про второго Олега Протасова не знают и никогда его не видели. Свои слова они подтвердили на детекторе лжи и легко его прошли.

— Ну, детектор можно легко обмануть, если подготовиться к допросу, — замечает Второй генерал.

— Похоже, они точно не в курсе про существование близнеца. Даже не знали, что сын купил очень дорогую квартиру, и там кто-то живет, очень похожий на него. Не знают даже — откуда у него такая солидная сумма. Семья хорошо обеспеченная, но такое дело больше касается родителей. Первый работает на мать, отлично зарабатывает, имел до этого две квартиры в собственности. Но вот треть, которая дорогая, не проходит никак по его официальным доходам, слишком большая сумма все же получается. Заплатил ее наличными целиком. В принципе, зная теперь место проживания обоих Протасовых, будет несложно определить, что это два разных человека просто по показаниям камер в подъездах, лифтах и около дома. Пока до подобной сверки руки не дошли, однако установить, что они разные люди — теперь совсем несложно.

— С абсолютно совпадающими отпечатками пальцев? — недоверчиво спрашивает Первый генерал.

— И с полностью совпадающей внешностью, — флегматично добавляет Палыч и наливает себе стакан воды из бутылки.

— Что же произошло на берегу Вуоксы? Почему твои люди снова не справились с задержанием разыскиваемого? Если бы они взяли близнецов, теперь бы не ты рассказывал нам свои предположения, а оба брата Протасовых выдавали правду изо всех сил, — упрекает один из генералов полковника.

— Там случились еще несколько необъяснимых вещей. Именно поэтому их нигде нет, а я один сижу перед вами с отчетом, — объясняет полковник.

— Что? Еще необъяснимых? — уже закипает Второй. — Да сколько можно?