Пролог

10 сентября 2012 г., Германия, Гамбург

Как только Линч войдет в хранилище закрытого клуба, сработает датчик движения и включится видеозапись. Если система безопасности не опознает его за две минуты, то заблокирует дверь и оповестит о попытке взлома. Чтобы этого избежать, Линчу пришлось три месяца отработать в охранной фирме наладчиком электронных систем.

Перед отправкой на задание наставник инструктировал группу: «Излишне говорить, насколько, хранящиеся в сейфе, видеозаписи, ценны для нашей работы. Садисты посещают клуб не только для собственного удовольствия. В первую очередь это общение с единомышленниками. Они прикрывают друг друга, предоставляют алиби, помогают в поисках жертв и учат избавляться от тел. Нет тела – нет дела».

Главным препятствием в выполнении этого задания был отпечаток большого пальца хозяина клуба на кодовом замке сейфа, который так и не удалось раздобыть. Фанатичный в делах безопасности Курт Вебер либо носил перчатки, либо использовал клейкую ленту, которая деформировала узор папиллярных линий. Но, к счастью, подкупленный информатор заверил: «Обычно после полуночи хозяин клуба накидывается наркоты и теряет связь с миром».

Помпезный ночной клуб «Аллегро», оформленный в стиле оперного театра, располагался в портовой зоне Гамбурга. Нынче здания бывших фабрик и заводов служили ночными пристанищами для желающих повеселиться. Вот и сегодня вереница посетителей ручейком извивалась от автостоянки до входа, где их встречали два охранника, похожих на небоскребы.

Линч оповестил группу о начале операции и пошел к служебному входу, вытянул руки в стороны и терпеливо ждал, пока охранник обыщет его вещи и проверит металлоискателем. Попав в служебное крыло, Линч прошел длинный коридор, где его ожидал управляющий.

– Почему так поздно? Договаривались на десять, – проворчал управляющий и жестом указал идти за ним.

– Мне сказали подъехать к одиннадцати, типа в это время будет ваш шеф.

Управляющий протянул охраннику светонепроницаемую повязку. Линчу завязали глаза, посадили в машину и несколько минут возили вокруг клуба. Он это понял по портовым звукам и нарастающей музыке, которую было слышно у парадного входа. Наконец машина остановилась. Когда дверь машины распахнулась, на него хлынул прогорклый запах рыбы и специй. Его выволокли из машины. Звуки и запахи порта усилились, ветер трепал волосы. Через минуту все трое вошли в здание и с Линча сняли повязку, отчего он зажмурился. Когда глаза привыкли к яркому свету, он зашел за управляющим в ближайшую дверь и разглядел хозяина клуба, сидящего в черном барочном кресле. Комнату освещал мягкий свет торшера в форме дуги и закарнизная подсветка.

– Зачем вам понадобился мой сейф?

Директор охранной фирмы угробил полчаса, объясняя по телефону владельцу клуба, что и как, но он все же устроил допрос. Линч слегка отодвинулся от амбала, дышавшего ему в ухо, и без заминки объяснил причину визита:

– Мы обнаружили брешь в системе оповещения, нужно внести поправки и перезагрузить программу.

Вебер смотрел ему прямо в глаза, оценивая правдивость сказанного. На минуту воцарилась тишина, охрана стояла на вытяжку, терпеливо ожидая приказа. Наконец, Вебер стукнул два раза по столешнице и вскочил так резво, будто увидел под столом гадюку, быстрым шагом направился к двери и исчез в коридоре. Охранник толкнул Линча в спину и тот поспешил за хозяином клуба. Всей процессией они прошли через погрузочную платформу, на которой загружали две фуры, и, петляя по лабиринту коридоров, попали в контору, где вдоль стены были выстроены рабочие столы со счетчиками банкнот. Три китайца проворно запаковывали пачки евро в коробки с такой же маркировкой, как на грузовой платформе. Охранники встали у последней двери, из чего Линч сделал вывод, что за ней находится его заветная цель.

Обитая деревянными панелями комната была оснащена первоклассной системой безопасности. Его не собирались оставлять наедине с сейфом, и это было не единственным разочарованием. Линч заметил на сейфе наклейку конкурирующей фирмы. Значит, Вебер подстраховался и установил дублирующую систему, а это означало провал операции. В горле пересохло, Линч с трудом подавил нарастающую панику.

Вебер открыл потайную панель, ввел код, снял перчатку, приложил палец и указал Линчу на сейф.

– Валяй.

Сейф был девственно пуст, что противоречило показаниям информатора. Пока Линч работал с него не сводили четыре пары глаз. Он вынул из кейса контроллер, перезагрузил систему и ввел новые коды доступа. Хоть он и делал все не спеша, прошло не больше пяти минут.

– А теперь слушай меня внимательно, – процедил Вебер сквозь зубы, когда Линч собрал оборудование и встал у двери. – Еще раз сунетесь ко мне, и я лично проломлю инвалиду башку. Понял? Думаешь, нацепили маски и вас никто не узнает? А?

– Я не понимаю, о чем вы…

Не успел Линч договорить, как получил удар под дых и от боли согнулся пополам.

– Передай калеке, что мы тоже за вами наблюдаем, тронете моих клиентов – и пойдете рыбам на корм.

Покидая здание, Линч еле справлялся с яростью. Это была катастрофа! Группа Vigilante раскрыта! Вдвойне было обидно, что это произошло на его задании.

На погрузочной платформе его снова усадили в машину, но на сей раз, охрана не проявляла особой прыти. Позабыв о повязке, амбал плюхнулся на переднее сиденье и дал водителю знак ехать. Похоже, их босс был уверен, что угроза возымеет действие, и охрана не напрягалась.

– Глаза в пол! – небрежно брякнул охранник Линчу и уткнулся в телефон.

Когда машина повернула за угол, Линч увидел портовые доки и понял, что они находятся на первой линии складских зданий. Им навстречу ехал джип с затонированными стеклами. Линч на автомате запомнил номер. Следом за ними выехала фура, а за ней пристроился джип.

Когда Линча высадили перед входом в клуб, он бегом добрался до служебного минивэна, сел за руль и утопил педаль газа в пол. Со злостью ударил по рулевому колесу и выругался, а когда успокоился, вставил в ухо микронаушник и доложил координатору о провале.

– Если тебя выпустили, значит, хотят проследить и взять всю группу. Проверь, нет ли хвоста.

Поглядывая в зеркало бокового вида, Линч резко свернул на светофоре и прибавил скорость. Пару минут все было тихо, а потом он засек, как за ним пристроился неприметный черный «мерс». Чтобы убедиться, Линч немного поплутал по ночным улочкам Гамбурга и доложил:

– За мной хвост.

– Мы отрежем его от тебя. Езжай в аэропорт. Старик снял тебя с операции и приказал срочно явиться в центр.

– Черт! – в отчаянии Линч рубанул ладонью по приборной панели.

– Это не из-за провала. Приказ дали еще до того, как ты вошел в клуб, – поспешил его успокоить координатор. – Там что-то личное.

– Ладно. Забронируй мне билет на ближайший рейс.

– Ты не полетишь. В аэропорту тебя перехватят на подземной стоянке люди из центра и по земле доставят к Старику.

Линч озадачено потер шрам на губе и свернул на шоссе, ведущее в аэропорт. Поспешная эвакуация по личным причинам – такое было впервые.

†††

Россия, Звенигород, санаторий МВД

Генерал-майор Васенков, закончив принимать душ в ванной, услышал стук в дверь номера, и отозвался привычным: «Войдите!» Встал на напольные весы, взглянул на электронные цифры и чертыхнулся. Похоже диету придется ужесточить. Дверь номера открылась, официантка поздоровалась, вкатила в гостиную сервировочный столик с завтраком и пожелала приятного аппетита. Зашел ассистент и, дождавшись, когда официантка покинет номер, постучал по приоткрытой двери ванной.

Васенков выключил электробритву и выглянул в коридор.

– Доброе утро, Юрий Михайлович. Как спали на новом матрасе?

– Боря, давай без подкатов, я ж не девица краснощекая. Раз пришел в такую рань, значит, по делу.

Ассистент деловито доложил:

– В шесть утра в Медынском районе Калужской области обнаружили труп женщины, замурованной в дерево, – он протянул замминистра фотографии, на которых была запечатлена жертва с разного ракурса. – Труп обнаружил местный охотник.

Васенков взглянул на них и побледнел, затем прошел в спальню и снял с вешалки чистую рубашку. Пуговица на животе еле застегнулась. С раздраженным видом он промаршировал в гостиную, подкатил сервировочный столик к креслу и приступил к завтраку.

– Вызывай носителя кислотной фамилии. Скажи, что Цапакин нашел себе нового ученика. Никакой прессы. Разбирайтесь по-тихому.

– С этим как раз проблема. Убийца позвонил двоим криминальным блогерам и озвучил один и тот же текст. – Помощник открыл папку и зачитал: – «Высылаю координаты. Это мой подарок матушке Земле. Хочешь стать знаменитым? Тогда поторопись, а то кто-то другой будет освещать сенсационный репортаж». Номер скрыт.

– Раз он любит шум, значит, одним убийством не ограничится. Так что пусть Лимонов принимает дело, не дожидаясь третьего трупа. Посылай за ним вертушку. Выясни, Бирк вернулся?

– Нет. Он еще в Канаде.

– От него есть новости?

– Пока они с помощником отрабатывают зацепки.

Уже две недели Расмус Бирк, международный эксперт-профайлер, по просьбе Васенкова пытался обелить имя сына российского военного чиновника, арестованного в Канаде по обвинению в убийстве.

– Какая ему нужна помощь?

– Никакая.

Это было плохим знаком. Васенков жестом попросил оставить его одного, но потом вспомнил о кадровой ротации отдела профайлинга и спросил:

– А как там Митяева? Прошла курсы ФБР?

– Сегодня должна приступить к работе.

Васенков хмыкнул и поскреб подбородок.

– Что там с лабораторией? Растаможили?

– Оборудование смонтировали еще на прошлой неделе.

– Тогда пусть Лимонов забирает тело в Москву и вызывает своих криминалистов.

Глава первая

10 сентября 2012 г., Россия, Медынский район Калужской области

Пилот вертолета оповестил о прибытии по заданным координатам. Лимонов и группа экспертов припали к иллюминаторам, стараясь рассмотреть место преступления с высоты птичьего полета. Густой лес прорезала тонкая лента дорожного полотна, ведущая к ближайшей деревне. Вдалеке виднелись развалины кирпичного храма, далее густой лес – и ни одной тропы. На утреннем солнце местами поблескивали болотистые островки. Наконец показалась вереница машин вдоль размытой дороги. Люди в форме курсировали между лесом и полем, где был оборудован временный штаб.

Вертолет приземлился на поле между деревней и лесом. Полковник с кряхтением натянул резиновые сапоги, недавно купленные для рыбалки, и двинулся навстречу следователю из областного убойного.

– Здравствуйте, Андрон Маркович. Нам сообщили, что вы возглавите расследование.

Следователь представился как Андрей Витальевич Решетов, пожал руку полковнику и следовавшим за ним судмедэксперту Смирнову и лейтенанту Свиридову.

По недовольному виду подполковника Лимонов понял, что местный убойный не в восторге от передачи медийного дела Москве.

– Если это наш клиент, мы заберем дело, если нет – у вас полная свобода.

Решетов поежился от налетевшего ветра, поднял воротник куртки и повел московских коллег к месту происшествия. Ноги проваливались в грязь по щиколотку. Свиридов, еле удерживая 3D-камеру с лазерным сканером, глянул на свои кроссовки и чертыхнулся.

Чтобы не тратить время, Лимонов попросил Решетова ввести группу в курс дела.

– Труп обнаружил Олег Иванович Колотушкин, местный житель, – то и дело оглядываясь, начал доклад следователь. – Во-о-от. Пошел проверить ловушки на мелкое зверье и наткнулся на дерево, формой похожее на женщину. Пригляделся и заметил обнаженный женский торс.

Размерено шагая за шефом, Смирнов обратил внимание на извилистые и покореженные стволы деревьев, согнутые в одну сторону, будто в почтительном поклоне перед восходящим солнцем. До назначения в отдел профайлинга судмедэксперт никогда не был на месте преступления, поэтому, минуя узкую дорожку, местами затянутую туманом, чувствовал, как нарастает чувство тревоги.

– Где этот Колотушкин? Зови его! – полковник огляделся.

– Домой пошел. У него жинка тяжелая. Уход нужен. Во-о-от. Иванович хотел позвать кого-то из деревни, но увидел машину и залег. Это оказался житель Обнинска, Макрушин Сергей Климович, криминальный блогер.

– Это ему звонил убийца?

– Ему и еще одному блогеру из Калуги. Тот подъехал на час позже. Пережогин Валентин Евгеньевич. Раньше работал журналистом, но после парочки скандалов его уволили, и он ушел в свободное плавание.

– За что уволили?

– А это важно? – с раздражением спросил следователь и сплюнул. – Мне лично до лампочки, за что его там уволили.

Полковник насупился, покрутил кончики усов и окрикнул лейтенанта:

– Ваня!

Отставший Свиридов тут же отозвался и подбежал к полковнику.

– Объясни-ка обнинскому убойному, почему важны блогеры.

Решетов тут же стушевался и от злости покраснел.

Поправив очки, Свиридов монотонно начал излагать:

– Необходимо понять, по какому критерию убийца выбрал именно этих людей для привлечения к делу. Если о них знают только местные, то сам убийца, возможно, тоже местный. Если они имеют обширную аудиторию по всей стране, то убийца хочет, чтобы содеянное им широко освещалось, а блогеров использует потому, что у них больше свободы, чем у штатных газетных журналистов. Ими так же легче манипулировать.

Лимонов посчитал ответ исчерпывающим и повернулся к Решетову.

– Подобные убийства совершались на вашей территории?

– Не припомню такого. В основном у нас бытовуха, грабежи, разбои, драки, – Решетов замедлил шаг и на полтона тише добавил: – Здесь три года назад голову нашли.

– Кто дело вел?

– Да не было никакого дела, – отмахнулся Решетов. – Голову наверняка сатанисты выкопали из могилы для своих обрядов. Тут их толпы шастают.

– Голова женщины?

– Ага.

– Где голову нашли?

– На окраине…

– Села?

Следователь сказал, что теперь им придется спуститься в овраг. Полковник взглянул на затянутый туманом крутой склон и, держась за стволы деревьев, стал осторожно спускаться.

– Голову нашли здесь, в лесу. Без глаз. Глаза лежали на крыльце заброшенного дома. Прочесали всю округу, но тела так и не нашли.

Лимонов заметил поспешно прячущего мобильный телефон полицейского.

– Андрей Витальевич, если снимки с места преступления просочатся в Интернет, головой будешь отвечать. Понял?

Их взгляды скрестились. Набычившись, Решетов со злостью выпалил:

– Зачем же вы так, Андрон Маркович, мои люди знают правила.

– Ты не умничай, а лично убедись, что все твои архаровцы удалили фото жертвы с мобильных телефонов и планшетов, а то, что они их сделали, я не сомневаюсь.

Лимонов показал на еще одного фотографирующего полицейского. Решетов чертыхнулся и окрикнул коллегу.

– Ну что, Ваня? Время не терпит. Наши еще не скоро подъедут, так что расчехляй свой драндулет, – полковник посмотрел на часы. – Для протокола: на место происшествия прибыли в восемь часов сорок минут.

Лимонов попросил экспертов дать им место для маневра. Когда все трое закончили спуск и встали напротив пресловутого «дерева», полковник вынул из кейса фонарь, лупу и стал разглядывать детали, которые были плохо видны на присланных министерством фотографиях.

Смирнов облачился в форменный комбинезон и подошел к обнинским коллегам. Представился и стал осматривать собранные ими улики.

Из-за туманной дымки Лимонов не сразу разглядел, что корни дерева, покрытые мхом, прикреплены к земле металлическими скобами. Тело женщины проглядывалось от талии до головы, а бедра и ноги были скрыты стволом дерева. Определить рост жертвы было затруднительно. Вместо рук были ветки, а места примыкания дерева к телу тщательно закамуфлированы корой. Голова женщины была запрокинута назад, рот распахнут и заполнен мхом, на котором застыли две гигантские бабочки. На ее длинных слипшихся волосах, каскадом струившихся вдоль спины, виднелись маленькие фиолетовые, желтые и синие цветки, а также листья папоротника.

– Руки нашли? – спросил Лимонов, глядя как Решетов спускается в овраг.

– Прочесали местность в радиусе пяти километров. Ничего. Вам нужен список пропавших женщин?

– Вскрытие поможет идентифицировать жертву.

– Как? – Решетов недоуменно развел руки в стороны и показал на Смирнова. – Ваш патологоанатом экстрасенс? С ним говорят даже мертвецы?

Лимонов всунул в руку следователя лупу.

– Посмотри на ее груди.

Решетов еле подавил смешок.

– А что с ними? Мой любимый третий размерчик, полагаю.

– Чего скалишься, дурень? Это имплантаты, а значит, у нас будет их серийный номер.

Лимонов приказал всем покинуть место преступления и присоединился к экспертам, наблюдавшим с тропинки за процедурой осмотра отделом профайлинга.

Свиридов разложил ножки штатива и зафиксировал в пяти метрах от жертвы. Установил сканер на штатив и вставил аккумулятор в батарейный отсек. Ввел пароль и соединился с планшетом. Далее вошел в приложение и создал новую учетную запись «Никитское». Задал параметры сканирования, и на экране планшета отразилось время процедуры «2 часа 15 минут». Свиридов отошел за границу заданных расстояний и нажал на кнопку старта.

Все заворожено смотрели, как красный луч очертил место преступления. Вслед за тем короткие вспышки отображались то на одной точке, то на другой.

– А что это за штука у вас? – испугано спросил Решетов.

– Сканер, – буркнул Лимонов, не отрывая взгляда от лазерного луча. Он, как и его коллеги, впервые видел новое оборудование в деле.

– Он что, за нас всю работу будет делать?

– Вам бы все не работать, – проворчал полковник.

Из всей команды судмедэксперт оказался более приветливым и объяснил:

– С помощью сканера со встроенными фотокамерами мы получаем детальную 3D-модель места происшествия. Прибор измеряет расстояние между объектами сканирования, горизонтальный и вертикальный угол. Из этих величин прибор вычисляет площадь и три координаты: X, Y, Z. Далее выстраивается трехмерная модель.

– Так он просто картинку в компьютере нарисует и все? – разочаровано отмахнулся Решетов. – Тьфу ты…

– А вы подумали, что он вам сразу имя убийцы выдаст и адрес проживания?

– А чего? – скривился в ухмылке Решетов. – Было бы неплохо.

– До таких технологий нам еще лет сто, – подметила эксперт.

– А я думаю они войдут в нашу жизнь гораздо раньше, – улыбнулся Смирнов. – Для этого достаточно лишь заполучить биометрические данные всего населения страны и въезжающих туристов.