Рассказывая о жизни в столице, я не могу обойти стороной такую тему, как парикмахерское искусство Москвы 2000-х годов. Представьте себе: после диких экономических и социальных потрясений столица начала потихоньку приходить в себя и к началу 2000-х превратилась в настоящий эпицентр моды и стиля, притягивая к себе лучших парикмахеров со всего мира и местных профи, которые знали своё дело.
В те годы парикмахерские росли как грибы после дождя, и каждый салон старался переплюнуть конкурентов, предлагая всё более крутые услуги. Стрижка горячими ножницами? Легко! Кератиновое выпрямление и ламинирование? Да пожалуйста! Мастера безумствовали, осваивая зарубежные техники и внедряя их на полную катушку. Конечно, в Москве были свои звёзды парикмахерского искусства. Салоны типа «Жантиль», «Долорес» и «Персона Lab» стали настоящими мекками для тех, кто хотел выглядеть на все сто. Там трудились топовые мастера, которые создавали нереальные образы и разрабатывали свои уникальные методики.
Парикмахерское искусство стало важной частью московской культуры. Мастера участвовали в конкурсах и фестивалях, показывая всем, на что способны. Ежегодный конкурс «Золотые ножницы» стал просто бомбой – там собирались все сливки парикмахерского мира. Короче, 2000-е в Москве – это время, когда парикмахерское искусство реально расцвело. Новые технологии, модные фишки и крутые профи сделали своё дело. Этот период оставил огромный след в истории причёсок и укладок, став основой для всех тех крутых новинок, которые вы видите сейчас.
Вот в какое время я впервые приехал покорять столицу. К сожалению, до открытия первого московского барбершопа оставалось еще несколько лет…
Допив минералку, я первым делом написал своей девушке на электронную почту. Перед вылетом из Иркутска мы не смогли созвониться, ее иркутский номер был недоступен, а московского я не знал, даже если он и существовал. Сегодня переписка двух близких людей по е-мейлу кажется странной, но в 2007 году «Телеграма» и «Вотсапа» еще не изобрели. Прошлое мое письмо с номером рейса и датой прилета было прочитано, но осталось без ответа. «Я прилетел, давай встретимся?» – написал я. Голову раскалывал груз похмелья и полной неизвестности.
Перво-наперво нужно найти работу, решил я, у меня есть две недели до приезда сестры. Собрал свою сумку с инструментом – фен, расчески, ножницы, скачал и распечатал карту метро и поехал в центр. На фоне маленьких неприметных парикмахерских выделялось дорогим фасадом заведение с большой вывеской «Персона», но я искал именно мужской салон, поэтому решил еще погулять и присмотреться.
Пафос столичных салонов провоцировал неуверенность в собственных силах. Смогу ли я здесь работать парикмахером? Ни одного мужского заведения за весь день прогулок, к сожалению, я не встретил. Позвонил Дане, потом Васе, они оказались заняты. Набрал номер своего друга, московского диджея, с которым мы ни разу не виделись, но крепко сдружились, переписываясь в чатах. Костик был удивлен моим появлением в Москве. Назначил встречу во Фреш-кафе, где он играл свой dj-сет вечером.
Домой, на Танину квартиру, ехать мне было далеко, я решил сразу отправиться на встречу. Приехал раньше назначенного времени, вход в кафе оказался свободным. Со своей сумкой парикмахерского инструмента я разместился за барной стойкой, заказав безумно дорогой обычный чай, и стал ждать…
Наконец, Костя встал за вертушки, и следующие два часа пролетели незаметно. Подмечая каждый трек, мы находились на одной волне, а после сета поприветствовали друг друга так, будто были знакомы с детства. На удивление, у Кости в этот день в расписании оказался всего один клуб. Мы сели в его спортивный Honda Accord и поехали по ночной Москве, беседуя обо всем подряд.
Какая же красивая Москва! Город богатых волков-одиночек. «В Москве друзей нет, а если и есть – это большая редкость», – сказал мне Костя.
Мы долго смеялись над моим иркутским акцентом и неправильным произношением с ударением на букву «о». Костя по национальности грузин, но родился и вырос в Москве, в его речи присутствовал коренной, чисто московский акцент с протяжными «а».
Затем мы обсудили стрижку Кости и решили сменить ее. Поставили машину, взяли в магазинчике рядом все необходимое – в первую очередь, ячменное для веселья в процессе стрижки и лучшей коммуникации. Дома нас встретила Костина мама, разогрела ночной ужин. Образ жизни сына нисколько ее не тревожил. Днем он спал, а ночью играл в компьютерные игры, если не работал в клубах. В этот день я обрел друга, клиента и наставника в клубной сфере, который знакомил меня не только с клубной культурой столицы, но и с нужными людьми.
Получив оглушительную дозу информации, на следующий день я просто отсыпался, а вечером продолжил искать мужские салоны, сидя перед монитором своего ноутбука. Если бы я знал тогда, что ровно через четыре года в Москве появятся барбершопы и что я по-настоящему пойму, в чем мое предназначение, переживания бы отступили, а так – пришлось отложить идею поиска мужского, правильного, в моем представлении, салона в Москве.
Я приехал в Москву ради своей девушки, однако она, как и сама столица, не спешила распахивать мне навстречу свои объятия. Но, как это всегда бывает, едва я начал терять надежду на продолжение отношений, вдруг пришло письмо: «Прости, была с сестрой-близняшкой во Франции. Перезвони». Днем мы договорились встретиться.
О проекте
О подписке
Другие проекты