Цитаты из книг автора «Илья Латыпов»

Некоторые связи разрушаются окончательно — после каких-то наших проступков чувства у партнера могут окончательно умереть, и желание продолжать отношения (а их суть заключается в обмене чувствами, мыслями, действиями) тоже пропадает. Признание факта смерти отношений тоже позволяет остановить цикл мщения и молча разойтись, отгоревав крушение, хоть это бывает очень больно. Но в таком завершении намного больше достоинства и самоуважения, чем в бесконечном взаимном мщении.

Самый сложный, но и самый продуктивный шаг: обе стороны отказываются от самооправданий и выяснения, кто первый начал и кто виноват, и договариваются о том, как совместными усилиями уладить ситуацию. «Если вы хотите заключить мир с вашим врагом, вы должны работать над этим вместе с вашим врагом. И тогда он становится вашим партнером». Это сказал Нельсон Мандела, который провел много лет за решеткой, но нашел в себе силы, став президентом ЮАР, не мстить, а работать над примирением сторон.

Жертвы тоже составляют истории, пытаясь осмыслить произошедшее с ними. В этих историях может быть много чувства вины («Как я могла допустить это!»), стыда («Раз так со мной поступили, так мне и надо») или гнева («Только настоящий психопат мог так поступить!»). Человеку, которому причинили эмоциональную боль (речь идет не об уголовных преступлениях и о физическом насилии!), важно услышать от обидчика четыре вещи: а) признание факта причинения боли — совершения ошибки, которая нанесла ущерб; б) выражение сожаления и раскаяния («мне очень жаль», «мне стыдно»); в) объяснение мотива причинения боли, причем без попыток смягчить собственную ответственность, но и без самобичевания;

Отрицание произошедшего и выражение сомнения в адекватности жертвы (газлайтинг). «Ты говоришь, что видела, как я брал деньги, но я их не брал, тебе привиделось».

Признание всего и стремление поскорее все забыть, если невозможно отрицать или преуменьшать ответственность за произошедшее. «Это всего лишь эпизод», «Сколько можно об этом напоминать», «Я изменил один раз, все уже позади».

Признание своего поступка неправильным, но найти для него оправдание или снизить его значимость. Наиболее популярный вариант: «У меня не было выбора». Очень часто обидчики указывают на смягчающие обстоятельства: «В детстве меня самого обижали», «У меня в последнее время был сильный стресс», «Я ничего не мог с собой поделать, на меня что-то нашло». Еще оправдывают свое поведение особенностями того, кому причинили боль. Здесь включается классический виктимблейминг22: «сам виноват». Наконец, можно сослаться на то, что другие еще хуже, чем ты, и на фоне остальных ты еще не так плох. Это и классическое «А у вас негров линчуют!», и «Да, бьет, зато не курит, не пьет и не изменяет!».

На обман в первую очередь поддаются люди, избегающие стыда за то, что их провели (и ощущения, что на эту уловку попались только они и несколько идиотов). Такая установка побуждает людей либо вовсе отрицать, что их обманули («Мне просто не повезло, а само предприятие было разумным»), либо защищать мошенников («Они честные люди, им мешают завистники!»). А еще множество людей просто молчит о своих промахах — стыдно же быть «лохом», и это тоже активно используют мошенники, потому что умалчивание — благодатная почва для стыда, мошенничества и насилия.

«Тени» — это все те черты нашего характера, наши склонности и желания, которые мы в себе не признаем (потому что они «плохие», не одобряемые обществом или людьми, на чье одобрение мы рассчитываем). И чем больше человек внешне излучает сияние «совершенства», тем более длинная у него «Тень», состоящая из игнорируемых или вытесняемых из сознания «неправильных» чувств, поступков, желаний. А то, что отрицается в себе самом, будет очень сильно порицаться и в других — в полном соответствии с библейским афоризмом про соринку в чужом глазу и бревном в своем.

Нарциссическая любовь — это отношение сверху вниз и исходит из желания быть самым лучшим, святым, правильным, которое под собой содержит страх отвержения, стыд бытия самим собой. Сострадание же говорит: «Я — такой же, как ты, мы в одной лодке, я понимаю, что ты переживаешь, я тоже там был». Чтобы первое могло перейти во второе, придется обнаружить в себе себя, голого, несовершенного, уязвимого, беззащитного, слабого, нуждающегося, жестокого, трусливого, равнодушного, беспомощного, глупого, заблуждающегося, врущего, избегающего и заносчивого.

На провокацию мы поддаемся, если уверены, что можем повлиять на провокатора. Надавить на него, конечно, можно, страх и боль творят великие дела, но зачем иметь дело с человеком, с которым невозможно договориться и который реагирует только на принуждение? Иными словами, единственное, что вы можете сделать в ситуации, когда хочется кого-то ударить, — удалиться и прервать контакт, признав свое бессилие как-то иначе разрешить ситуацию.