Сцена 7

Комната. Полумрак. Освещены стол и два стула. На столе – чайник и ноль чашек.

За столом – ГЛАДОВ и КЛИНИН. На полу – осколки от чашек. Трупа нет.

ГЛАДОВ. Может, чаю?

КЛИНИН. Пожалуй, нет.

ГЛАДОВ. Тогда к делу.

КЛИНИН. Я расшифровал код, взламывающий сигнализации. И знаете что, Гладов? Наткнулся на интересную деталь. Мне нужно еще несколько часов, и думаю, я смогу представить доказательство, что в случае с убийством моей жены действовал другой человек.

ГЛАДОВ. Хотите сказать, убийство Иры и было целью? А убийца подстроил все так, чтобы мы думали, что это продолжение серии краж, а убийство – случайность?

КЛИНИН. Именно! Можете назвать имя убийцы?

ГЛАДОВ. Имен у него много. А вот фамилия… Пьянко!

КЛИНИН. Давно вы догадались?

ГЛАДОВ. Как только узнал, что он был женат на Ире до того, как она ушла к вам. Типичный мотив для убийства. Поверьте моему опыту.

КЛИНИН. И очень удобно замести следы, если работаешь в полиции: взять нераскрытое дело и обставить все под него.

ГЛАДОВ. Совершенно верно.

КЛИНИН. Как планируете действовать?

ГЛАДОВ. В своем кабинете на столе я будто случайно оставил кое-какие бумаги по делу, в том числе пару давнишних фотографий счастливых супругов Пьянко. Уверен, он найдет их и догадается, что я копаю под него. Еще я взял несколько дней отпуска, поставил дома сигнализацию, а ему сообщил, что буду дома караулить убийцу. Думаю, он не упустит возможности прийти, чтобы убить меня как человека, раскрывшего его тайну. А то, что я буду дома с включенной сигнализацией, поможет ему, как и раньше, обставить дело как продолжение работы нашего вора. Так что ждем его здесь, Клинин. Пора ему уже и появиться.

Пауза.

Часы бьют три раза.

КЛИНИН. Он не придет

ГЛАДОВ. Раскусил мой план?

КЛИНИН. Придумал свой, куда более гениальный… Почему вы не удивились, что я здесь?

ГЛАДОВ. Я же сам вас позвал.

КЛИНИН. Неправда.

ГЛАДОВ. Действительно… Я не звал вас… Я же собрался ловить Пьянко, и поэтому поставил дверь на сигнализацию. Как вы сюда попали?

КЛИНИН. Пьянко позвал меня.

ГЛАДОВ. Не понимаю…

КЛИНИН. Около полуночи мне позвонил Пьянко…

ГЛАДОВ. По какому времени?

КЛИНИН. По Москве. Около полуночи мне позвонил Пьянко и сказал, что по этому адресу – очередная кража со взломом сигнализации. Поскольку вы в отпуске (что, как я понимаю, правда), он просит меня подъехать и проверить, была ли сигнализация отключена тем же способом, что и раньше. Я приехал. Пьянко нет, дверь на сигнализации. Я отключил ее уже известным мне кодом и вошел. А тут вы.

ГЛАДОВ. Хитрый расчет Пьянко. Он решил подставить вас, Клинин. Думал, я буду ждать его с револьвером, тут заходите вы, я за долю секунды понимаю, что вор и убийца не Пьянко, а Клинин, и убиваю вас. С мертвого спросу нет – дело закрыто. Якобы преступник застрелен при задержании, и Пьянко чист. Гениально! Но где же он сам?

Пауза.

КЛИНИН. Думаю, уже мертв. Вы пробовали этот чай?

ГЛАДОВ. Нет. Я вообще не знаю, откуда он здесь.

КЛИНИН. Забудьте, не важно… Так почему его план не сработал? Вы ведь не выстрелили в меня.

ГЛАДОВ. Будьте уверены, выстрелил бы… Но мой револьвер пропал!

КЛИНИН. Это мне известно. Он у меня. (Достает и кладет на стол перед ГЛАДОВЫМ револьвер.)

ГЛАДОВ. Но откуда?

КЛИНИН. Обнаружил у жены после ее смерти. А вот как он оказался у нее – это я хотел бы услышать от вас.

ГЛАДОВ встает из-за стола, берет револьвер, наставляет его на КЛИНИНА.

Перестаньте! Зачем вы это делаете?

ГЛАДОВ. Ваша жена жива, Клинин. И мы с ней любим друг друга.

КЛИНИН (встает из-за стола). Так это не Пьянко… Это вы все подстроили!

ГЛАДОВ стреляет в КЛИНИНА. КЛИНИН падает замертво.

Пауза.

ГЛАДОВ. Пора пить чай.

Часы бьют два раза.

ГЛАДОВ садится за стол, кладет на стол револьвер, отпивает чай прямо из чайника.

Сцена 8

Комната. Свет. Стол и четыре стула. На столе – чайник и четыре чашки.

За столом – КЛИНИН, ПЬЯНКО, ИРА и ГЛАДОВ. Все оживленно беседуют, смеются.

КЛИНИН. До сих пор не могу запомнить, какая у нас разница с Москвой…

ПЬЯНКО. Да с этими переводами всегда так…

ИРА. Когда как…

КЛИНИН. С переводами, с переходами…

ГЛАДОВ. Водами, одами, дами, ами, ми…

ИРА. То взад, то назад…

КЛИНИН. То впéред, то вперёд…

ГЛАДОВ. То переводим, то не переводим…

ИРА. Зимой переходим на летнее, а летом – на зимнее?

ПЬЯНКО. Наоборот… Летом – на зимнее… Хотя нет… Да!

ГЛАДОВ. Сначала было четыре часа разницы, потом стало три…

ПЬЯНКО. Какая разница?

ИРА. Прошлый раз я опять забыла перевести…

КЛИНИН. Так их и не переводили, правда?

ПЬЯНКО. Нет…

ГЛАДОВ. У меня на телефоне переводятся автоматически, а на компьютере нет…

КЛИНИН. Никогда не знаешь, где правильное время…

ИРА. Его больше нет с нами…

Все смеются. Продолжают весело болтать.

Сцена 9

Мрак. Где-то включается лампа и выхватывает ПЬЯНКО.

ГОЛОС. Ваша фамилия.

ПЬЯНКО. Пьянко.

ГОЛОС. В чем вы признаетесь?

ПЬЯНКО. В убийстве.

ГОЛОС. Кого?

ПЬЯНКО. Своей бывшей жены Иры.

ГОЛОС. За что?

ПЬЯНКО. Из ревности. Она полюбила Клинина и ушла от меня к нему.

ГОЛОС. Как вы это сделали?

ПЬЯНКО. Пришел к ним домой, пока Клинина не было. Ира мне открыла, я вошел. Хотел просто поговорить, но… увидел револьвер, лежащий на тумбочке. В голове помутнело. Взял и выстрелил ей прямо в сердце. Чтобы замести следы, забрал кое-какие ценности. Затем, используя служебное положение, подкинул ложную информацию о якобы взломе сигнализации, чтобы дело стало похоже на нераскрытую серию краж.

ГОЛОС. Почему признаетесь в этом сейчас?

ПЬЯНКО. Я уже мертв.

ГОЛОС. Кто вас убил?

ПЬЯНКО. Клинин.

Мрак. Где-то включается лампа и выхватывает КЛИНИНА.

ГОЛОС. Ваша фамилия.

КЛИНИН. Клинин.

ГОЛОС. В чем вы признаетесь?

КЛИНИН. В убийстве.

ГОЛОС. Кого?

КЛИНИН. Пьянко.

ГОЛОС. За что?

КЛИНИН. Из мести. Он убил мою жену Иру.

ГОЛОС. Как вы это сделали?

КЛИНИН. Пьянко позвал меня осмотреть некую квартиру, в которой якобы произошла очередная кража из нашей нераскрытой серии. В квартире мы решили выпить чаю, и я незаметно подсыпал яд в чашку Пьянко.

ГОЛОС. Почему признаетесь в этом сейчас?

КЛИНИН. Я уже мертв.

ГОЛОС. Кто вас убил?

КЛИНИН. Гладов.

Мрак. Где-то включается лампа и выхватывает ГЛАДОВА.

ГОЛОС. Ваша фамилия.

ГЛАДОВ. Гладов.

ГОЛОС. В чем вы признаетесь?

ГЛАДОВ. В убийстве.

ГОЛОС. Кого?

ГЛАДОВ. Клинина.

ГОЛОС. За что?

ГЛАДОВ. Он был помехой. Мы с его женой Ирой полюбили друг друга. Она хотела оставить его, но я знал, что он просто так ее не отпустит.

ГОЛОС. Как вы это сделали?

ГЛАДОВ. Он пришел ко мне вернуть мой револьвер, который я случайно оставил у них дома, когда последний раз был с Ирой. Он обо всем догадался и хотел устроить сцену. Я не стал ругаться. Взял револьвер и застрелил его в своей собственной квартире.

ГОЛОС. Почему признаетесь в этом сейчас?

ГЛАДОВ. Я уже мертв.

ГОЛОС. Кто вас убил?

ГЛАДОВ. Ира.

Мрак. Где-то включается лампа и выхватывает ИРУ.

ГОЛОС. Ваша фамилия.

ИРА. Клинина. До этого – Пьянко.

ГОЛОС. В чем вы признаетесь?

ИРА. В убийстве.

ГОЛОС. Кого?

ИРА. Гладова.

ГОЛОС. За что?

ИРА. За убийство моего мужа Клинина.

ГОЛОС. Как вы это сделали?

ИРА. Мой муж пошел к Гладову выяснять отношения. Я пошла за ним. Думала, они просто поговорят по-мужски. Придя к Гладову, обнаружила Клинина застреленным. В голове помутнело. Не помню как именно, но я схватила револьвер Гладова и спустила курок.

ГОЛОС. Почему признаетесь в этом сейчас?

ИРА. Я уже мертва.

ГОЛОС. Кто вас убил?

ИРА. Пьянко.

Мрак.

Сцена 10

Комната. Полумрак. Освещены стол и два стула. На столе – чайник и револьвер. На полу – осколки от чашек. Трупов нет.

Появляется ТЕТЯ ГАЛЯ. В руках держит поднос. Ставит поднос на стол, на поднос ставит чайник и кладет револьвер. Уносит поднос с чайником и револьвером.

Возвращается с совком и метелкой. Подметает с пола и уносит осколки чашек.

Возвращается с тряпкой и протирает стол. Уходит.

Возвращается с подносом, на котором чайник и две чашки. Ставит поднос на стол, расставляет чайник и чашки. Вынимает из кармана пакетик с белым порошком, высыпает порошок в чайник, пустой пакетик кладет обратно в карман. Берет в руку поднос.

ТЕТЯ ГАЛЯ. Что и требовалось доказать… (Уходит.)

Часы бьют один раз.

Занавес.

дам второй: Моя Изольда

Действующие лица

Рита

Борис Борисович

Тетя Галя

Миша

Куницын

Недействующие лица

Отец Риты

Голос

Сцена 1

Подъезд жилого дома. Лестничная клетка. Две двери. Лестница наверх. Лестница вниз.

РИТА пытается открыть ключом правую дверь – не получается.

РИТА волнуется: звонит в дверной звонок, стучит в дверь, ждет, ходит из угла в угол, достает мобильный телефон, набирает номер (слышен голос автоответчика «Аппарат абонента выключен или находится…»), снова пытается открыть дверь ключом и т. д.

С верхнего этажа по лестнице спускается БОРИС БОРИСОВИЧ.

БОРИС БОРИСОВИЧ. Отец завтра идет на собрание?

РИТА. Вряд ли. Что ему там делать?

БОРИС БОРИСОВИЧ. Я же иду.

РИТА. И я иду. Смотря куда.

БОРИС БОРИСОВИЧ. Я на собрание.

РИТА. Я тоже.

БОРИС БОРИСОВИЧ. Ты на какое?

РИТА. На родительское. Я учительница в сто первой школе.

БОРИС БОРИСОВИЧ. А отец?

РИТА. Пенсионер.

БОРИС БОРИСОВИЧ. А отец на какое?

РИТА. На родительское вряд ли. Что ему там делать? Я уже лет пятнадцать как школу закончила.

БОРИС БОРИСОВИЧ. Тоже сто первую?

РИТА. Почему тоже? Отец не сто первую заканчивал. Он вообще не в этом городе учился.

БОРИС БОРИСОВИЧ (спускается по лестнице вниз). А я в этом.

РИТА. Постойте, Борис Борисович! Вы-то на какое собрание собрались?

БОРИС БОРИСОВИЧ. Жильцов. Твой отец не жилец?

РИТА. Жилец. Я передам. Во сколько?

БОРИС БОРИСОВИЧ (спускается дальше, его уже не видно). В семь.

РИТА. Простите, Борис Борисович! Вы отца давно видели?

ГОЛОС БОРИСА БОРИСОВИЧА. На прошлом собрании.

РИТА. А сегодня?

ГОЛОС БОРИСА БОРИСОВИЧА. Сегодня четверг. А оно было в понедельник.

РИТА. Сегодня не видели?

ГОЛОС БОРИСА БОРИСОВИЧА. Видел. Но не его.

РИТА. Кого же?

ГОЛОС БОРИСА БОРИСОВИЧА. Тебя.

Пауза.

С нижнего этажа по лестнице поднимается ТЕТЯ ГАЛЯ с несколькими листами бумаги и ручкой.

ТЕТЯ ГАЛЯ. Тебя.

РИТА. Что?

ТЕТЯ ГАЛЯ. Рада видеть, Рита… Тебя! Как отец поживает?

РИТА (косится на правую дверь). Как раз собиралась это выяснить…

ТЕТЯ ГАЛЯ. Мне подпись его нужна. Может, ты подпишешь?

РИТА. Он завтра будет на собрании. Там и подпишет.

ТЕТЯ ГАЛЯ. На каком собрании? Родительском?

РИТА. Почему? Жильцов.

ТЕТЯ ГАЛЯ. Рита, завтра нет никакого собрания жильцов. Это я тебе как старшая по дому говорю.

РИТА. И в понедельник не было?

ТЕТЯ ГАЛЯ. Нет, конечно. Мы собрания проводим раз в три месяца. Последнее было больше двух недель назад.

РИТА. Вы Бориса Борисовича давно видели?

ТЕТЯ ГАЛЯ. Никогда не видела. Как он поживает?

РИТА. Хорошо. Ходит на собрания два раза в неделю. И отец с ним. Не понятно только, что за собрания. Точно не родительские.

ТЕТЯ ГАЛЯ. И точно не жильцов.

РИТА. Как же вы его не видели? Он только спустился. Вы должны были столкнуться на лестнице.

ТЕТЯ ГАЛЯ. Может мы и столкнулись. Но я его не видела.

Пауза.

Слыхала? За Мишкой-то твоим вчера милиция приезжала. (Показывает на левую дверь.) Говорят, он дверь в чью-то квартиру взломал.

РИТА. Быть не может! (Повышает голос.) Миша, скажи, что это неправда!

Левая дверь открывается, из квартиры выглядывает МИША.

МИША. Это правда.

ТЕТЯ ГАЛЯ. Бандит!

МИША. Сплетница!

ТЕТЯ ГАЛЯ (протягивает МИШЕ бумаги и ручку). Распишись.

МИША молча расписывается, отдает бумаги и ручку обратно ТЕТЕ ГАЛЕ.

(РИТЕ.) Пока, Рита! (Уходит по лестнице наверх.)

РИТА. Миша, что случилось?

МИША. Подставили меня. Пока по подписке отпустили.

РИТА. Да кто? Кто подставил-то?

МИША. Точно не знаю. Помнишь, ты пару месяцев назад ключи теряла? Отец твой еще в отъезде был, в квартиру никак не попасть…

РИТА. Конечно, помню, Миша. Ты тогда здорово выручил. По правде говоря, я уже собиралась к тебе снова обращаться…

МИША. В этот раз ты потеряла не ключи…

РИТА. Откуда знаешь?

МИША молча показывает на ключ, торчащий из замочной скважины правой двери.

Ах да! В этот раз, Миша, все сложнее. Можешь посмотреть? Вдруг это просто замок заклинило, и я зря волнуюсь… Но мне кажется, что дверь закрыта изнутри на задвижку.

МИША (выходит на площадку, дергает ручку правой двери, осматривает замочную скважину, поворачивает туда-сюда ключ). Так и есть. Заперто изнутри.

РИТА. Господи…

МИША. В чем дело-то?

РИТА. Нет! Сначала ты расскажи…

МИША. А нечего рассказывать. Вчера позвонил один знакомый. Селиверстов фамилия. Спросил, не приходилось ли мне раньше двери взламывать. Я вспомнил ту историю с твоими ключами, ну и говорю: да, мол, было дело. Он мне адрес диктует. Приезжай, говорит, меня тут в квартире заперли. Выпустишь – все расскажу. Никакого криминала! Я и поехал. Нашел квартиру, подошел к двери, позвонил, постучал сперва… На мобильный набрал – нет ответа. Ну и вскрыл дверь. А внутри – никого. Подстава, понимаешь? Я дверь обратно прикрыл, как смог, и ушел. А вечером ко мне – полиция. Квартиру ту после моего ухода обворовали. Соседи дружно меня опознали, пальчики на двери мои… И все такое. Я же не скрывался, думал, товарищу помогаю. А товарищ с тех пор и пропал…