Читайте и слушайте
169 000 книг и 11 000 аудиокниг

Портулан (сборник)

Оцените книгу

О книге

Илья Бояшов – прозаик, лауреат премии «Национальный бестселлер», автор книг «Путь Мури», «Танкист, или „Белый тигр“», «Эдем», «Джаз», «Армада».

Герой новой повести «Портулан» одержим музыкой. Она ведет его из барачной нищеты во дворец на Рублевке, который нужен ему только как хранилище огромного количества пластинок и для реализации невероятного замысла – прослушать их все одновременно…

«Сюсай Хонинобо писателя Кавабаты, набоковский Лужин, Великий Гэтсби Фицджеральда – кто они? Гении? Оригиналы? Или просто люди, живущие в своем космосе? „Портулан“ – повесть о праве человека на подобное „сумасшествие“, праве, которое у него никто не может отнять» (Илья Бояшов).

В книгу пошли повести «Портулан» и «Каменная баба».

Подробная информация

Правообладатель: АСТ

Дата написания: 2018

Год издания: 2018

ISBN (EAN): 9785171094553

Дата поступления: 28 июля 2018

Объем: 381.6 тыс. знаков

ID: 270723

Отзывы на книгу

  1. GeorgijBarbashov
    Оценил книгу

    Портулан - первая из двух повестей, с которой начинается эта книга (или сборник?). Ранее с автором я не пересекался, но, если верить тексту на переплете, этот человек лауреат премии "Национальный бестселлер", которого хвалит сам Дмитрий Быков ("Июнь").
    Первая повесть представлена в формате рассказчика. Есть главный герой, который рассказывает читателю о своей жизни начиная с самого детства. Центральной точкой в его жизни был человек, то ли псих, то ли гений, с "наполеоновскими" планами.
    Вторая повесть рассказывает о женщине, Машке Угаровой, которая олицетворяет собой "русскую бабу". Исключительно по мнению самого автора, я не соглашусь с ним в этом по некоторым пунктам, которые раскрою чуть ниже.
    Книга читается достаточно легко, местами интересно, от этого - молниеносно. Тут очень мало диалогов, повествование представлено таким образом, что герой передаёт читателю все слова, которые им и ему были сказаны, но, как я уже написал выше, не в формате диалога. "Он мне сказал..."
    Я, как человек, который совсем недавно стал втягиваться в русскую современную прозу закончил книгу с недоумением на лице и в более подробном обзоре ниже, большим по количеству символов я всё поясню, а на этом краткий отзыв закончен (Для тех, кто не любит мои отзывы за их длину).

    Портулан.
    Я читал и гадал, почему же автор озаглавил повесть именно так. Вы не поверите, да я и сам по сей момент в шоке, потому что не ожидал, что буду самостоятельно искать скрытые смыслы в литературе, да ещё без надзора школьного преподавателя по этому предмету. После каждого произведения в нас летел вопрос: что хотел сказать автор? Думаю многие из вас с этим сталкивались, а сейчас с некоторой ностальгией вспомнили свои уроки литературы и преподавателя-мучителя. Но сейчас, ещё недочитав произведение до конца, я уже задумывался над тем, что хочет до меня донести Бояшов?
    Преуспел я в этом или нет, решать не мне, на мой честный, справедливый и рассудительный взгляд - нет. Но "Портулан" в названии не просто так. Все знают определение данного слова? Давайте, чтобы вам не лезть в поисковик, я вынесу понятие сюда.
    Портулан - это морская карта. Да, вот так, если кратко. Морская карта, на которой в первую очередь изображены очертания прибрежной зоны, островов Черного и Средиземного морей.
    Но в книге совсем не упоминаются моря, казалось бы, тогда причем тут карта? Именно на этот вопрос я и пытался ответить сам себе.
    Что может скрываться за названием, давайте разбираться.
    В центре истории некий Слушатель, человек, который питает большую и нездоровую любовь к классической музыке. Причем, по его мнению, такую музыку нужно слушать исключительно на виниле, ведь она не срезает высокие частоты. Это я вам сейчас чуть-чуть процитировал одну из строк. Действительно, что-то в этой мысли есть, но я не совсем солидарен с тем, что дело в высоких частотах, но если вы когда-либо слушали пластинку, должны помнить её характерный звук. Что-то подобное можно уловить при прослушивании радиостанции. Вы не обращали внимание, что музыка с вашего плеера звучит совсем иначе, чем музыка на радиостанции? Но мы маленько отошли от темы.
    Большое Ухо, как его (Слушателя) ещё величал рассказчик, получил свою прозвище ещё в школе, попав в нелепую ситуацию на одном из уроков музыки. С тех пор наш рассказчик и заметил "особую" любовь Слушателя к классической музыке.
    Школьные годы прошли и как это обычно бывает одноклассников разбросала судьба: кто-то занимался тем, о чём всегда мечтал сидя за партой, кто-то тем, что подготовила ему судьба, а некоторые не уступали своей любви к музыке и воплощали постепенно в жизнь, свои страстные и страшные идеи! Я вижу, что мой текст похож на пересказ, поэтому я сокращу его, написав, что пока годы шли, рассказчик ещё не единожды встречал Слушателя на своём пути, который демонстрировал к ужасу первого свою любовь к музыке и делился грандиозными планами по "захвату вселенной". Конечно речь идёт не о мире, но маниакальные идеи Большого Уха сводили с ума не только людей его окружающих.
    Как видите, идея не носит морской характер, так о чём же тогда повесть и почему названа Портуланом? Как думаете? Вот я и ломал голову.
    Возможно в конце автор даёт подсказку. Возможно.

    Портулан есть морская карта, на которой показы лишь берега - внутренняя территория суши на нём не представлена. (с)

    Один из моих вариантов.
    Портулан - это Слушатель. Окружающим казалось, что они видят и понимают этого человека, но внутренний мир и его идеи поражают настолько, что никому в действительности неизвестно, что происходит внутри (внутренняя территория суши).
    Ещё, как один из возможных вариантов.
    Портулан - это сам рассказчик. Дело в том, что мелькнул один момент, когда он рассуждал и недоумевал, почему Слушатель при такой страстной и маниакальной любви к классической музыке, сам не попробовал её сотворить, с нуля. Своё собственное произведение. Действительно, а почему нет? Тот, кто много читает, в конце концов, пишет тексты, тот кто смотрит на работы художников в картинных галереях, однажды сядет за холст, тот, кто считает музыку значимой частью своей жизни однажды попробует её написать. Эти примеры я снял с себя. Я очень люблю музыку, оказавшись вне дома без наушников я с ума схожу и не потому, что все эти незнакомые люди что-то бубнят рядом со мной в течении дня. Я пробовал писать свою. Что-то может быть получалось, но что-то совсем не получалось и нашёл оправдание этому бросил задуманное. Точно также у меня было с книгой, она летает на просторах рунета.
    Но, во второй теории я предположил, что именно рассказчик может быть "портуланом", а не Слушатель. Дело в том, что он умел играть на клавишных инструментах и ему это нравилось, был также эпизод, когда он увидел инструмент и руки сами начали играть и то блаженство, которое он испытал в тот момент было сложно описать. Что мы имеем в итоге? Слушатель, который любит классическую музыку на виниле больше самой жизни, но не имеет таланта создавать её, и рассказчик, он же одноклассник Большого Уха, который обладает талантом создавать музыку, который любит игру на музыкальном инструменте, но почему-то не пользуется этим, почему-то растрачивает свою жизнь на непонятные профессии.

    Может ли один мимолётный эпизод в сюжете быть значительным, от которого стоит отталкиваться и строить свои рассуждения? Эпизод, который можно уместить в оригинальное название книги? Я ещё подниму эту тему в отдельном посте, мне кажется тут есть о чём рассуждать.

    Каменная баба. Вторая повесть, которая вызвала у меня больше эмоций, ведь, если честно, Портулан мне не особо зашёл. По прочтении "Портулана" я крутил в голове мысль, что знакомство с автором будет одновременно и прощанием. От "бабы" я уже не ожидал вспышки. Но повесть вспыхнула!
    Она удивительна и многообразна. В ней много смешано мыслей и чего-то такого... Нового. Чего мне ещё не доводилось читать у современных советских авторов.
    Читая повесть, задавал себе ещё раз тот же самый вопрос: ребята, что хотел сказать автор?
    На самом деле, во второй раз пришлось поломать голову более серьёзно и подольше. Но, когда я дочитал до конца, в послесловии автор сам ответил на этот вопрос и я вздохнул с облегчением.
    Кто такая каменная баба? Звать её Машка Угарова. Я сперва подумал, что автор так подшучивает над читателем. Отрывок с описанием детства и как Машка стала каменной бабой я публиковал в историях, в инстаграме, и, должен сказать, не ожидал, что читателей заинтересует книга.

    Плюсы повести в том, что она читалась с интересом, мне было занимательно, что станется с главной героиней. Интересовало как далеко зайдёт её дерзость, к чему приведёт поведение. Машка родом из глубинки, но волею судьбы случилось так, что она выбилась в богатые и славные круги и понеслось.
    Диалогов тоже минимум, как и в Портулане. А конец прискучил, к тому же в определенный момент, я вообще не понимал что читаю, современная проза на глазах превращалась в фэнтези.

    Минусом послужило отвращение к Машке. Автор представил её в своем видении феномена "русской бабы (женщины)". В самом начале отзыва я писал, что у меня другой взгляд на это понятие. Да, безусловно словосочетание имеет место быть и присуще только нашим дамам, но почему такое поведение? Машка была замечательным представителем "в горящую избу" и "коня на скаку", но ещё автор видел её шлюхой. Эм... Возможно, он имел ввиду нынешнее поколение банкоматных персон, у который аккаунты в социальных сетях забиты жопами, но ведь к таким нельзя отнести "избу" и "коня". Поэтому что-то не сходится.
    Вообще, Машка предстала некой черной вдовой, которая свила себе паутину во всём мире и царствовала, а после "дыщ-тыдыщ" уминала самца и была такова. Если у автора такое видение настоящей, русской, матёрой бабы, то наши мнения расходятся.

    На самом деле повесть написана без оглядки назад. У меня есть вопросы к её реалистичности. Как сельский человек, смог выбиться в люди разочек встретив доктора, который крутился в элитных кругах? Это где-нибудь в Америке возможно такое, что, к примеру, врач-хирург настолько известен, что вращается в светских кругах, даже знаю одного такого, не помню как зовут. Но у нас... Нееее. Маловероятно.
    Дальше - больше, один раз её заметили, доктор получил от ворот-поворот за ненадобностью, а Машка прокладывает путь к славе, но каким образом? Раздвигает ноги. Ох, она оказывается знатной ЦЕНЗУРА. Через постель Угаровой прошло много народу. Другой вопрос, на что она жила, ведь работы у неё не было? Переехала в город, стала успешной, вела себя вызывающе, что нынче, кстати модно, да? Вы же обращали внимание, что фрики далеко идут, сейчас на этом и выезжают. Ну и что, что поведение выставляет меня "постельной" дамой, зато обо мне говорят и пишут газеты.
    В общем, думаю, сюжет и моё мнение о второй повести должно быть понятно.

    Хочу выделить слог автора, он действительно интересен. "Каменная баба" читалась легко, до того, как дочки-стервы поехали чудить в Европу. Портулан же не вызвал никаких эмоций, но заставил порассуждать. Но обе повести, к сожалению, не зацепили меня. Эта литература на более искушенного, индивидуального читателя.

  2. AnatolijStrahov
    Оценил книгу

    Книга содержит две равные по объёму повести: новую («Портулан») и уже издававшуюся («Каменная баба»).
    «Портулан» – типичный литературный second hand. Книга написана с явной оглядкой на «Предчувствие конца» Барнса. B если в «Мёртвых душах» каждый предмет в доме Собакевича «казалось, говорил: и я тоже Собакевич! или: и я тоже очень похож на Собакевича!», то в «Портулане» многое намекает: так писал Барнс. Или: я тоже заимствовано у Барнса.
    Прежде всего – структура повествования. Короткие главы, похожие на обрывочные воспоминания, сразу создают барнсовскую атмосферу. В обоих произведениях герой-рассказчик повествует о том, чему в прошлом не придавал большого значения. Текст представляет собой попытку создать картину былого с помощью небольших зарисовок, которые только и могут сохраниться в памяти реального человека. О меломане Слушателе в «Портулане» рассказано так же, как у Барнса об Адриане и Мэри.
    Далее – повторы. Например, поиск героем ключей. «Я удивился испугу, который отпечатался на его лице ещё там, во дворе, когда он, обыскав себя с ног до головы, взволновался было из-за потери ключей (они благополучно отыскались в школьном портфеле)». «Слушатель засуетился (я сразу вспомнил ту озабоченность, с которой он хлопал себя по карманам возле родительского барака)». Этот приём Бояшов применяет часто, как и Барнс в «Предчувствии конца». Не удивительно, что в конце «Портулана» и вовсе описаны три дежавю рассказчика, связанные с образом Слушателя.
    А барнсиана продолжается: в финале приводятся три записи, сделанные Слушателем в своей тетради. И как тут не вспомнить дневник Адриана Финна!..
    Однако столь явные параллели с блестящим романом не оправдывают читательских надежд: чем ближе к концу, тем большее недоумение вызывает повесть. Сам автор в аннотации к новой книге услужливо уведомляет, что «Портулан» – «повесть о праве человека на сумасшествие, праве, которое у него никто не может отнять». Сумасшествие в повести присутствует, но вот с попыткой отнять право на него вышло как-то неубедительно. Поступки супруги безумного Слушателя воспринимаются как беспокойство жены о муже, а не как вторжение чужой особы, стремящейся лишить индивида священного права на помешательство. А читательское внимание постоянно заостряется на желании рассказчика избавляться от Слушателя и его жены, как только они возникают в его жизни, а не на декларированном праве на сумасшествие.
    Цель, к которой стремится Слушатель, тоже не находит реализации в повести. Смерть безумца от рака не выглядит продуманным сюжетным ходом и вызывает откровенное недоумение: весь сюжет крутится возле грандиозной идеи Слушателя, а потом вдруг оказывается, что сюжет ни к чему не приводит. Да и первая половина повести, описывающая детство, выглядит явно увлекательней и динамичней второй, содержащей явный текстовый балласт (описание театра и имиджмейкерской конторы). Словно не убранные швеёй нитки, болтаются отдельные подробности. Так, неясно, зачем нужно было сделать главного героя евреем.
    Наконец, портулан. В самой повести эта тема появляется лишь дважды, и оба раза она никак не связана со Слушателем. Автор высказывает мысль, что «любой из нас по сути своей является портуланом:
    – Мы видим лицо человека, его фигуру, так называемые «линии берегов»; при желании можно провести рукой по этим линиям, прощупать их, обследовать их визуально, но то, что внутри, – загадка, терра инкогнита, неисследованная земля, сплошное белое пятно, не правда ли?»
    Ну, портулан в этом отношении ничем не отличается от карт суши, как бы являясь их зеркальным отражением. Как на портуланах не прорисовывается материковая часть, так на картах суши не прорисовывается море (кроме островов). И если уж надо было писать про внутренний мир человека как «терра инкогнита», то и героя можно было бы выбрать и не столь экзотичного, и более сложного. Потому что Слушатель никакую «терра инкогнита» не напоминает, его внутренний мир – как на ладони.
    Сведения о портуланах, которые приводит Бояшов, сильно отдают Википедией. А мечта Слушателя, увлечённого творчеством Вареза, чем-то напоминает такой факт: в 1958 году на Всемирной выставке в Брюсселе была использовано 300 динамиков для исполнения «Электронной поэмы» Вареза (об этом тоже есть информация в Википедии).
    Наконец, создаётся впечатление, что портулан привлёк Бояшова как вещь: автору захотелось написать книгу о портулане, но ничего стоящего в голову не пришло. Вот и втиснул Бояшов портулан в историю о сумасшедшем меломане.
    «Каменная баба» – уже издававшаяся ранее сатирическая повесть, прежде всего вызывающая ассоциации с «Кысью». И не только потому, что сама Толстая вполне вписывается в типаж Машки Угаровой, каменной бабы, но и потому, что Бояшов, как и Толстая, не чувствует той границы, за которой сатира перестаёт быть острой – и становится тупой. Как раз закулдыкавшая Толстая уже не может остановиться до конца «Кыси», так и Бояшов, оттолкнувшись от пропьянствовавшей всю беременность мамаши Угаровой, на протяжении всей повести не может изящно вписаться ни в один сатирический поворот. Одна лишь свадьба Машкиной дочери и закладывающего за воротник сэра чего стоит. Или шлягер «Леди Прошкина», распеваемый Угаровой. Такие приёмы больше напоминают интернет-троллинг, а не литературную сатиру.
    Единственный же вопрос, остающийся после прочтения повести, заключается не в том, с кого именно Бояшов смалевал главную героиню, а в том, почему каменная баба превращается в дерево? В чём природа этой метаморфозы? Кстати, метаморфоза-то получается почище, чем у Овидия.

  3. SirgunFjelstad
    Оценил книгу

    Стиль новой книги Ильи Бояшова отличатся от стиля всех предыдущих, но все же по ходу повествования в тексте "Портулана" всплывают привычные бояшовские нотки.
    В центре сюжета оказывается некий индивидуум - то ли безумец, то ли гений, жизнь которого обещает завершиться грандиозной феерией, однако у судьбы на его счет иные планы.
    В целом книга оставляет положительное впечатление, вне зависимости от того, была ли у автора оглядка на другого/других писателей или нет (И. Бояшов не скрывает, что прибегает к готовым формам/формулам и пр). В любом случае читать Бояшова всегда приятно.

Подборки с этой книгой