Истерзал ночь вихрь тоскливым ожиданьем
И не дождавшись, дальше полетел,
Когда роса целует розу с обожаньем,
Омывая лепестки у страстных тел…
Спускаюсь по тропке лесистого склона
С юной девчонкой к быстрой реке,
Дышу как растение в солнце влюбленный
За то, что вся жизнь ощутима в руке…
В нас проникают целебные силы,
Приведшие к звездам – небесным очам,
И каждая светом нас залучила,
Отдав наши Души священным местам…
Ловлю тихой ночью небесные тени
Светлых девчонок пришедших ко мне,
И озаренный весь Тайной Мгновенья
Я Образ Любви разыскал здесь во мгле…
По Звездам Вселенной скитаются мысли,
Мы снова грешим на весенней земле,
Старея, уходят бескрайние жизни,
Жалостной грустью доверившись мне…
Уста объяли полный жизнью плод,
На языке качнулась обладанья страсть,
И наслажденья обезумевший восход
Раскрывает свою сладостную власть…
В дожде помолвленном с Печалью,
Пронизан смертным ощущеньем,
С Тобой я укрывался далью,
Ища в Тебе свое Спасенье…
В бору лежали, в лихорадке
Два тела, раскрывая Души,
Как будто в благостном припадке
Тебя я, вздрагивая, слушал…
Так из безумных дней явленье
Свободу Вечную несло —
Совокупленье – Зарожденье
Из нас расправило крыло…
Вино в бутылке расплескалось,
Умыли нас с Тобой дожди,
В телах Божественная Жалость, —
Мы вмиг растаем на пути…
От нас, от смертных и печальных
К последним сонмам журавлей
Летит Прекрасная Случайность
Любовью созданных людей…
В рыданьях лет тоска на небосклоне,
Старухой дряхлой дева умерла,
Но я в облаке как в ее нежном лоне
Ощущаю каплю вечного тепла…
Вся жизнь обвита вспоминаньем
И в звезды спрятаны глаза,
И все же образ самый дальний
Вдруг приближается скользя…
По чреслам жадной Вечной Ночи,
По двум опущенным рукам,
Тот, кто Безумье напророчил,
Отдался весь ее губам…
И в лоне оказался молча,
Из двух существ одно в глуши
Пронзало небо влагой сочной,
Я ощущал в себе их Жизнь…
Они любили, как сгорали,
Я жил внутри того Огня,
Чьи крылья с искренней печалью
Вдруг извлекли всего Меня…
И Я был Я, живой воочью,
Безумно невредим и цел,
Шагнув из пламени той Ночью,
Из двух соединенных тел…
Я – их дитя, укрытый ветром
Уже стоял среди могил
И покрываясь скорбным светом,
Ласкал их лица и грустил…
Я их молил опять вернуться
Огнем той Ночи из Меня,
Но только ветер шевельнулся
И мир накрыла Тишина…
Женщина – безумье – предвкушенье,
Взрыв – полет – расцвет – весна.
Образ – страсть – воображенье,
Область неожиданного сна…
Однажды ночью заползая в губы,
Она меня схватила как ребенка,
С ума сошла и чуть не придушила
От избытка своих зверских чувств…
И ноги разведя, ввела в пещеру
Своей безумной жажды воплощаться
В мой одинокий и несчастный Образ…
Я с ней познал слепое помраченье,
Холодный ужас в пожирающих глубинах
Ее давно уже растраченного тела, —
В прах улетевшие далекие мечты
Иных людей, бывавших в ней самцами,
В ней, как и я, раскрывшие тщету —
Любому зверю во спасенье отдаваться,
Входя в него всей сущностью своей,
Она желала овладеть всем миром…
Она меня схватила на мгновенье,
Ее познание как быстрая стихия
Сходила в мрак с разбросанной одеждой…
И капала как воск былая юность…
Как эхо ее Память откликалась
На шелест губ моих в псалмах Давида,
Где всякой неприкаянной Душе
Иная область Волшебством раскрыта,
Лишь не забудь про Рай в небесном шалаше…
Солнце – вспышка – древо – тени,
Встреча – счастье – близость – дух.
Вечер – стыд – проникновенье
И одно мгновение на двух…
Влюбляясь в безумную жатву томящихся тел…
Тропа между бедер с поросшим холмом
Одинаково сводит тебя и меня,
Настоящее с Прошлым…
Она хочет создать из меня
Вечный Двигатель Силы…
Я впиваюсь в нее и вхожу —
каждый день по часам…
Чтобы после она возвращалась
в тебя как в Могилу…
Ты ведь умер уже век назад по ее же словам…
Я брожу словно в снах,
ее плоть гнет порывистый Ветер…
Ее зад возвышаясь
над брошенной вниз головой,
Раскрывает мне вход в мир иной,
так неистова Полночь…
Так вот всякий опять забывает, зачем он живет…
Я ищу ее лоно, как ищет игрушку малыш,
Не насытясь сознаньем,
ни этой бессмысленной Жизнью…
Я ищу ее лоно, будто весь грежу тобой,
Хотя ты мертвецом
обживаешь глухое кладбище…
Лет за тысячи в ряд —
все животные в немощи плачут…
Ну, зачем дал им Бог эту грустную схожесть…
Отражая себя в самых разных предметах,
Им осталась тоска в бесприютных мирах…
Я в нее проникаю,
как ветер в молчащую область,
Из которой не выбраться, если даже умру…
А она – эта милая девочка,
как купель для небесных творений,
Принимает меня и поет колыбельную в тьму…
Ее дыра – это Всемирная Жалость…
Она навек утешает людей, заодно и меня…
О проекте
О подписке
Другие проекты